Папа Карло из Монте-Карло - Дарья Калинина

Но Инга не могла поверить:

– Невозможно, чтобы это был ты. А твой голос? Я могла не узнать тебя под маской Арлекина, но я бы обязательно узнала твой голос.

– Голос я немножко изменил, – признался Залесный. – Чуть-чуть хрипотцы, и ты меня не узнала. А для Ибрагима у меня нашлось простое объяснение, почему я хриплю. И потом ночью в парке на Крестовском острове…

– Там тоже был ты? – не сдержала своего изумления Инга.

– Ну не мог же я оставить свою любимую женщину наедине с таким ловеласом, каким слывет Ганнибал? Конечно нет. Я чуть не сдох от ревности. Если бы не вмешался Ванька, я бы сам набил Ганнибалу морду.

Залесный произнес это и покраснел.

– Прости меня, если можешь, – произнес он затем. – Клянусь, я больше никогда не позволю себе оставить тебя дольше, чем на сутки.

– Клянешься?

– Клянусь! – совершенно серьезно произнес Залесный, прижимая Ингу к себе. – Родная моя, как же я по тебе соскучился. Если бы ты только знала, как я тосковал!

– И я! О, мой любимый! Как же я скучала без тебя!

Но опустим занавес над этой сценой. Там, где властвует Амур, есть место лишь для двоих.

Между тем, несмотря на то, что картель наркоторговцев был прикрыт, ясности в дело об исчезновении сестер Кумовых это не внесло. Ибрагим, когда ему задали вопрос о девушках, лишь рассмеялся:

– Какое мне дело до каких-то шалав? С ними братья якшались, с них и спрос.

– Но никто не знает, где в данный момент находятся братья.

– Я этого тоже не знаю.

– Они могли убить своих подруг?

– А я откуда знаю?

– Им до этого уже приходилось убивать?

Ибрагим на этот вопрос не ответил, но за него ответили другие. Не все работавшие на Ибрагима люди были так уж уверены в своем хозяине. Они сильно сомневались, что он выйдет сухим из воды сам, да еще и вытащит их всех. И некоторые поспешили сдать Ибрагима и работавших на него родственников.

– Ту девчонку, которая продавала товар до них, братья точно кокнули. Они сами похвалялись, что сделали это. Причем это по приказу Ибрагима.

После этого Ибрагима допросили еще раз:

– И что вы чувствовали, когда приговаривали к смерти вашу племянницу?

– С… я хотел на таких племянниц! Белка ее нагуляла от какого-то мужика. Тьфу! Дурное семя! Ее следовало задушить еще в колыбели. Раньше бы с ней так и поступили. То, что она прожила столько времени, и прожила неплохо, – это ей бонус от доброго дяди Ибрагима.

Правильно чуяло материнское сердце Беллы. Ее брат заставил своих родственников избавиться от ее дочери. Но сам Ибрагим ничего ужасного в содеянном не видел:

– Свои люди, сами и разберемся. И с Беллой, и с мальчишками.

– Вы знаете, где их искать?

– Если бы знал, давно бы нашел! Мальчишки слиняли с крупной партией наркотика. И деньги увели. Да еще, что самое главное, подставили меня перед всеми моими зарубежными оптовиками.

О том, что произошло между Гусейновыми и Ибрагимом, хорошо и в деталях мог поведать следователь Залесный. Он вел это дело, он втерся в доверие к Ибрагиму, и это он помог купировать скандал, когда братья Гусейновы продали иностранным клиентам от имени своего дяди простую сахарную пудру.

Когда Залесный это сказал, трое наших сыщиков ему в первый момент не поверили. Ваня восхитился первым:

– Вот это, я понимаю, настоящая наглость!

– Сахарная пудра вместо «райской пыльцы»?

– Да!

– Наверное, Ибрагим был в ярости? – предположила Алена.

– О, в страшнейшей! Лично я, если выяснится, что братья нынче мертвы, охотно поверю в то, что это Ибрагим их приказал уничтожить.

– А искал зачем потом?

– Да, вот это и сбивает меня с толку, – растерянно признался им Залесный.

Но подруги продолжали недоумевать:

– Братья провернули такую аферу с сахарной пудрой сами? За границей? Не зная толком ни одного иностранного языка?

– Контакты были налажены. Доставить товар до нужной точки и сдать там нужным людям – это дело нехитрое.

– А как же граница? Таможня?

– Товар на себе переносили, конечно, не братья, а какие-нибудь нанятые ими для этих целей люди. Некоторые предпочитают приглашать пожилых дам или мамочек с детками. Но Гусейновы любили, когда их сопровождают молодые и красивые девушки. Эти их подружки и несли на себе товар, часто даже не подозревая о своей роли. Так было меньше подозрений на таможне и в полете. К женщинам ведь присматриваются не так дотошно, как к мужчинам. В последнее время товар возила некая Светлана. Но контроль за ней осуществляли братья. Затем они с девчонками по курортам и мотались.

– Светлана? – насторожилась Алена. – А как фамилия этой Светланы? Случайно не знаешь?

– Знаю и очень даже не случайно. Кумова ее фамилия. Светлана Кумова.

Подруги ахнули.

– Светлана Кумова! И ее сестра Наташа! Это же их мы искали все это время!

– Очень рад за вас.

Но подруги уже не слушали Залесного. Они сосредоточенно обдумывали новую информацию. Значит, сестры Кумовы были курьерами, они перевозили «райскую пыльцу». А патронаж за ними осуществляли братья Гусейновы. Остроумно придумано: сестры везут, братья их охраняют и заодно присматривают, чтобы девчонки не сбежали с товаром.

– Братья много раз возили товар, который им передавал Ибрагим. И не только по России, но и по странам Европы. В тот же Монте-Карло братья Гусейновы то один, то другой мотались регулярно – раз в три месяца. А потом им то ли это надоело, то ли они решили собственные силы попробовать, но только в последний раз сосунки решили кинуть своего босса. И кинули.

И Залесный неодобрительно покачал головой:

– Ну ничего! Я до них еще доберусь! Рано или поздно мы с ними встретимся!

– Думаешь, они еще живы?

– Молодые, здоровые, наглые. Конечно, они живы! Свалили с товаром и деньгами, кинули старого Ибрагима. Оставили его отдуваться перед покупателями. Шутка ли, приготовить за неделю товар сразу в пять точек! Да его люди ту прежнюю партию чуть ли не месяц готовили. А тут за неделю вынь да положь!

Правильно догадались подруги. У Ибрагима земля под ногами горела, вот он и отправил на отдых всю дневную смену рабочих, чтобы освободить поле деятельности для своих основных рабочих пчел. Они собирали ему «райскую пыльцу», буквально выдаивая ее у бедных кроликов. Но кроликов никому кроме подруг не было жаль. А если сравнить этот способ с обычным выделением наркотика из мака или коки, то процесс, изобретенный Беллой, явно отличался от традиционного изготовления наркотических средств, как день от ночи. К явной выгоде потребителя, в кровь которого не попадали ни остатки растворителя, ни серной кислоты, а лишь все только самое натуральное, хоть и трудно сказать, полезное ли.