Похищенная девушка - Джозефина Тэй

Дважды он видел на этом лице ликование и один раз страх – в тот первый день, когда в гостиной к ней подошла старая миссис Шарп. Сейчас же ее вид был таким бесстрастным, словно речь шла не о ней, а о ценах на бирже. Роберт пришел к выводу, что этим впечатлением внутреннего покоя она обязана своей внешности. Это результат широко поставленных глаз, гладкого лба и невыразительного ротика, всегда немного по-детски надутого. Маска, много лет скрывавшая истинную суть Бетти Кейн даже от ее близких. Великолепный камуфляж. Фасад, прячась за которым она могла быть кем угодно. И сейчас она вновь надела эту маску, не менее невинную и спокойную, чем когда Роберт впервые увидел ее в гостиной «Франчайза» в этой ее школьной курточке. Но за маской наверняка бурлили невероятные страсти.

– Мистер Чэдвик, – сказал Майлз Эллисон, – ваши показания несколько запоздали, не так ли?

– Запоздали?

– Да. Это дело обсуждается и в прессе, и в обществе уже недели три. Если вы говорите правду, то вы должны были знать, что двум женщинам предъявлены ложные обвинения. Если, как вы говорите, Бетти Кейн провела это время с вами, а не в доме тех двух женщин, почему же вы сразу не заявили об этом в полицию?

– Потому что я ничего об этом не знал.

– О чем?

– О преследовании тех женщин. Или об истории, которую рассказала Бетти Кейн.

– Как это?

– Я снова ездил за границу по делам. Узнал об этом деле только пару дней назад.

– Понятно. Вы слышали показания девушки, а также показания врача по поводу того, в каком состоянии она прибыла домой. Вы можете как-нибудь это объяснить?

– Нет.

– Это не вы избили девушку?

– Нет.

– Вы говорите, что приехали однажды вечером, а ее не было.

– Да.

– Она собрала вещи и уехала?

– Да, так мне тогда показалось.

– То есть все ее вещи и багаж исчезли вместе с ней.

– Да.

– Однако домой она пришла без багажа, в одном платье и туфлях.

– Об этом я узнал намного позже.

– Хотите сказать, что, когда вы приехали в загородный дом, там было чисто и пусто, и вы не увидели ни намека на поспешный отъезд.

– Да, так и было.

Когда давать показания вызвали Мэри Фрэнсис Чэдвик, ее имя вызвало сенсацию еще до ее появления. Всем было ясно, что это жена, а такого не предвидели даже самые оптимистичные из стоявших в очереди снаружи.

Фрэнсис Чэдвик была высокой миловидной женщиной, естественной блондинкой с фигурой девушки, которая некогда работала манекенщицей. Теперь она слегка располнела, но, судя по добродушному выражению лица, ее это не удручало.

Она подтвердила, что состоит в браке с предыдущим свидетелем и проживает с ним в Илинге. Детей у них не было. Она по-прежнему иногда торговала одеждой. Не потому, что в этом была необходимость, а ради карманных денег и потому что ей это нравилось. Да, она помнила поездку мужа в Ларборо, а оттуда в Копенгаген. Он вернулся из Копенгагена на день позже, чем обещал, и провел с ней ночь. В течение следующей недели она начала подозревать, что муж завел интрижку на стороне. Подозрение подтвердила подруга, рассказав ей, что муж поселил гостью в загородном домике у реки.

– Вы обсудили это с мужем? – спросил Кевин.

– Нет. Это бессмысленно. Они на него летят как мухи.

– И как вы тогда поступили? Или намеревались поступить?

– Так же, как всегда поступаю с мухами.

– А именно?

– Бью их.

– И вы отправились в загородный дом в расчете прибить муху, которую нашли бы там.

– Именно.

– Что вы обнаружили в доме?

– Я поехала туда поздно вечером, надеясь застать там и Барни…

– Барни – это ваш муж.

– А кто же еще. В смысле, да, – поспешно поправилась она, перехватив взгляд судьи.

– А дальше?

– Дверь была не заперта, и я сразу пошла в гостиную. Из спальни послышался женский голос: «Это ты, Барни? Я так по тебе соскучилась». Захожу и вижу: она лежит на кровати в таком неглиже, какие женщины-вамп носили в кино лет десять назад. Выглядела она неряшливо, я даже удивилась вкусу Барни. Лежит, кушает шоколадные конфеты из огромной коробки прямо в кровати. Сцена прямиком из тридцатых.

– Пожалуйста, по существу, миссис Чэдвик.

– Да, прошу прощения. В общем, началось все как обычно…

– Как обычно?

– Да. Ну, знаете: «Кто ты такая, что ты тут делаешь?» Обманутая жена и мимолетная любовница. Но она почему-то меня просто взбесила. Не знаю почему. Обычно меня в такой ситуации трудно вывести из себя. Так, поскандалим, особо друг на друга не обижаясь. Но было в этой потаскушке что-то такое, от чего у меня прямо живот скрутило. Такая…

– Миссис Чэдвик, прошу вас!

– Хорошо. Простите. Но вы же сказали говорить своими словами. В общем, в какой-то момент я уже не могла выносить эту шлю… Ну то есть, довела она меня. Я не сдержалась. Стащила ее с кровати и шлепнула по лицу. Она так удивилась, аж смешно. Будто ее никто в жизни никогда не бил. Говорит: «Вы меня ударили!» А я ей: «Отныне тебя еще не раз будут колотить, моя куколка», и дала ей еще затрещину. Честно признаюсь, преимущество было на моей стороне. Я покрупнее буду, да и рассердилась страшно. Сорвала с нее это дурацкое неглиже и продолжала лупить ее, пока она не споткнулась о свои мюли и не растянулась на полу. Я ждала, что она встанет, но она так и лежала, и я решила, она потеряла сознание. Я пошла в ванную, намочила тряпку холодной водой и обтерла ей лицо. Потом пошла на кухню, чтобы сварить кофе. К тому времени я уже остыла и подумала, она тоже будет рада выпить чашечку, когда придет в себя. Я сварила кофе и оставила его на столе, но, когда вернулась в спальню, оказалось, что она притворялась, будто у нее обморок. Эта маленькая… девчонка сбежала. Время одеться у нее было, и я так и подумала, что она в спешке и дала деру.

– Вы тоже ушли?

– Я подождала часок, думая, что приедет Барни. Мой муж. Вещи девчонки были разбросаны по всей комнате, ну… я их побросала в ее же чемодан и убрала его в шкаф под лестницей на чердак. И открыла все окна. Должно быть, она духи на себя половником выливала. Но Барни не приехал, и я пошла прочь. Видимо, совсем чуть-чуть с ним разминулась, ведь той ночью он все-таки заехал. Но через пару дней я рассказала ему, что произошло.

– И