Терминатор и Дюймовочка - Андрей Бадин

— Что ты волнуешься? — начал успокаивать друга Демин. — Поезд суперсовременный, остановится когда надо.

— Что же он в тот раз, девять лет назад, не остановился? — Леха предчувствовал беду, и поэтому на душе у него было неспокойно. — Надо любой ценой остановить этот состав, — заключил он и пошел в тамбур. Витек посмотрел на мирно спящих девочек и последовал за ним. В коридоре Леха оторвал металлический поручень — увесистую метровую трубу. В тамбуре он размахнулся и что было силы врезал ею по большому окну в двери вагона. Оно спружинило от сильного удара, но даже не треснуло. Тогда Алексей начал бить ногами, руками и трубой по стенам, стеклам, полу и потолку вагона. Поднялся страшный грохот, и на звук вновь прибежал проводник-конструктор.

— Вы что делаете? — завопил он. — Я сейчас вызову наряд ОМОНа, и он вас быстро утихомирит.

— А что, в поезде есть вооруженная милицейская группа? — удивился запыхавшийся Леха.

— Есть.

— Тогда вызывайте, я им все объясню.

Конструктор нажал на кнопку в стене и, когда сработал микрофон, произнес:

— Это Кравцов говорит, пришлите наряд в пятый вагон, срочно, здесь разбушевался пьяный хулиган.

В динамике кто-то что-то пробубнил и послышались гудки.

А тем временем суперпоезд «Голубая стрела» стремительно приближался к мосту через реку Тверцу.

— Вот они, — крикнул Герман пилоту и указал пальцем на джип, стоящий перед мостом. — Садись рядом.

Пилот безропотно подчинился, начал снижаться и через минуту посадил машину в двадцати метрах от двух «Блазеров». Возле них стояли и покуривали сигареты с травкой трое кавказцев.

— Чечены? — спросил Фома, и босс утвердительно кивнул.

Герман приказал эмчеэсовцам покинуть вертолет. Те сначала возражали, но Тыча направил на них автомат, и они повиновались. Он приказал им отойти на тридцать метров, сесть на траву и сидеть до тех пор, пока он не скажет, что делать. Те так и поступили, а винтокрылую машину с остановленными двигателями босс запер на ключ.

— А, Гэра, друг, здравствуй, — пробасил высокий мощный мужчина-кавказец в просторной черной шелковой рубахе. После крепкого рукопожатия, объятий и похлопывания по плечам главари продолжили церемонию встречи с остальными членами банды. Принятых у российских мафиози поцелуев в щеки не было.

— Взрывчатка в машынэ, забэрай, — произнес Хэко и показал рукой на джип.

Герман и Фома открыли багажник и увидели ящик пластиковой взрывчатки, детонаторы и дистанционные взрыватели.

— Получи деньги, — с улыбкой сказал Герман, вытащил из барсетки пачку долларов, отсчитал десять тысяч и передал их чеченцу. Тот пересчитывать не стал, так как во время того, как Герман перелистывал купюры, внимательно следил за его пальцами и считал вместе с ним.

— Я тэбэ верю, — пробасил он, — забирай.

Газила и Дуб взяли ящик с пластитом и осторожно понесли в направлении моста. Шаман прихватил взрыватели и пульты дистанционного управления.

— Вы что взорвать хотите, мост, что ли? — настороженно спросил Хэко.

— Мы хотим остановить поезд, для этого взорвем мост, — ответил Герман, — а потом будем вылавливать в вагонах нескольких гадов. Если желаете помочь, то оставайтесь, плачу по штуке на брата.

Хэко посмотрел на своих людей, а потом утвердительно кивнул:

— Поможем.

— Тащите ящик к первой опоре моста, — приказал Тыча, и Газила с Дубом поплелись к путям. Не прошли они и двадцати метров, как вдруг им преградил дорогу пьяненький сторож со старенькой двустволкой на плече. Он дремал в будке, стоящей у входа на мост, но, завидев непрошеных гостей, вылез на свет божий.

— Вы куда собрались, туда нельзя, запретная зона.

— Хотим мост взорвать, — добродушно ответил Дуболомов и, не останавливаясь, прошел мимо старика.

— А, хотите мост взорвать. — Охранник принял за шутку сказанное, заулыбался, убрал ружье и освободил дорогу идущим.

Но после нескольких секунд тяжкого, с похмелья, раздумья до него стало доходить, что это не шутка, а правда.

— Э, стойте, стрелять буду, — предупредил он и уже поднял свое допотопное ружье, но кулак Фомы врезался ему в челюсть, и дед свалился в траву.

— Вы заряды закладывать умеете? — спросил Хэко у Германа. — А то у меня вон тот парень большой спец по этим делам. Во время войны он столько фугасов заложил.

— Сами справимся, — поморщился Герман, а Фоме стало противно. Он недолюбливал всех кавказцев без исключения, а чеченцев особенно.

Охраны на мосту больше не было, и парни бодро донесли ящик до того места, где свод подпирала первая металлическая опора. Все, кроме Альфреда Репутатского, собрались на железнодорожном полотне и следили за установкой бомбы. Альфред же сел на траву, обхватил голову руками и с ужасом наблюдал за возней бандитов. Он тысячу раз проклял тот день, когда обратился за помощью к Герману.