Я, опять я и еще раз я - Нора Робертс

— Ну… может быть, дело в том, что это хитрое маленькое устройство выглядит и любым сканером читается как обычная электронная записная книжка. Как бы то ни было, скрытые камеры имелись во всех помещениях, куда нас водили, и они вели съемку, пока мы там были. Ты найдешь в клинике обширную службу тайной слежки и сбора данных.

— Под конец нас провели в лабораторную зону, — вставила Луиза. — Очень любопытная архитектура, прекрасное оборудование. И поразительная неэффективность.

— Как?

Под стук дождя Луиза объяснила расположение секторов.

— Можно иметь различные уровни охраны. Можно расположить лаборатории для специфических направлений научной работы в разных секторах. Безусловно, можно усилить охрану в тех местах, где проводятся секретные исследования и требуется более строгий допуск. Но при такой планировке доступ полностью перекрыт. Никакого сообщения.

— Отдельный допуск в каждый коридор, — задумчиво повторила Ева.

— Совершенно верно, У каждой лаборатории свой заведующий, каждая полностью изолирована от остальных.

— Стандартные камеры слежения на виду, — добавил Рорк. — И равное количество скрытых по всему периметру. И, самое интересное, каждая лаборатория непрерывно посылала данные на свой центральный пульт. Не результаты, а каждый шаг, любую информацию.

Ева вспомнила полицейскую лабораторию. Заведующий мог, при желании, получить доступ к любому сектору, понаблюдать за выполнением любого анализа. Но весь комплекс в целом напоминал улей, лабиринт комнатушек, стеклянных перегородок. Некоторые секторы требовали повышенной секретности и были изолированы, но большинство помещений сообщались между собой, и трудовые пчелки свободно порхали между сотами. А тут… полная изоляция.

Она принялась рассуждать вслух:

— Сосредоточить каждую команду на своей работе. Ограничить или полностью пресечь панибратство и обмен информацией. Запретить доступ всем, кроме самого высокого начальства. Не так уж это глупо, если хочешь держать группу риска под контролем. — Ева задумалась, перебирая детали в уме. — У них там должно быть полностью изолированное помещение, где… Ну, как это называется в медицине? Ну, где детей рожают?

— Родовспомогательное отделение, — подсказала Луиза.

— Единственная палата, которую я видела, напоминала номер люкс роскошного отеля. Но, может, у них там есть свое родильное отделение в таком же стиле, только изолированное. Пибоди, составь мне список. Проверь выпускниц Брукхоллоу, получивших медицинские степени и звания. Подчеркни акушерство и эту… как её там … педиатрию.

— Ордер проходит. — Рио держала на коленях портативный компьютер. Он загудел, и ее лицо вспыхнуло торжеством. — Нам дали добро!

Ева продолжала о своем:

— Надо где-то практиковаться. Практика приводит к совершенству. А где практиковаться, как не в школе? Там что-то есть. Точно есть.

— Будем надеяться, мы скоро сами увидим. — Рорк нажал на кнопки. — Снижаемся.

И вот она увидела выплывающие сквозь дождь и туман краснокирпичные стены, оголенные ветви деревьев, плавательный бассейн, закрытый на зиму, яркую зелень теннисных кортов. По садам, по всей территории петляли дорожки. «Для велосипедов, — подумала Ева, — или для пеших прогулок. Для роликовых коньков и скейтбордов».

Потом она увидела лошадей и, к своему изумлению, коров в загоне.

— Коровы. Что здесь делают коровы?

— Может, девушки изучают животноводство? — предположил Рорк.

— Полиция! Я вижу полицию! Три наряда и труповозка. О, черт!

«Не полиция штата, — решила она, стараясь разглядеть машины и униформу, пока Рорк делал заход над вертолетной площадкой. — Скорее всего, окружная». Она вытащила свой карманный компьютер и провела быстрый поиск местной полиции.

«Джеймс Хайер, шериф. Пятьдесят три года, местный житель. Четыре года в армии, пошел служить прямо после школы. Двадцать лет в полиции, в нынешней должности — последние двенадцать. Восемнадцать лет женат, один сын, Джеймс-младший, возраст — пятнадцать лет».

Ева внимательно изучила не только его анкетные данные, но и фотографию с удостоверения. Мясистое красное лицо. Возможно, любит свежий воздух и местное пиво. Военная стрижка, светло-каштановые волосы. Светло-голубые глаза, множество морщинок вокруг глаз. Значит, он не обращался к косметологам. Выглядел на свой возраст, пожалуй, даже старше.

Ева начала освобождаться от ремней, не дожидаясь, пока Рорк посадит вертолет. Как только вертолет коснулся площадки, она выпрыгнула и направилась к зданию школы, опередив двух полицейских, спешивших ей наперерез.

Они нагнали ее.

— Это охраняемая зона, — начал один из них. — Вам нужно…

— Лейтенант Даллас. — Ева выхватила свой жетон. — Полиция Нью-Йорка. Мне надо поговорить с шерифом Хайером. Он на месте?

— Здесь не Нью-Йорк. — Вперед выступил второй полицейский. «Любит показать свою власть», — поняла Ева. — Шериф занят.

— Как ни странно, я тоже. Это заместитель окружного прокурора Рио.

— У нас есть ордер на обыск этих зданий и помещений, — Рио продемонстрировала копию, которую уже успела распечатать, — а также на изъятие любых вещественных улик по делу о двух убийствах, совершенных в штате Нью-Йорк, район Манхэттен.

— Это место огорожено, — заупрямился второй полицейский.

— Имя и звание! — рявкнула Ева.

— Макс Гейтор, помощник шерифа округа.

При этом он ухмыльнулся, и Ева не спустила с него шкуру, предположив, что он просто глуп как пробка.

— Доложите своему начальству, помощник шерифа Гейтор, пока я вас не задержала по обвинению в препятствовании правосудию.

— У вас тут нет никаких полномочий.

— Этот ордер дает мне полномочия на выполнение указанных в нем предписаний, согласованных со штатом Нью-Гемпшир. Или ты доложишь шерифу, Гейтор, или я положу тебя мордой в грязь, надену наручники и брошу твою идиотскую надутую задницу в ближайшую тюремную камеру.

Она прочла по глазам, засекла движение руки.

— Только попробуй достать оружие, останешься без руки на неделю. Впрочем, она тебе не понадобится. Я сверну твою жалкую макаронину кренделем, и ты заплачешь от боли при одной только мысли об онанизме.

— Хватит, Макс, осади назад. — Первый полицейский подхватил своего товарища под руку и оттащил. — Я связался с шерифом, лейтенант. Он сейчас выйдет. Мы можем подойти, встретим его на полпути.

— Спасибо.

— Обожаю смотреть, как она работает, — шепнул Рорк, наклоняясь к Фини.

— Я потребую свои деньги назад. Я-то надеялся, что этот болван вытащит пушку, вот тогда было бы на что посмотреть. А так…

— Ну, может, в следующий раз.

Гейтор ушел вперед и перехватил мужчину, в котором Ева узнала Хайера. Хайер выслушал и покачал головой. Он стащил с головы шляпу, потер лоб, а затем указал пальцем на одну из патрульных машин. Гейтор двинулся к ней на негнущихся ногах, а сам Хайер подошел к Еве.