Кейс. Доставка курьером - Наталия Левитина

– Как это?

– После ранения. Попал в историю. Братва на него наехала. Поэтому сейчас он неадекватен.

– Адекватен, неадекватен… А выражения пусть все равно выбирает!

– Да ну его, депутата! Просто я подумала… Никита, а вдруг я действительно уже стала толстой-претолстой…

– Вовсе нет, – твердо заверил Никита.

– Похоже, я на самом деле превратилась в толстушку!

– Ты не толстушка! Ты стройная и грациозная.

– Да?

– Очаровательная и изящная.

– О-о…

Готова вечно слушать его слова!

Хмм… Никита еще не в курсе, но я-то уже целых шестьдесят шесть кэгэ! Интересно, он будет так же упорствовать, когда я доберусь до цифры восемьдесят?

– Никита, я очень тебя люблю. Когда ты вернешься?

– Скоро, малыш.

…Я добиралась домой по солнечным, но прохладным улицам, воодушевленная разговором с милым другом. Какие контрасты – получила моральный пинок от одного мужчины и сразу же утонула в комплиментах другого. Слишком много впечатлений. Предпочитаю существовать более размеренно, испанские страсти – это не для меня.

Хотя если понаблюдать со стороны, то станет понятно: девушка заблуждается! Испанские страсти – ее излюбленный конек. Иначе зачем она постоянно организует себе приключения, требующие мобилизации всех нервных ресурсов?

Не пора ли задуматься, почему я всегда попадаю в истории? Да, необходимо разобраться, зачем в тот день судьба забросила меня в дом Воскресенского… Ведь неспроста же я стала участницей инцидента?

Возможно, это намек. Подсказка.

Жизнь преподносит урок. Но я ничего не понимаю и не делаю выводов, а тупо бьюсь головой о стену, один раз, другой… Что-то странное происходит в последнее время: неприятности множатся, мои нервы издерганы… И во всем виновата я сама. Значит, мне пора измениться. Как? Не вмешиваться в чужие дела? Не совать нос куда не следует? Быть осмотрительной? Стать равнодушной и отстраненной? Научиться думать, прежде чем действовать? Повзрослеть? Перестать зацикливаться на мелочах? Не врать, в конце-то концов?

Да, я обязательно подумаю обо всем этом, как только выдастся спокойная минутка. Решено, я обязательно должна измениться. И тогда мир вокруг тоже изменится – станет для меня добрее и удобнее…

Не знаю, не произошло ли новой трагедии в гостиничном номере – вдруг у Воскресенского случился сердечный приступ или открылась рана, кропотливо зашитая хирургом… Депутат с его претензиями, воплями и несправедливыми обвинениями отодвинулся на задний план. Я бодро шагала по улице, вдохновленная идеей грядущих изменений.

Телефон зазвонил опять. Я услышала голос старшего брата:

– Привет, сарделька!

– Сережка, привет!

Выслушав краткий рассказ брата о последних событиях, произошедших в его жизни, и в телеграфном стиле отчитавшись о своей работе и здоровье (о приключениях – ни слова!), я задала Сергею самый главный вопрос:

– Что случилось с мамой?

– А что с ней случилось? – удивился брат. – Она в полном порядке. У нее новая прическа. Выглядит сногсшибательно. Мы слетали в Нью-Йорк. Подписали отличный контракт. Она купила себе новую машину. В общем, все прекрасно.

– Но она же меня не пилит! – трагически сообщила я. – Не звонит, не заваливает негодующими эсэмэсками, не пытается наставить на путь истинный. Я ничего не понимаю!

Сергей хмыкнул и замолчал на добрых три минуты.

– Вероятно, все дело в кредите, – задумчиво произнес он.

– В каком кредите?

– Который она помогла тебе выплатить.

– И ты тоже, – напомнила я брату. – И вообще, насколько я знаю, это была твоя идея. Спасибо, Сережа. Я так благодарна!

– Ладно, перестань.

– Но каким образом мой кредит связан с необычным поведением Марго?

– Думаю, теперь ей неудобно ездить тебе по мозгам, так как ты приняла от нее дорогой подарок. Согласись, это свинство – пилить тебя теперь, когда из чувства благодарности ты не сможешь даже сопротивляться.

– Да нет, я смогу, – возразила я. – И потом, пилить ребенка можно всегда!

– Хорошо, я намекну Марго, чтобы не терялась. Пусть действует в ее привычной манере.

Чудеса!

Если б я знала, что под влиянием обстоятельств мамуля способна превратиться в образец тактичности и чуткости, то согласилась бы на покупку квартиры еще в студенческие годы! И не мыкалась бы по съемным углам. Ведь тогда мама собиралась купить мне шикарные апартаменты. Но я, естественно, отказалась.

– Хотя, возможно, мы с тобой заблуждаемся, – через паузу добавил Сергей. – И Марго прекратила наезды совсем по другой причине. Просто поняла наконец, что ты уже выросла.

– Так резко взяла и поняла? – не поверила я.

– В жизни все бывает…

Да, я знаю. Особенно в моей.

И вновь зазвонил мобильник. Уже начинаю ощущать себя супер-пупер-мегазвездой. Меня буквально рвут на части.

– Юлия? Здрасте. Это из химчистки.

– Какое счастье! – обрадовалась я. – Наконец-то!

– Да. Извиняемся сильно, мы ваши вещи задержали. Но сейчас они готовы. Приходите и забирайте. Вам тут даже скидку сделали за причиненные неудобства. Пятьдесят процентов скостили. Здорово, правда?

Отлично!

Подумать только, итальянская химчистка готова расстаться с моими вещами! А ведь они, подозреваю, просто влюбились в них… И даже дают скидку – невероятная удача!

Я посмотрела в магазинную витрину и улыбнулась себе.

– Теперь все будет хорошо, ни капли не сомневаюсь, – довольно громко сообщила я отражению, не заботясь о впечатлении, производимом на прохожих. – Хватит метаться, как загнанная лань, пора жить полноценно и осознанно… Правда, правда! Я так решила.