Мое чужое имя - Ирина Уланова

А вот в городе водитель «Мерседеса» повел себя странно: заехал на стоянку у супермаркета, и вместе с Пингвином они покинули автомобиль. Водитель, покрутившись возле стоянки, направился в расположенное недалеко кафе, а Пингвин праздной походкой прошествовал по площади, где возле него с визгом притормозили «Жигули». Ушлый «частник» убедил Пингвина прокатиться, и тот действительно сел, после чего «Жигули» тронулись по главному проспекту городка, а служба наружного наблюдения, согласовавшись с заказчиком, слежку прекратила.

Оперативная группа в Старогорске была собрана в основном из добровольцев, потому официального распоряжения по понятным причинам не было. Ответственность за все взял на себя Ваганов. Но группа набралась все-таки приличная и технически оснащенная — Ваганов всеми правдами и неправдами сумел даже заручиться поддержкой СОБРа.

Совещание проходило в СК, в кабинете Ваганова.

— Ну все. Теперь дожидаемся, когда… Пингвин, — зампрокурора Ваганов имени гостя из Москвы пока не знал, так что решил называть его Пингвином, — дожидаемся, пока он встретится с исполнителем и передаст ему конверт с данными на Катерину. Тогда и хватаем их обоих тепленькими.

Что касается Астафьевой, то задачу свою она выполнила сегодня ночью, когда позвонила в Москву и назвала свой адрес. Больше ни к чему ее привлекать не планировали, а до конца операции принудили сидеть в кабинете Ваганова, в СК. Чтобы в этот раз она не вздумала встречаться ни с кем посторонним, при ней постоянно дежурили оперативники.

— А если они не признаются? — спросил Максим.

— Фотография Астафьевой обязана быть у нашего Пингвина — на этом обвинение и построим.

— А если он скажет, что это девушка любимая — всегда у сердца ношу? — не отставал Федин. — Тогда уж лучше было брать его сразу на въезде в город и тут же колоть на подготовку к убийству! А потом вешаем на него микрофоны и отправляем на встречу с киллером.

Юрий Николаевич не согласился:

— А за что его брать?

— Да под любым предлогом! — сорвался Федин со стула: опять из-за каких-то мелочей отвергают такой хороший план!

— Так нельзя, — договорил зампрокурора, — еще не факт, что Пингвин станет с нами сотрудничать. Вот если позволить им встретиться, а потом сразу взять киллера, когда тот будет уже с оружием… еще бы знать, где они встретятся и аппаратуру бы туда напихать. Но где они встретятся, мы понятия не имеем!

Максим робко спросил:

— Если только первоначальный план пустить в дело… тем более, что Катька не против.

Первоначальный план, как гордо называл его Федин, был очередной выдумкой Астафьевой. Был верхом безрассудства, и заключался в том, чтобы дать киллеру дойти аж до квартиры Астафьевой.

— Нет уж! — решительно отверг Ваганов. — То, что вы там с Астафьевой придумали — это даже не обсуждается. В общем, решено: как только Пингвин встретится кем — то и начнет передавать ему фотографию — берем обоих. Можем, конечно ошибиться, да и киллер вдруг окажется пока без оружия… Но лучшего варианта все равно нет.

Максим недовольно кивнул — Катькин план ему казался надежнее. Хотя он опаснее, да. Но вдруг его осенило:

— Подожди, Ваганыч, — поднял он следователя горящий взгляд, — выходит, проблема только в том, что мы не знаем, где Пингвин встретится с киллером? А квартира на Горького?..

Квартира на Горького по — прежнему пустовала, а бдительная старушка — соседка при появлении Максима отрапортовала:

— Никого не было. Совсем никого.

Потратив немого времени на подбор ключа, квартиру вскрыли. Однокомнатная «хрущевка» — чистенькая, со стандартным набором необходимых мелочей и с приличным слоем пыли повсюду: типичная кукушка{18}. Только вот встречались здесь не оперативные работники со своими агентами, а кто — то из окружения покойного Каравчука — большая доля вероятности, что именно Пингвин со своими людьми. Риск, что квартира совсем не та, что встречаются здесь люди, не имеющие вообще никакого отношения к «мероприятию» — риск, конечно, был. Но Ваганов отдал распоряжение работать.

Несколько часов ушло на то, чтобы установить в квартире средства наблюдения: на люстру закрепили миниатюрную видеокамеру, поставили «прослушку» на телефон, установили микрофон за настенные часы. Своеобразный «штаб» устроили, естественно, в квартире той же старушки, которая повышенному вниманию к себе была только рада. Теперь уже никаких «мероприятий» с угрозой для Катиной жизни точно не требовалось: Пингвин, находясь в квартире, передаст исполнителю фотографию, адрес Кати, сопровождая сцену соответствующими репликами — и картинка, и звук тем временем будут писаться на аппаратуру. А более «железных» доказательств и быть не может.

Тем временем уже выяснили, что «Мерседес» числится за депутатом Левченко, точнее, за его представителем в Старогорске — Памфиловым Олегом Филипповичем.

Поймав у супермаркета «частника» Памфилов по пустому проспекту утреннего Старогорска доехал до начала улицы Горького, где расплатился с водителем и автомобиль покинул. А дальше, к превеликому облегчению оперативников, пешком прошелся до нужного дома, поднялся в нужную квартиру. Вошел. Бойцы СОБРа — и так неразговорчивые — застыли в ожидании единственной команды «Начали!». Но начинать было нечего — столь ожидаемого исполнителя в квартире все еще не было, и когда он появится — неизвестно.

Еще немного выбивалось из схемы то, что Пингвин, прибыв в Старогорск, так и не попытался с кем-либо связаться: телефонами — автоматами он не воспользовался, с сотового тоже не звонил. Даже из машины. Это подтвердил лейтенант Соколок, который лично и подвез Памфилова до улицы Горького, заработав еще при этом двести рублей. Сомнительно, что посредник стал бы звонить исполнителю с городского телефона из «кукушки». И он действительно телефоном не пользовался. Правда, мог позвонить, пока еще ехал в «Мерседесе» — на это и была вся надежда.

Памфилов, не снимая пальто, раскрыл дипломат и вытащил оттуда на свет божий черный пистолет, похожий на ПМ — простейший в обращении и прекрасно служащий для стрельбы с близкого расстояния. Оружие он, все так же не спеша, протер полотенцем и припрятал за батареей под окном. Потом он достал из того же дипломата почтовый конверт и оставил его на журнальном столике, придавив сверху вазой с искусственными цветами.

И все. Тщательно осмотревшись и забрав «дипломат», Памфилов уверенно шагнул к входной двери.

— Вот черт! — подскочил на стуле Ваганов и заметался по комнате: встречаться на «кукушке» на этот раз парочка не собиралась — посредник просто оставил все, что нужно в квартире и сейчас уедет обратно в Москву! Времени на раздумья не оставалось совсем: — Начали! — волнуясь, а от того слишком громко дал команду Ваганов. — Пошли…

Едва Памфилов открыл дверь своей «кукушки», как на него налетели бойцы СОБРа — один держал его на мушке автомата, второй резко вырвал из рук дипломат, третий, совершенно не церемонясь, в два счета скрутил и уткнул носом в грязную стену лестничной клетки.