Ласточкин крик - Ахмет Умит

но все не так просто, – тяжело вздохнул он. – Худшее из предательств – это то, что совершает с нами наше собственное тело. Как бы ты ни старался, в конце концов оно даст слабину. Такова воля Аллаха, и мы не можем пойти наперекор. Главное – вовремя умереть, и чтоб без лишних мучений. Некоторые, вон, до последнего цепляются, а зачем? – Мосье замолчал. – Ладно, чувствую, перегрузил уже тебя своими проблемами. Давай говори, что хочешь узнать.

– Да уж есть одна просьба… Хотел у тебя поинтересоваться насчет некоего Сатылмыша Гюндогду. Он деньги под проценты дает…

– Краснолицый, – пробурчал мой собеседник. – И что там такое произошло с Сатылмышем?

– Он как-то связан с убийством, которое мы расследуем. Хочу с ним поговорить. На официальном допросе он зажмется, поэтому я бы попросил тебя посодействовать встрече… Могли бы чайку попить, поболтать…

– А что бы не попить? Приходи ближе к вечеру к нам в кафе. Сатылмыш тоже там будет.

Я был удивлен прозвучавшей в его голосе уверенностью.

– Ты бы лучше поспрашивал сначала, может, не получится на него сразу выйти.

Он уверенно рассмеялся.

– Я на него выйду без проблем. Приходи вечерком к Хаззопуло. Ладно, давай, до встречи.

41

Возможно, он запаниковал

– Вам надо подойти, господин комиссар, – позвала меня Зейнеп.

Голос ее звучал взволнованно, и я даже испугался, не случилось ли чего.

Но с Зейнеп все было в порядке. Стоя на коленках, она внимательно рассматривала пол.

– Смотрите, здесь опять эти следы, господин главный комиссар… – указала она на красноватые пятнышки.

Я вспомнил, что рядом с трупом Зекаи, а потом и в его лодке тоже нашли что-то подобное. И снова подумал: вряд ли это наведет нас на след, в Стамбуле почва из-за содержащегося в ней железа во многих местах имеет красноватый оттенок.

Но девушка уже сделала вывод:

– Одна и та же грязь в разных местах… Видимо, тот человек, который напал на меня, убил и комиссара Зекаи.

По спине пробежал холодок.

– Подожди, по нашей предварительной версии, его убил Слепой Кот. Думаешь, он был здесь?

Зейнеп встала и огляделась, будто боялась, что маньяк до сих пор где-то прячется.

– Думаю, да… Если, конечно, мы не ошиблись с версией.

– Как-то неосмотрительно с его стороны… Заявиться в дом человека, которого убил. Прежде он таких промашек не допускал.

Зейнеп нахмурилась.

– Возможно, он запаниковал, и наверняка он был уверен, что доберется сюда прежде нас. В конце концов, убийца тоже человек, господин комиссар. Мог и просчитаться. А мы… мы все ждали от него промашки, разве не так?

Так-то так, но что-то в версии Зейнеп меня смущало. Я сел на корточки, чтобы рассмотреть грязь. Красные частицы были хорошо видны на коричневом полу.

– А они не могут быть подкрашены? – предположил я. – Какой-то уж слишком насыщенный красный цвет для живой природы.

– Да, я тоже так подумала, господин старший инспектор, но нужна лабораторная проверка. Тут что угодно может быть… Краска, промышленная пыль, искусственное покрытие… На глазок не определишь.

– Так за чем дело стало? Собирай, отправим в лабораторию. Эксперты определят состав, и, может быть, это к чему-то приведет.

Я уже собирался выйти из комнаты, как Зейнеп окликнула меня:

– Господин комиссар, я еще хотела показать вам газету. – Она кивнула на «Хюрриет», лежавшую на стеллаже. – Номер трехдневной давности, и есть еще один, вышедший пять дней назад. То есть получается, что последние три дня Кансу в доме не появлялся. В холодильнике свежей еды тоже нет.

Я вспомнил запах, исходивший от трупа.

– Скорее всего, три дня назад он был убит. Но где его держал Слепой Кот и зачем держал?

Здесь было над чем подумать, но сейчас важнее было заняться другими делами.

– Зейнеп, ты собирай образцы, а я пойду посмотрю, что там с дверью. Непонятно, как напавший на тебя человек попал сюда. Ты внимательно осмотрела квартиру, когда вошла сюда? Скорее всего, преступник где-то прятался.

Другого объяснения у меня не было.

Стальная входная дверь выглядела внушительно. Вышибить такую невозможно, но над замком, похоже, кто-то поработал.

– Да, господин старший инспектор, замок был вскрыт.

Я обернулся и увидел Али. В руках у него был желтый DVD-диск.

– Я, когда выходил, посмотрел. Видите царапины?

Царапины я видел, и с этим тоже должны разобраться криминалисты. А вот диск…

Перехватив мой взгляд, Али заулыбался.

– Охрана отдала. Тут все свежие записи. Теперь мы точно поймаем Слепого Кота!

– Только свежие?

– Не только. Камеры зафиксировали, как Кансу вышел из дома три дня назад. И больше он сюда не возвращался.

Это уже было серьезно.

– Пойдем в квартиру, – поторопил я помощника. – Посмотрим, что там на записях.

Ввалившись в комнату, Али потряс в воздухе диском.

– Сейчас ты увидишь человека, который на тебя напал! – радостно сообщил он Зейнеп.

Девушка тут же включила компьютер и вставила диск. Ее пальчики быстро забегали по клавишам. Картинка постепенно приобрела четкость.

– Камера охватывает въезд во двор, – пояснил Али. – Смотрите, сейчас он появится.

У будки охранников остановилось такси, из него вышел человек в рабочем комбинезоне – так обычно одеваются уборщики. Он был высокого роста, примерно метр восемьдесят, плечистый, но бейсболка на голове мешала разглядеть его лицо.

– Сейчас он подойдет поближе, господин старший инспектор, будет лучше видно.

В руках мужчины была небольшая сумка. Да, он выглядел точь-в-точь как уборщик. Уверенной походкой он направлялся к входу в небоскреб.

– Охране он сказал, что его направила клининговая компания, – прокомментировал Али. – Мол, ему поручили проверить работу других сотрудников. Эти олухи ничего не заподозрили, потому что клининг обычно каждый месяц присылает контролера.

Зейнеп опередила меня:

– А раньше тоже он приходил?

Али пожал плечами.

– Я у них спросил, но они не знают.

– А сегодняшний контролер им ничем особенным не запомнился? – с надеждой спросил я.

– Не-а. Да что с них взять, полные идиоты. Вы уж простите, но у них трусы сопрут, они и не заметят. Охрана, мать твою. Могли бы сопровождение дать. – Али наклонился и ткнул пальцем в экран. – Смотрите, господин комиссар, сейчас будет видно его лицо.

И действительно, подходя к двери, мужчина оказался совсем близко к камере.

– Останови, – попросил я Зейнеп. – Останови на этом кадре.

Девушка тут же нажала на паузу. На бейсболке была надпись «Тюркуаз-клининг». Собственно, на этом определенность заканчивалась. На мужчине были очки в толстой черной оправе, а нижнюю половину лица скрывала густая борода. Конечно, наши эксперты попробуют составить фоторобот, но опыт подсказывал мне, что никого мы по такому портрету не найдем. Теперь