Дом девушек - Андреас Винкельманн

Фредди не хотел быть трусом. Поэтому он открыл дверь. За ней тянулся широкий, но низкий коридор, тускло освещенный двумя лампочками. Пол по центру коридора был стоптан.

Фредди осторожно притворил за собой дверь и бесшумно двинулся по коридору. В конце его была еще одна дверь, из старых дубовых досок, окованная железом. Дверь, сделанная на века.

Фредди замер, приложил ладонь к доскам и прислушался. С чего бы тен Дамме так неосмотрителен? Он знал, что его выслеживает полиция. Так почему оставляет двери незапертыми?.. Наверное, потому, что, опьяненный своим высокомерием, он полагал, что обставил полицию. Значит, план Кернера сработал: тен Дамме не заметил его, и эта ошибка должна стать для него роковой.

Тяжелая дверь открылась на удивление легко и даже не скрипнула. Петли были как следует смазаны: кто-то явно не хотел создавать лишнего шума.

За дверью взору Фредди открылась удивительная картина. Не снаружи, а здесь, под домом, располагался настоящий лодочный гараж. Канал тянулся на несколько метров, втиснутый меж двух пристаней, и над ними нависал низкий сводчатый потолок. Наверное, когда-то давно в этом тесном душном подвале помещались на зиму или обслуживались лодки торговцев.

Здесь никого не было, и Фредди двинулся дальше.

Не помешало бы чем-то вооружиться. С пустыми руками он чувствовал себя беззащитным и уязвимым. Но под ногами ничего не было – лишь несколько рулонов проволочной сетки, еще в упаковке. Фредди вспомнил, что рассказывал Кернер об итальянке, найденной на дне канала. У него по спине пробежал холод, и последние сомнения были развеяны.

– Добрый вечер, – прозвучал голос словно со всех сторон разом.

Фредди развернулся, но не увидел говорящего. Каменный свод искажал звуки, эхо металось между стенами.

– В столь поздний час гость желанным не бывает…

Фредди ни разу не слышал голос тен Дамме, но этот голос показался ему знакомым. Только он не мог вспомнить, откуда.

– Фредди, полагаю? – вновь прозвучал голос. – Любопытный бродяга… Вы знаете, что на воде вас слышно за километр?

– Покажись! – крикнул Фредди, и его собственный голос эхом разнесся под сводом.

– Прямо сейчас на вас направлен пистолет. И вам незачем гадать, могу ли я пустить его в ход. Вы сами знаете, что могу. И даже могли наблюдать. В неподходящем месте и в неподходящее время, я бы так сказал. Беда только, что вы при этом оказались таким любопытным…

– Полиция уже в пути. Так что сдавайтесь!

Фредди крутился на месте, но так и не мог понять, откуда доносился голос. В этом подвале хватало темных углов, ниш и выступов.

– Неправда. Полиция занята тем, чем и должна заниматься: наблюдает за Хендриком тен Дамме. Так что в нашем распоряжении уйма времени, чтобы уладить все вопросы.

– Так вы не тен Дамме?

– Вот вы сами и убедились, насколько эффективна наша маскировка. Мы ввели в игру пешку, удачно ее расположили, прикрыли ладьями и слонами, так что ферзь и король остались практически без внимания.

– Вздор! – крикнул Фредди. – Вас раскусили!

– Вы уверены?

Голос вдруг зазвучал иначе, уже не столь искаженно. Говорящий как будто подошел ближе. Вот только с какой стороны? Где он прятался?

Фредди не видел его, а когда почувствовал, было уже поздно. Тот вдруг оказался у него за спиной, так близко, что смог приставить пистолет к его затылку.

Фредди замер.

– Даже если полиция в пути, вас никто уже не спасет.

Вблизи его голос звучал довольно приятно.

– Так кто же я? Ай-ай… не поворачиваться, это будет слишком просто. Ну же, напрягите ум. У вас должны быть еще предположения.

– Шеф издательства. – Фредди наконец-то понял, где слышал этот голос. Этот мерзкий тип, который домогался Лени и орал на него у дверей издательства. Проклятье! И как он сразу об этом не подумал…

– Ну какой же вы умница, – произнес мужчина, не отводя пистолет от его головы. – И все же вам пора. Прощайте, герр Фёрстер!

Фредди чувствовал, как палец мужчины напрягся на спусковом крючке. Еще мгновение – и все закончится, его жизнь оборвется. Жизнь, которая так гадко складывалась, но за которую он отчаянно цеплялся. Фредди никогда не думал о смерти как решении проблем, ни разу за все месяцы уличной жизни. Для него это означало бы признание поражения, а Фредди не допускал даже мысли о том, чтобы сдаться.

В эту долю секунды перед его внутренним взором пронеслись сотни сцен. Он видел Силке с Леоном на игровой площадке. Силке на больничной кровати вскоре после родов. Его сын, завернутый в белую пеленку на руках матери…

Фредди среагировал в эту же долю секунды. Он упал, извернулся и ударил стоящего позади человека. Выстрел прогремел над правым ухом. Мир растворился в шуме. Мерзкий, высокий звон заполнил пространство, вытесняя все прочее. Фредди даже не почувствовал боли, только этот пронзительный звон.

По правой щеке стекала теплая кровь, но ему было не до этого.

Фредди бросился на мужчину и повалил на пол. Он ничего не видел в темноте и просто колотил наугад, руками и ногами. Это напоминало скорее драку мальчишек на школьном дворе.

Фредди бил и сам получал удары. Когда рукоять пистолета попала ему по виску, он качнулся, но сумел заблокировать следующий удар, всем своим весом навалился на противника и отвел руку с пистолетом в сторону. Получил коленом в живот, локтями по ребрам, но не сдавался, продолжал бороться и в конце концов смог нанести удар, который поставил точку. Мужчина внезапно перестал сопротивляться.

Фредди сполз с него и пошарил вокруг в поисках пистолета. Нашел его слева, рядом с правой рукой убийцы. Но не успел схватить его, как что-то тяжелое ударило его в шею, и мир померк…

Она не могла знать имени!

Эллен Лион никак не могла знать, что пропавшую девушку, новую подругу Лени Фонтане, звали Вивьен. Йенс понял это, когда Ребекка назвала ему полное имя девушки.

Возможно, тен Дамме и Эллен Лион состояли в сговоре? Все-таки они были любовниками, так что вероятность не столь уж и мала… В таком случае Йенс попался на их удочку. Это не он обставил тен Дамме, а наоборот.

Господи боже, какой же он все-таки болван!

Лени Фонтане и Вивьен Фосс вовсе не были в безопасности только потому, что тен Дамме сидел у себя дома и глушил виски.

Тен Дамме оказался приманкой, на которую было направлено все внимание полиции, в то время как Эллен, оставаясь в тени, лихорадочно заметала следы.

Во второй раз за этот вечер Йенс выжимал максимум из Красной Леди. Он понимал, что теперь одной лишь полировкой вину перед ней не искупить.

Через пятнадцать минут после своего озарения комиссар остановился перед винным магазином у канала