Инкогнито с Бродвея - Дарья Донцова

Все. Пора закопать любые воспоминания об этой истории, свидетельствующей о вранье, алчности, глупости, злобе и других не самых приятных человеческих качествах. Что-то у меня пропало желание бегать по бутикам в поисках платья. Лучше поеду домой, поиграю на айпаде в птичек…

Войти в квартиру я поостереглась. Сидела в машине, стреляя в свинок, пока в стекло не постучал Степа.

– Давно тут кукуешь? – спросил он, когда я вышла из «букашки».

– Только приехала, – лихо соврала я.

Дмитриев положил ладонь на капот и констатировал:

– Холодный.

Пришлось признаться:

– Около часа во дворе стою.

– На кухне опять тараканы? – догадался Степан.

– Видела трех, когда утром хотела кофе попить, – передернулась я.

Степа обнял меня.

– Пошли, храбрый заяц. Твой рыцарь защитит тебя от драконов. Как только открою дверь, сразу прячься в спальне.

Мы поднялись на лифте, Дмитриев вынул ключи.

– Лучше постою тут, пока ты их выгонишь, – сказала я.

Мой друг расхохотался и исчез за створкой. Я прислонилась к стене.

Не вижу ничего смешного! Я избавилась от муравьев и получила вместо них мерзких прусаков. Пару дней назад специалист от «Убьем всех» принес мне новый прибор.

– Теперь всем насекомым хана, – пообещал он.

И что? Сегодня наглые усатые опять шмыгали по кухне.

– А-а-а! – раздалось из недр апартаментов. – А-а-а-а! Помогите!

Вмиг забыв об омерзительных насекомых, я кинулась на зов и нашла Степана… стоящим в кухне на подоконнике.

– Что случилось? – растерялась я.

Дмитриев показал пальцем на холодильник.

– Там, около стены… О, меня сейчас инфаркт разобьет!

Я прищурилась.

– Ничего не вижу.

– Они живые, – поежился Степа, – серые.

Я опять посмотрела на холодильник и рассмеялась.

– Мышка! Совсем крохотная. Ты так орал, что перепугал бедняжку. Интересно, откуда она взялась? Странно, однако! Начали морить муравьев, те пропали, но пришли тараканы. А когда поставили новый прибор от прусаков, к нам заглянула мышь. Степа, почему ты залез на подоконник? Зачем кричал? Если решил пошутить, то неудачно – я решила, что тебе плохо.

– Мне хорошо, – пробормотал Степан.

– Спускайся, – скомандовала я. – Вроде мыши любят молоко? Надо предложить гостье поесть.

– Не прикармливай ее! – взмолился Дмитриев, не двигаясь.

Я взглянула на него и вдруг поняла, что происходит.

– Степа, ты боишься крохотных мышек?

– Ну… просто они мне не нравятся, – забубнил Степан. – Вредные, вороватые, хитрые, им лучше не доверять.

Я расхохоталась.

– И этот человек смеялся надо мной, когда я убегала от тараканов. Ладно, сейчас возьму веник и попрошу грызуна удалиться… Ой! А уже никого нет. Слезай.

– Она точно ушла? – осведомился Степан.

– Не бойся, если норушка вернется, я смогу защитить тебя, – заверила я.

Дмитриев спрыгнул с подоконника.

– Вилка, мы с тобой чудесная пара. Мужская половина будет храбро сражаться с прусаками, а женская – с мышами. Нам вместе никакой враг не страшен. Непобедимый тандем. Выходи за меня замуж.

В тот момент, когда Степа произнес последнюю фразу, я как раз наклонилась, чтобы проверить, на самом ли деле убежала хвостатая гостья. Да так и замерла в полусогнутом состоянии.

– Я не так сделал предложение? – испугался Степан. – Несколько раз пытался начать разговор на эту тему, но ты не понимала, о чем я веду речь, и я затыкался. Прости, сейчас… заново. Дорогая Вилка, прошу тебя стать моей женой. Кольцо не купил, потому что не знал, какое тебе понравится. Нет, опять как-то не очень романтично… э… э…

Я наконец-то выпрямилась и посмотрела на Дмитриева.

– Ну… в принципе я согласна. Но, если честно, хотелось бы услышать от тебя еще какие-то слова.

– Какие? – занервничал Степа. – Я не мастак произносить речи. Э… э… Сейчас… сейчас… Вилка, любовь к тебе окрыляет меня. Теперь хорошо?

Я улыбнулась. Любовь к женщине, конечно же, окрыляет представителя сильного пола, вот только одни мужчины превращаются в орлов, а другие в малярийных комаров…