Афганец - Фредерик Форсайт

По прошествии двух недель первоначальный энтузиазм охотников за неуловимым и, как представлялось многим, несуществующим кораблём-призраком поуменьшился. Как ни странно, источник скептицизма находился в Вашингтоне.

Поиски требовали времени, энергии и денег, а можно ли всерьёз полагаться на наспех нацарапанную записку, засунутую кем-то в кармашек рюкзака на забытом богом острове, о котором никто и не слышал? Спешно прилетевший в Лондон Марек Гуминни совещался со Стивом Хиллом, когда из ипсвичской штаб-квартиры Ллойда позвонил эксперт СИС по морскому терроризму Сэм Сеймур. Выслушав рассуждения специалиста, Хилл приказал ему прибыть в Лондон для объяснений.

— Мы полагали, — начал Сеймур, — что «Аль-Каида» планирует спровоцировать кризис мировой торговли, перекрыв тот или иной жизненно важный маршрут. Такой вариант возможен, но есть и другие.

— Почему вы считаете, что мы ошиблись в расчётах? — спросил Марек Гуминни.

— Потому, сэр, что практически все суда нами уже проверены. Результат отрицательный. Остаются второй и третий варианты. Они практически взаимозаменяемы, но у них разные цели. Я считаю, что нам следует обратить внимание на третий — удар по крупному прибрежному городу с расчётом на большое число жертв. Публичное заявление бен Ладена о переключении на экономическую войну может быть обычной уловкой. Или же он просто передумал.

— Ладно, Сэм, попробуйте убедить нас в своей правоте. Как вы сами понимаете, у нас со Стивом есть хозяева-политики, которым нужны либо результаты, либо наши головы. Если речь не идёт о перекрытии морского пути, то какое судно может использовать противник?

— В третьем варианте важен не столько корабль, сколько груз. Он может быть и не очень большим — дело в его разрушительной силе. У Ллойда есть список потенциально опасных грузов — от этого зависит размер страховых выплат.

— Например, боеприпасы? Повторение сценария с Галифаксом?

— Наши эксперты говорят, что современные боеприпасы уже не взрываются так, как раньше — для этого требуются куда большие усилия. Скорее нечто подобное может произойти на фабрике по изготовлению фейерверков. Но это не пойдёт ни в какое сравнение с 11 сентября — не тот эффект. Гораздо опаснее утечка химикалий, как в Бхопале, где случился выброс диоксина смертельно опасного гербицида.

— То есть речь может идти о контейнеровозе с диоксином, взорванном «Семтексом» где-нибудь на Пятой авеню? — предположил Стив Хилл.

— Но такого рода вещества тщательно охраняются как на фабриках, так и в местах хранения, — возразил Гуминни. — Не представляю, что они способны незаметно завладеть подобным грузом.

— Нас сориентировали на поиски грузового судна, — напомнил Сеймур. — Похищение смертельно опасного вещества в значительном количестве незамедлительно стало бы предметом расследования.

— Не забывайте, что в некоторых странах «третьего мира» законы действуют далеко не всегда, а владелец похищенного мог в силу разных обстоятельств и не сообщить полиции о случившемся.

— Производством особо опасных токсинов в таких странах уже не занимаются, сэр. Даже при том, что там оно дешевле из-за низкой стоимости рабочей силы.

— Итак, мы снова возвращаемся к судну? — пробормотал озабоченно Хилл. — Будем искать танкер?

— Сырая нефть не взрывается, — указал Сеймур. — Когда у французского побережья развалился танкер «Торри кэньон», чтобы поджечь разлившуюся нефть, понадобились фосфорные бомбы. Гружённый нефтью танкер может вызвать экологическую катастрофу, но не массовую гибель людей. Более опасен танкер с горючим. Особенно со сжиженным газом высокой концентрации. Причём размеры его здесь не столь уж и важны.