Падший ангел за левым плечом - Татьяна Степанова

– Съехали мои квартиросъемщики, – вздохнула Марина Белоносова, – что вы хотите тут найти?

Катя огляделась. За пять лет квартира утратила свой прежний вид.

– Где комната Аглаи?

Белоносова кивнула на смежную крохотную комнатушку. Катя вошла и увидела там еще один продавленный диван, раскладушку, сложенную и прислоненную к стене и обшарпанный письменный стол. Ничего, что напоминало бы о девочке, – ни фотографий, ни плакатов на стенах, что так любят подростки, ни старых игрушек.

– А вещи? Какие-то вещи Аглаи остались?

Белоносова молча пошла к кухне. И открыла дверцу узкой кладовки, похожей на шкаф.

– Помогите мне, – попросила она.

Вместе они стащили с полок три большие тяжелые картонные коробки, заклеенные скотчем.

– Вот, тут все. Выбросить у меня рука не поднялась. Здесь ничего ценного.

– Откройте, пожалуйста, – попросила Катя.

Белоносова принесла с кухни ножницы и взрезала скотч.

В двух коробках была одежда – старые детские вещи, зимние и летние вперемешку. В третьей коробке сверху лежали ролики, а внизу книги – учебники и тетради.

– Ко мне еще одна ученица должна прийти, – сказала Белоносова. – Я вас тут оставлю, вот берите ключи. Потом принесете. Не знаю, что вы здесь хотите найти.

– Я ищу дневник Аглаи.

– Дневник? – Тетка усмехнулась. – Я вспомнила, этот ваш Вавилов тоже меня про дневник спрашивал. Я сомневаюсь, что Аглая вообще когда-то вела дневник. Это совсем другое поколение, понимаете?

Она положила ключи от квартиры на сервант. Когда дверь за ней захлопнулась, Катя опустилась на колени и начала осматривать коробки.

Пять лет… что можно отыскать через пять лет?

Но ведь она нашла «Железо и софт».

Ну и что? Вавилов тогда тоже приходил в это интернет-кафе… И даже не счел нужным оставить в уголовном деле об этом какие-то документы, протоколы…

Все-таки почему он так поступил? Ведь он был так аккуратен?

Она тщательно перетряхнула для начала обе коробки с одеждой. Она искала дневник, записную книжку, может, электронную записную книжку – шарила по карманам детских курток, кофточек, джинсов. Она представляла себе этот самый «дневник» в виде маленького блокнота с розовой корочкой. Но потом подумала – это стереотип.

Она так ничего и не нашла. И стала разбирать коробку с книгами. Это были учебники – старые учебники за седьмой, восьмой и, что удивительно, за девятый и десятый классы – в основном по алгебре, геометрии, физике и химии. Точнее, за девятый и десятый классы были лишь учебники по алгебре. Аглая Чистякова – высокоодаренная девочка в сфере математики – занималась дома по программе старших классов, изучала то, что ее сверстникам лишь предстояло узнать.

Среди книг ей попались два сборника ЕГЭ по математике, а также сборник математических олимпиад МГУ. Еще какая-то книга, вся в графиках уравнений.

На дне лежали тетради – толстые ученические тетради. Их было так много, что Катя растерялась.

Никакого блокнота с розовой корочкой. Никакого дневника. Только школьные тетради маленького математического гения.

Катя села на пол, выгребла их из коробки. И начала пролистывать.

Уравнения икс-игрек…

Целые столбцы уравнений…

Числа, числа, числа…

Смешные рожицы на полях, нарисованные рукой Аглаи…

И снова числа, числа…

Примеры, задачи, уравнения…

Графики…

Катя пролистывала тетради.

У нее начало двоиться в глазах от всех этих чисел, в которых она ничего не понимала.

Аглая писала бегло, неряшливо, шариковой ручкой. Исправляла, зачеркивала – все это походило на творчество, на полет мысли. Девочка действительно жила математикой. Она дышала воздухом цифр и чисел.

От долгого сидения на полу у Кати затекли ноги. На дне коробки оставалось еще много тетрадей. И она решила, что просмотрит их все.

Она уже начала просто пролистывать – числа, задачи, примеры…

«Я не знаю, как все получится…»

Катя резко развернула лист, который уже проскочил у нее между пальцев при пролистывании.

Среди столбца уравнения она увидела эту надпись.

Я не знаю, как все получится…

Но это легкие деньги. И они нам не помешают.

Катя осмотрела тетрадь – засаленная, вся исписанная, исчерканная, самая обычная, с задачками по алгебре и уравнениями. А между цифр и графиков – россыпь записей, девочка делала их машинально. А может, ей было просто так удобно выражать саму себя?

Катя забрала тетрадь и села на диван.

Сердце ее учащенно билось.