Природа зверя - Луиз Пенни

– Может быть, Антуанетта именно по этой причине пригласила гостей на такое время. Чтобы никто не видел их прихода, – предположил вернувшийся Бовуар.

– Но с какой стати делать тайну из визита членов труппы? – спросил Гамаш.

– Потому что речь шла не о членах труппы, – ответил Бовуар. – Я сейчас звонил им. После отказа участвовать в постановке они Антуанетту не видели и не слышали. Так что либо Антуанетта солгала Брайану, либо Брайан солгал нам.

– Но он не мог не понимать, что мы это выясним, – возразила Лакост. – Скорее уж Антуанетта солгала ему о том, кого ждет.

– А почему солгала? – спросил Гамаш. – Что за люди должны были к ней прийти?

– И они ли ее убили? – продолжил Бовуар. – По-моему, это вполне вероятно. Но они рисковали. Что, если бы Антуанетта сообщила Брайану, кого она ждет на самом деле?

– Вероятно, они знали, что правды она не скажет, – заметила Лакост. – А значит, хотела сохранить их приход в тайне.

– Что-то постыдное? – предположил Бовуар, генерируя идеи. – Что-нибудь незаконное или неэтичное? Любовный роман?

Они переглянулись. Тут взгляд Гамаша упал на экземпляр пьесы. Казалось, жизнь все время возвращает их к ней. К этой треклятой пьесе.

Бовуар проследил за его взглядом:

– Да, мы думали о том же. Не может ли убийство Антуанетты каким-то боком быть связано с оригиналом пьесы Флеминга? Может быть, его-то и искали? Не этим ли объясняется разгром в ее доме? Брайан брал оригинал с собой в Монреаль, но они не могли об этом знать.

Гамаш поднялся:

– Я почти что закончил ее читать. В сюжете нет никаких скрытых смыслов. Я вам нужен? Мне хотелось съездить в Хайуотер, но уже поздновато, а после вашей новости я, пожалуй, останусь здесь. Вы не возражаете, если я расскажу Рейн-Мари?

– Никаких возражений. Напротив, нужно всем рассказать, – сказала Лакост, присоединяясь к нему. – Пойду с вами, начну расспрашивать людей.

– Есть еще кое-что, о чем тебе следует знать, Изабель.

Он остановился, и она повернулась к нему.

– Я спросил Мэри Фрейзер про Хайуотер. Им известно, что мы знаем об их поездке туда.

– И как она прореагировала?

– Спросила, не угрожаю ли я ей.

– Ого! – воскликнула Лакост. – Странно. Интересно, что она имела в виду.

– Интересно, что такого есть в Хайуотере.

– Попробую полазить по Интернету, когда вернусь в штаб.

– У тебя есть другие дела, – возразил Гамаш. – А поискать я и сам могу. У меня остались пароли.

– Сколько же вреда вы можете принести, patron, – с улыбкой сказала Лакост.

– Как это ни забавно, такого же мнения придерживается и Мэри Фрейзер. Она практически обвинила меня в смерти Лорана и участии в поисках суперорудия Джеральда Булла.

– Она сумасшедшая, если так думает.

– Она непростая штучка, – сказал Гамаш. – Неделю назад я разговаривал с приятельницей из КСРБ. Позвоню ей еще раз и попрошу скрытно провести служебную проверку Мэри Фрейзер и Шона Делорма. Но есть и еще кое-что. Они знают, что именно ты сделала утечку о «Проекте „Вавилон“».

Глаза Изабель Лакост расширились, и она вздохнула:

– Я понимала, что так и будет. Меня это не волнует.

Но вид у нее был взволнованный. И для этого были основания, подумал Арман, когда они расстались, войдя в тихую деревню. Ему пришла в голову мысль, что иметь Мэри Фрейзер в качестве противника опасно. Но вот вопрос: можно ли быть ее союзником?