Стикс - 2 - Наталья Андреева

— Поговорить не хотите?

— Хочу!

— Я знаю, что диск у вас. Что вы хотите с ним сделать?

— Да вот, подумываю о коленку его хрястнуть. Или гвоздем расцарапать.

— Хотите вступить в переговоры?

— А что ты мне можешь предложить, Петр Иванович?

— Кассирша у нас.

— Ах, кассирша-а… А кто тебе сказал, что она мне нужна больше, чем тебе диск?

— Значит, она не вернется в Р-ск. Никогда.

— Ну и что мне с того?

— Вы еще не поняли, кто сейчас с вами? Это не Тимофеева.

— Да что ты говоришь?

— Что ж, Руслан Олегович. Выбирать вам.

— Эй, постой. Ты сейчас где?

— Недалеко.

— Я там буду минут через двадцать.

— Где будете?

— Там, где ты сейчас. Один или с приятелями?

— Один.

— Приятели, значит, в Первомайском.

— Именно.

— Ладно, поговорим тет-а-тет. Через двадцать минут.

Отбой. Надо его выслушать. И… надо подумать.

В это же время

Ситуация под контролем. Не надо нервничать. Хотя и неприятно. Пока добирался до центра, позвонил Ахатов. Спросил:

— Диск у тебя, Петя?

— Нет.

— Как так?

— Пока еще нет.

— А когда будет?

— Я за ним еду.

— Возьмешь — позвони.

Если бы это было так просто! У салона красоты в центре Москвы его встречают двое. Группа поддержки прибыла на случай непредвиденных обстоятельств. Он уже подсчитал: Маркина взяла «эфирное» масло у своего парикмахера. Ладошкин сказал, что того зовут Марусей. Какое странное имя для мужчины. Впрочем, в этом деле и без него хватает странностей.

— Ждите у дверей, — бросает он парням. — Если что — подключайтесь.

Он заходит в салон. Нежно звенит колокольчик. На ресепшен сидит девушка с огромными, причудливо раскрашенными ногтями.

— Здравствуйте. Вы записывались? К кому? — спрашивает она. — Маникюр, педикюр, стрижка?

— Я хотел бы повидать Марусю.

— Но…

— Он здесь?

— Да. Вы по рекомендации?

— Именно.

— Но он занят. У него клиентка.

— А когда освободится?

Она смотрит на часы, висящие напротив, на стене и говорит:

— Минут через десять. Но потом у него другая клиентка. Весь день расписан. А завтра… Завтра он уже не работает.

— Почему?

— В Париж улетает. На полгода.

— Это хорошо, — машинально говорит он. — Я подожду.

— Но…

— Мне надо сказать ему буквально два слова. Это не займет много времени, и ваша клиентка не пострадает. Я посижу здесь, в холле? Хорошо?

Она пожимает плечиками:

— Сидите.

Но садиться на кожаный диван он не торопится. Облокачивается на стойку и улыбается девушке:

— Знаете, кто рекомендовал мне Марусю?

— Кто?

— Ольга Маркина, ваша постоянная клиентка.

— Ах, Ольга-а-а… — тянет девица, постукивая по столешнице огромными ногтями. — Она, кстати, здесь сегодня была. В сопровождении странного охранника.

— А почему странного?

— Он вел себя вызывающе. Не как охранник. Может, потому что рыжий?

— Может, и так. Что, Ольга делала стрижку? Тоже у Маруси?

— Нет. Я ж говорю, у него запись. Она забрала диск и ушла.

— Диск? Какой диск?

— Я-то откуда знаю? Оставляла на хранение Марусе какой-то диск. Может, фото?

— А он что, берет вещи на хранение?

— Нет, что вы! — смеется девушка. — Просто они друзья.

— Понятно. — Он смотрит на часы. Десять минут еще не прошло, но необходимость встречи с Марусей уже отпала. Диск стилист отдал Свистунову. А что на нем, скорее всего, не знает. Маркина использовала Марусю втемную.

И что теперь делать?

— Я, пожалуй, пойду, — улыбается он девушке. — Раз весь день у вашего гения расписан… Что ж, найду себе другого.

— У нас есть замечательные мастера, — затараторила девица. — У нас есть…

— Всего хорошего.

На улице он достает мобильный телефон и звонит в Первомайское:

— Не появлялся?

— Нет.

— Добро.

Где же Свистунов?

— Езжайте на базу, необходимость отпала, — говорит он своим людям. — А я — в Р-ск.

Они молча идут к машине.

… По дороге в Р-ск он звонит Ахатову.

— Павел Эмильевич, диск уже забрали.

— Кто забрал?

— Маркина.

— И как это случилось?

— Друг следователя Мукаева, ныне покойного, капитан Свистунов постарался. Я еду в Р-ск.

— Завтра диск должен быть у меня.

— Есть.

Если они не в Первомайском, то наверняка на квартире у Тимофеевой. Где же еще? Капитан не поведет к себе домой любовницу. Взять в заложники родственников? Не хотелось бы войны с милицией. А это как раз война. Надо по-хорошему договориться. Надо по-хорошему…

В квартире у Тимофеевой все так же, как было утром, когда они сюда приехали из больницы. Замок взломан, в раковине плохо отмытая сковорода — и никого. Пусто. Они сюда не возвращались. Значит, надо подождать.

Он ждет, пока не сгущаются сумерки. И только тогда звонит. Потому что понимает: они здесь не появятся. Капитан где-то ее спрятал. И диск тоже. Если искать, он потеряет время. День, два, а то и больше. Надо звонить. Мобильный Свистунова записал еще в «Лесном», и вот пригодилось. Только бы капитан взял трубку.

— Да.

— Руслан Олегович?

— Он самый.

— Поговорить хотите?

— Хочу!

Значит, тоже решил вступить в переговоры. Выбор-то у товарища небольшой. Что Свистунов будет делать с диском? А с женщиной? Прятать ее? Где? Как долго? Если она считается Тимофеевой и подозревается в убийстве, то ее объявят в розыск. Скоро вся р-ская милиция будет поднята по тревоге. Свистунову светит уже не просто увольнение из органов. Ему светит статья. Скрываться? А как же жена, ребенок, мать? Капитан не похож на человека легкомысленного. Поэтому он пойдет на переговоры.

К тому же зачем ему Маркина? Жертвовать всем ради человека малознакомого, в то время как близким угрожает опасность, глупо. Итак, товарищ едет сюда. Подождем.