Я буду следить за тобой - Андреа Кейн

– И Джонатан Мэллори, – напомнил Митч. – А это важно. Кто бы ни звонил в Палм-Бич, он знал, что это известно Джонатану.

Замечание Митча стимулировало проблеск какой-то мысли в мозгу Рида. Но прежде чем мысль смогла сформироваться, Тейлор вдруг покачнулась и прильнула к нему. И мысль, так и не оформившись, исчезла.

– Ты вымоталась, – сказал Рид. – Пора ложиться спать. Митч воспринял его слова как намек и взялся за ручку двери.

– Джейк останется на посту снаружи. Я поеду домой, отдохну несколько часов, а потом отправлюсь на радиостанцию. Свяжусь с вами завтра во второй половине дня. – Он взглянул на Тейлор. – Оставайтесь здесь и никому не показывайтесь. Кто-нибудь из нас привезет вам все необходимое. Вам в вашу квартиру вход воспрещен.

– Слушаюсь, сэр, – попыталась улыбнуться Тейлор.

– Спокойной ночи.

Тейлор настояла на том, что ей нужно принять душ. После душа она даже не стала сушить волосы феном, а просто вытерла их полотенцем, прошла в спальню Рида, завернулась в одну из его простыней и забралась в постель.

К тому времени, когда Рид принес чашку ромашкового чая, она уже сладко спала.

Он поставил чашку и несколько минут смотрел на Тейлор размышляя о том, как крепко привязался к ней за столь короткое время.

Затем, устало вздохнув, Рид разделся. За последние трое суток он спал в общей сложности не более шести часов. Он еле держался на ногах. И сейчас, когда Тейлор находилась рядом, Рид мог позволить себе выспаться.

Он осторожно лег в постель, стараясь не потревожить Тейлор. Она пробормотала что-то во сне и прижалась к нему.

Рид выключил свет и, подоткнув край одеяла со стороны Тейлор, закрыл глаза.

6:35

Рид полагал, что он оставит записку Тейлор, проверит, на месте ли Джейк, и отправится на работу.

Но получилось иначе.

Открыв глаза, он увидел Тейлор, которая, подперев голову ладонью, разглядывала его.

– Доброе утро, – улыбнулась она.

– Доброе утро. – Поморгав, Рид прогнал остатки сна. – Почему ты не спишь? Тебя разбудил будильник?

– Нет. Он еще не звонил. И не зазвонит. Я отключила его, чтобы выгадать немного времени. Так что если ты пообещаешь мне кофе и поговоришь со мной, то потом можешь спокойно уходить на работу.

– Я обещаю, – немедленно отозвался Рид. – Кофе и разговор. Но можно получить сначала десерт?

У Тейлор дрогнули губы.

– Только если поделишься.

– О, я отлично делюсь, – заверил он, опрокинув ее на спину и целуя. – Превосходно делюсь.

Было уже далеко за восемь, когда они наконец сели пить кофе.

– Знаешь, – сказала она, – я хотела быть с тобой, хотя и не подозревала, насколько сильно. Я все спрашивала себя: зачем же я лечу домой? Ведь дома я чувствую себя неуютно, а на улице нервничаю, сознавая, что какой-то психопат может находиться рядом. Стеф погибла. Моя жизнь пошла кувырком. Я оторвана от работы. Так почему же я стремлюсь долой? И почему вообще я все еще считаю его домом? Ответ – потому что меня ждешь ты.

Рид поднес руку Тейлор к губам, потом сплел ее пальцы со своими.

– Кошмар, в котором ты сейчас живешь, скоро закончится. Тогда мы сможем жить своей жизнью. Я хочу на Пасху съездить с тобой в Вермонт. Вся моя семья соберется там. Ты сможешь лично поблагодарить Роба.

Тейлор побледнела.

– Вся семья? Ты имеешь в виду… – Она начала подсчитывать. – Четырнадцать взрослых, девять детей и еще один ребенок на подходе.

– Точно подсчитала, – хмыкнул Рид. – Но с тобой будет пятнадцать взрослых. А может, и шестнадцать, если Роб приведет свою последнюю пассию.

– Ничего себе. – Тейлор отпила большой глоток кофе. – Ты уверен, что уже пора? Вдруг они посчитают, что я навязываюсь?

– Они полюбят тебя. И ты не будешь навязываться. – Он выдержал многозначительную паузу. – Ты соединишься с семьей. Будут еще вопросы?

У Тейлор комок подкатил к горлу.

– Будут, не сомневайся. Сейчас я слишком переполнена чувствами. Счастливыми чувствами, – уточнила она и вздохнула. – И это вызывает у меня еще большее желание разрядить те бомбы, на которых мы с тобой сидим. Я с самого утра хочу поговорить о твоей бомбе.

Рид нахмурился:

– Ты достала меня.

– Это Джонатан Мэллори. Послушай, Рид, я хоть и не адвокат, но в состоянии сообразить, что меня могут вызвать в суд свидетелем со стороны обвинения. И я уверена, что помощник окружного прокурора, которому нужно изобразить твоего клиента сущим монстром, решит, что я смогу помочь ему в создании такого образа. Конечно, я могу описать мои столкновения с Джонатаном, сказать, как нервировали меня его разговоры и Навязчивость, но ведь я теперь уже знаю, что не он меня преследовал. Уверена, что ты думал обо всем этом.

– Конечно, я думал об этом. Это же моя работа. – Рид выглядел несколько сбитым с толку. – Хотя должен признать, не ожидал, что ты будешь думать об этом.

– Тем не менее это так. И я хочу знать, могу ли я как-то свести на нет негативное воздействие моих свидетельских показаний, – Тейлор невесело усмехнулась, – прежде чем ты разделаешь меня в пух и прах при допросе.

– Значит ли это, что ты хочешь помочь мне? Даже несмотря на то что я представляю интересы Джонатана?

– Рид, я доверяю твоему чутью и не хочу, чтобы твоего клиента наказали за преступления, которых он не совершал.

– Ты изумительна, – сказал Рид, взяв в ладони лицо Тейлор, и нежно поцеловал ее. – Ты хочешь это сделать, несмотря на все твои опасения в отношении Джонатана?

– Да. Ты же хотел, чтобы я доверяла тебе. Что ж, похоже, ты этого добился.

– Я постараюсь, чтобы ты никогда не пожалела об этом. Обещаю.

– Я знаю, – ответила она, ухватив его за пальцы. – Так скажи, чем я могу помочь?

Рид уже прокручивал в голове сложившуюся ситуацию. Тейлор заметила это.

– У тебя уже есть какая-то идея, – сделала она вывод.

– Да, есть. Но это не то, чего ты ожидаешь. Джонатан вызывает у тебя опасения. Если ты согласишься с моим предложением, думаю, сможешь и забыть о них. К тому же это послужит как эмоциональной, так и юридической стороне дела.

– Ты совсем запутал меня. Рид помолчал.

– Джонатану нужно как-то облегчить свою душу. Это связано не только с тобой. Но ты психолог. Ты сможешь выслушать его и понять. Это должно помочь Джонатану, а тебе, думаю, принесет душевный покой. Это что касается эмоциональной стороны. С юридической же стороной не так все просто. Мне представляется, что Джонатан мог совершить преступление только при заблокированном сознании. Его проверили на полиграфе. Результат говорит в пользу его невиновности, что совпадает и с моим внутренним убеждением. Значит, если даже предположить, что Джонатан виновен, то сам он уверен в своей невиновности. Если это так, то у него должно быть очень серьезное психическое расстройство. Ты согласна с этим?