Танго на собственных граблях - Дарья Калинина

— Скажи, а не согласилась бы ты поработать вместе с нами?

От удивления у Насти даже челюсть отпала. А бокал у нее в руках почему-то задрожал.

— Поработать… с вами? То есть в вашей команде?

— Да.

— Но… но ведь я ничего не умею!

— В смысле, стрелять? — уточнил у нее Борис. — А ведь хвасталась, что умеешь.

— Но это же совсем не то!

— Научиться стрелять, бегать, прыгать, лазить по стенам и всяким таким штукам не так уж и трудно. Но полагаю, что от тебя ничего подобного и не потребуется.

— Нет? А чем же мне тогда придется заниматься?

— Помнишь, как тебе удалось поставить ментальный блок старику, когда он принялся нас с тобой прощупывать?

— Да. Ты потом еще сказал, что ему это не очень-то понравилось.

— Никому не нравится, когда у него что-то не получается. Но дело не в нем, а в тебе. Я еще тогда подумал, что ты очень способный экстрасенс. А нам в отделе такие люди очень нужны.

— Зачем?

— Когда работаешь над охраной целой лаборатории, в которой экспериментируют с психоментальными энергиями, очень полезно иметь человека, который в этом разбирается.

— Но я-то как раз не разбираюсь.

— Зато у тебя огромный потенциал.

— Но почему я? Ты же говорил, что потенциал есть практически у любого человека.

Борис повертел бокал в руке, разглядывая его, словно ничего интересней в жизни не видел, и наконец признался:

— Я тебе врал.

— Но зачем?

— Ты в тот момент выглядела такой испуганной. Вот я и решил сказать тебе, что ничего необычного в твоем умении нет. Рядовая особенность организма.

— Ты это очень убедительно сказал. Я тебе поверила.

— А теперь поверь в другое. Поверь, что ты обладаешь поистине уникальными способностями. А если тебя еще и немного подучить и потренировать… Ну что? Согласна?

— Поработать с вами? С вами двумя?

— Если согласишься, я познакомлю тебя с твоим будущим напарником.

— Как? — окончательно растерялась Настя. — Прямо сейчас?

— А чего тянуть-то? А вот, кстати говоря, и он.

И Борис помахал кому-то рукой. Настя посмотрела в том же направлении и буквально оцепенела от изумления. Деликатно пробираясь между столиков, к ним шел тот самый ушастый паренек, которого девушка заприметила еще на выступлении Юдина.

Увидев ушастого, Настя обрадовалась ему, словно своему самому старому и лучшему другу. Сердце у нее забилось. И она едва удержалась, чтобы не вскочить на ноги и не броситься на шею к молодому человеку.

Между тем Борис произнес, указывая на ушастого:

— Познакомься, это Владлен.

А я знаю, хотела сказать Настя, но вместо этого спросила у ушастого:

— Владлен — это в честь дедушки?

— Да.

Ура! Как точно она угадала! Стоило ей еще тогда во дворе дома Юдина услышать, что ушастого зовут Владленом, как она подумала про его древнего предка — владеющего Леной, рекой, разумеется. Может, она и впрямь экстрасенс?

Но ушастый ее разочаровал.

— А деда моего, — объяснил он, — назвали так в честь Владимира Ильича Ленина. Сокращенно получается Владлен.

Настя немного огорчилась, что переквалифицироваться в экстрасенсы у нее вот так сразу же не получилось, но потом утешилась и принялась рассматривать ушастого. В последний раз, когда она его видела, паренек был под действием гипноза или чего-то в этом роде.

Но теперь с ним все было в порядке. Глаза у него были живые, блестели, и он не отводил взгляда от Насти.

— Значит, ты тоже работаешь с ребятами? А как же ты очутился на представлении Юдина?

— Ну, у нас ведь много подразделений. Мне было поручено прощупать этого типчика и втереться к нему в доверие, насколько это возможно. И я ходил вокруг него кругами не один день, бывал на всех его выступлениях, изображал самого рьяного его поклонника, да еще сыпал деньгами и твердил о своем одиночестве, чтобы Юдин точно поверил, что я золотая рыбка.

— Значит, ты специально старался попасть в лапы к Юдину и старцу?

— Да.

— У тебя отлично получилось. Ты так убедительно разыгрывал зомбированного… Я тебе поверила.

— Главное, что Владлену поверили Юдин и старец, — перебил Борис. — А этих пройдох, поверь мне, на мякине не проведешь. Перед Владленом к ним пытались проникнуть четверо наших ребят, но никому из них не удалось подобраться к парочке так близко, как Владлену.

— Это было так опасно! Ты даже в психиатрическую клинику угодил.

Владлен замялся.

— Вообще-то я сделал это, чтобы быть там рядом с другими пострадавшими, — признался он. — В частности, с твоими родителями.

И то, как он произнес последнюю фразу, и особенно то, как он при этом взглянул на Настю, заставило девушку покраснеть. Неужели Владлен ради нее отправился в психушку? Ради того, чтобы присматривать там за ее папой и мамой? Это было до того трогательно, что у Насти едва слезы не навернулись на глаза.

— Спасибо! — прошептала она.

— Ради тебя я готов еще и не на такое, — заверил ее Владлен. — Ты ведь меня спасла.

— Я?

— Помнишь тот эпизод с зажигалкой? Я ведь тогда на мгновение расслабился, потерял контроль над собой. И старик тут же воспользовался этим. Я сам себя не помнил. Еще мгновение, и полыхнул бы, словно спичка. А твой возглас меня вывел из гипноза.

— Я… я очень рада, что смогла быть полезной.

— Ты была не просто полезна. Ты была… твое появление рядом…

Владлен внезапно тоже покраснел и смешался.

— Когда я впервые тебя увидел, то почувствовал… то, что никогда еще не чувствовал ни к кому другому.

— Да, — призналась Настя. — Я тоже.

Но Борис перебил весь их романтический настрой.

— Ну, когда мы все так хорошо друг с другом объяснились, не приступить ли нам к трапезе?

И он обратился к Владлену:

— Я не знал, что ты предпочтешь, поэтому заказал всего понемногу!

Но Владлен явно не был голоден. С тех пор как он появился в ресторане, молодой человек не сводил глаз с Насти. И теперь он лишь безразлично мотнул головой, показывая, что ему все равно что есть, что все неважно, когда рядом с ним находится самая лучшая из всех девушек в мире.

— Ну, чувствую, что вы сработаетесь, — произнес Борис.

— Погоди, — остановила его Нюта. — Настя еще не сказала, хочет ли она работать с нами?

— Так пусть скажет. Пусть скажет, и начнем уже есть!