Вольному - воля - Владимир Колычев

– Об этом я бы не хотел говорить... Меня больше интересует твоя внешность. Хорошо, что ты худенькая. Может, ссумеешь пролезть ко мне в клетку?..

– Я попробую, – кивнула Аврора.

И с чувством превосходства глянула на Марину. Симпатичная женщина, совсем не толстая, но ей ни за что не перелезть из одной клетки в другую... Видно, что не следит за собой баба, не держит себя в кондиции.

От мыслей ее отвлек шум со стороны дверей. Сначала в подвал скинули одно мертвое тело, затем второе. Бандиты решили использовать подвал в качестве морга. Но, казалось, при этом они преследовали и другую цель. Возможно, они хотели показать пленникам, что грань между жизнью и смертью – тонкий лед, которые легко проломить одним нажатием на спусковой крючок. Аврора с трудом взяла себя в руки, чтобы не упасть в обморок...

* * *

Ленька ликовал. Это была какой-то неземной силы радость. Торжествовать так могли только черти, когда к ним в котел с кипящей смолой попадала очередная грешная душа... А грешников он сегодня повидал много. Все грешники, кто против него. Нет у него котла, но есть подвал, где вперемешку с покойниками ждут своей участи жалкие людишки, посмевшие пойти против него. И баба богатая, с которой у него впереди особый разговор...

Она говорила, что за ней приедут. И Ленька уже представлял, с кем он имеет дело. Но ведь и его самого не от дятла зачали. У него и голова на плечах, и рука нож хорошо чувствует, ну и стрелять он тоже умеет... Первых двух церберов на хитрость взял. Одному в баньке засаду организовал, проститутку раздел для приманки. Девка из дешевых, но на редкость хороша – на мордашку так себе, зато фигура лучше не бывает. На нее-то и засмотрелся паренек на свою беду. Не занемела у Леньки рука, когда он ему горло вскрывал.

– Дергать нам отсюда надо, – сказал Тополь.

Парень явно нервничал.

– Это кто мне такое говорит? Ты, братан? – возмущаясь, удивился Зубодер. – Ты же супер, в натуре! Двоих завалил, даже не сморкнулся. А сейчас в натуре сопли распустил...

– Менты заметут.

– Не заметут... Не будет ментов. «Быки» подъедут.

– Еще хуже. Эти мочить будут...

– Мочиться они будут, понял? Кровью мочиться!.. Чудик, ты чего молчишь?

Чудика до сих пор колотило со страха. Не боец он, размазня, но водитель из него не хилый. Да и заднюю не пытается включить. «Хаммер» осваивает.

– Да на такой тачке мы от самого черта уйдем, – ликующе осклабился Ленька.

– Уйдем, – через силу выдавил Чудик. – Кузов бронированный, никакая пуля не возьмет...

– Да и заложница у нас конкретная, – продолжал козырять Зубодер. – Нутром чую, больших бабок стоит. На бабки ее раскрутим, можем, на «лимон» или на два, а может, и на три...

– Три «лимона»?! – вмиг успокоился Тополь. – Баксов?

– Не, баксы падают. В евро запросим. По «лимону» на брата...

– Ты уверен?

– Уверен... В том уверен, что мочить ее не станут. Мы ею как щитом прикроемся...

– Они стрелять не будут. А мы будем, да?

– А ты как думал... Здесь мы как в крепости, здесь нам никто не страшен... А если вдруг что, огородами уходить будем... Чудик, ты «Хаммер» к той стороне забора подгони, да забросай чем-нибудь хорошенько, ну, чтобы со стороны не видно было. Если конкретно насядут, мы огородами и в тачку...

Ленька чувствовал себя великим стратегом, подготавливающим крепость к обороне. Одна половина сознания кричала, что надо сматываться отсюда как можно скорее, другая жала на тормоза и удерживала здесь. И боевой дух бродил в нем, как брага в бочке, кровь пузырилась от возбуждения.

– И смотри, глупостей не наделай.

– Пойду, пригляжу за ним...

– И это, Красавчика сюда тащите...

Красавчик внес свою лепту в ратное дело. Ленька с таким усердием будил его, с таким остервенением лупил по щекам – думал, что убьет. Все-таки разбудил, вытолкал на улицу навстречу охранникам, тем самым расхолодил их, сбил температуру бдительности. Ну а дальше все как по маслу пошло... Два трупа в подвале, а Красавчик так и спит до сих пор в джипе.

Тополь и Чудик направились к машине, а Зубодер спустился в подвал. Ему нужно было поговорить с богатой пленницей...

* * *

От Ролана сильно воняло – видимо, не одни сутки он провел в заточении. Руки и ступни ног потемнели и распухли, сам он – зрелище не для слабонервных. Будь на его месте другой мужчина, Аврору стошнило бы от отвращения, но с ним ее даже не коробило. Она отчаянно пыталась развязать узел на руках. До крови сломала два ногтя, но ничего не выходило...

Все-таки ей удалось проникнуть в клетку к Ролану. Но на этом, казалось, везение закончилось... Она уже отчаялась справиться с узлом, когда он вдруг ослаб и стал поддаваться ее усилиям.

Она развязала ему руки и услышала долгожданное: «Спасибо!» из его уст. Надо было видеть, с какой досадой смотрела на нее Марина. Аврора поймала себя на детском и совершенно неуместном желании показать ей язык.

Она почему-то думала, что Ролан сам снимет путы со своих ног. Но у него не было даже сил дотянуться до них руками. Да и руки его не слушались...

– Онемело все, жжется... Не могу...

– Давай, родненький, через не могу. Давай, массируй, разминай. Давай, давай...

Она сломала еще один ноготь, прежде чем ей удалось ослабить узел на ногах. И все-таки она справилась, избавила Ролана от пут.

На радостях он попытался встать на ноги, но не смог.

– Ничего, сейчас все пройдет...

Он предпринял еще одну попытку и даже смог продержаться на ногах две-три секунды. И не упал он, а сел, с твердым намерением повторить. Но внезапно появившийся Леньчик спутал все карты.

– Ну и зачем ты это сделала, сука? – испепеляя Аврору взглядом, спросил он.

– Это я ее попросила! – неожиданно вступилась за нее Марина. – Ты обещал, что я могу...

– И ты сука! – перебил ее Леньчик.

Неожиданно вытащил из-за пояса пистолет и, озверело раздувая ноздри, направил его на сидевшего в углу клетки Степку.

– Не надо! – падая на колени, в панике вскричала женщина.

– Достала ты меня, шалава!

И все-таки он выстрелил. Но не в Степку. Пуля попала Марине в бедро, ближе к колену.

– Ой, мамочки! За что? – хватаясь за рану, заголосила она.

Взвыли в один голос ее дети.

– Ну ты и мразь! – презрительно выкрикнул Ролан.

– А тебя наглушняк, падла! – заорал на него взбешенный Леньчик.

Он напоминал акулу, сожравшую одну жертву, но жаждущую добраться до второй. Аврору трясло от страха. Ведь этот ублюдок мог выстрелить и в нее.