Ужас на крыльях ночи - Дарья Донцова

Петр Германович схватил ее за плечи.

– Никакого толку от тебя нет! Слушай меня внимательно. Если ты переедешь в маленький дом, буду давать тебе деньги на жизнь. За это ты станешь убирать наш с Ириной коттедж и готовить еду.

– Предлагаешь мне превратиться в вашу домработницу? – ахнула супруга.

– Не нравится мое предложение? – прищурился ученый. – Тогда выметайся совсем и живи как знаешь.

– Я уеду на нашу городскую квартиру.

– Она же сдается, а деньги идут на научную работу! – заорал муж.

– Подам на развод, – пригрозила Антонина Тарасовна, – разделю имущество.

Тут в кабинет отца влетела Ирина и, гадко ухмыльнувшись, заявила:

– Только попробуй, клуша, я урою тебя.

– Ирочка, – заплакала мать, – подумай о своем ребенке.

– Мы с папой сами позаботимся о судьбе нашего плода, – выпалила девушка и прикусила язык.

Но поздно, до старшей Владыкиной дошла истина про «биоматериал двойного родства». До предела шокированная Антонина Тарасовна перебралась в маленький дом. Жить ей было не на что, пришлось стать домработницей у Петра Германовича.

После смерти отца Ирина куда-то подевалась, мать не знала, где дочь. Удивительное дело, но Владыкин оставил супруге наследство – маленький коттедж и квартиру в Москве. Пожилая дама сдавала городскую квартиру и жила на вырученные деньги. Поселилась она в крохотной спаленке, на второй этаж, где когда-то располагалась лаборатория фанатика-мужа, никогда не поднималась. Кроме всего прочего, там стоял большой кожаный диван, и Антонина Тарасовна даже думать не хотела, как его использовали помешавшиеся на науке отец и дочь, чтобы получить младенца. Она жила внизу. Материально вдова не нуждалась, денег хватало даже на приходящую домработницу.

Когда Ирина неожиданно вернулась в Павлиново, Антонина Тарасовна не смогла жить рядом с дочерью и уехала на городскую квартиру. Она давно подружилась с молодой парой, которая снимала у нее жилплощадь, супруги уже несколько раз предлагали владелице апартаментов стать воспитательницей их девочки. Поняв, что ей надо убегать из коттеджа, Антонина Тарасовна согласилась заниматься ребенком и неожиданно обрела любящую семью. Сейчас она живет благополучно, девочка зовет ее бабушкой, квартиру вдова завещала ее родителям…

– Ща заплачу от радости за нее, – скривилась Олеся, выслушав мой рассказ. – Что с ребенком Ирки? Чего никак ответить не хотите? А, знаю, Владыкины его придушили. Им же только пуповина была нужна.

Я положила перед Олесей документы, ранее вынутые из папки.

– Это анализы ДНК. Твой, Никиты и Ирины Петровны. У нее родилась двойня. Ты совершенно права, младенцы ни отцу-деду, ни малолетней матери были не нужны. Но убивать их, слава богу, фанатики не стали, просто подбросили в приют, написав на бумажке имена детей и дату рождения. Когда Николай Николаевич нашел Ирину Петровну для создания лекарства от прогерии, Владыкина рассказала ему, что препарат необходимо делать из крови родственников. И Максимов собрал и поселил в особняке Леонида, Бориса, Ларису, вас с Никитой. Зная имена брошенных детей и день, когда они появились на свет, он вас быстро нашел. Вы с братом оказались в Павлинове, потому что являетесь близкими родичами Тигра, и вот по какой причине Ирина Петровна хотела, чтобы ты забеременела от Никиты – она снова намеревалась получить «биоматериал двойного родства».

Олеся потерла ладонями щеки.

– Мы с Китом дети Ирки?

Я кивнула.

– Мы убили свою мать? – прошептала девушка и упала со стула на пол.

Я бросилась к ней. Дверь открылась, появились Платонов, врач с чемоданчиком, еще какой-то мужчина. Меня оттеснили от Олеси. Отойдя к окну, я прижалась спиной к подоконнику и осталась стоять, не в силах пошевелиться. Спустя некоторое время, когда Олесю увели, Андрей подошел ко мне.

– Ирина Петровна просто ужас на крыльях ночи, не находишь? Хотя нет, все-таки слова «ужас на крыльях ночи» звучат немного смешно.

– Ты прав, – пробормотала я, – Ирина Петровна ужас на крыльях ночи, но это совсем не смешно.