Соперница - Нора Робертс

Финн срывал с Дины шорты, пока она дергала и стягивала его одежду. Он чувствовал на своей коже ее горячее дыхание; ее губы жадно искали его рот; она тихонько постанывала от непереносимого возбуждения.

Он отодвинулся, схватил ее за ягодицы и приподнял так, что от напряжения задрожали руки. Потом Финн вошел в нее. Их двойной радостный крик эхом разнесся в знойном воздухе комнаты.

С запрокинутой назад головой и блестящим от пота длинным гибким телом Дина приняла его глубже, глубже, распаляя Финна так же безжалостно и неутомимо, как он распалял ее.

Ее тело содрогнулось и выгнулось от последнего, самого пронзительного удара, уносящего сознание за край. Как расплавленный солнцем воск, она соскользнула вниз, к Финну, и расслабленно легла рядом с ним.

Его мысли постепенно прояснялись. Все вокруг затихало, как ветер после бури, пока не осталось никаких звуков, кроме ее тихого дыхания. Темная дымка у него перед глазами постепенно рассеялась, и Финн зажмурился от яркого солнечного света.

– Кажется, я сумел защитить свою честь, – пробормотал он. Дина сдавленно засмеялась.

– Не знала… О господи, я не могу дышать! – Она попробовала еще раз. – Не знала, что уколы твоего «эго» так щедро… м-м… вознаграждаются.

– Ты расслабилась?

Она вздохнула.

– Да, очень.

– Счастлива?

– Совершенно.

– Тогда, наверное, сейчас подходящий момент попросить тебя кое о чем подумать.

– М-м… Не думаю, что я сейчас вообще могу думать.

– Тогда просто запомни, а подумаешь потом. – Его рука нежно гладила ее спину. – У тебя будет тема для размышлений.

– О чем же я должна буду размышлять?

– Выходи за меня замуж.

Дина резко отпрянула.

– Выйти за тебя замуж?

– Твой потрясенный вид – это еще одна попытка уколоть мое «эго»?

– Нет. – Пораженная, Дина прижала руку к груди. – Боже, Финн, ты знаешь, когда подать левый мяч!

– О бейсболе мы поговорим позднее, к тому же «Кабз» все еще внизу таблицы. – «Чертовы нервы», – подумал Финн, чувствуя, как похолодело у него в желудке. Ему казались нелепыми эти мурашки паники вдоль позвоночника, но все, что он мог себе представить, – это ее отказ. Ее категорическое «нет».

Впервые в жизни Финн не был уверен, что сможет добиться того, чего хочет.

Он приподнялся и сел. Они смотрели друг на друга, оба обнаженные, оба уставшие и пресытившиеся сексом. «По задумке, – напомнил себе Финн, – все должно было выглядеть легко и естественно».

– Почему тебя это удивляет, Дина? Мы уже больше года любовники.

– Да, но… Мы даже еще не решили жить вместе…

– Об этом я уже давно говорю. По моей стратегии, вначале тебе надо переехать ко мне; потом нам будет легче говорить о свадьбе.

– По твоей стратегии?

Финн не имел ничего против иронии, прозвучавшей в ее голосе. Это полностью соответствовало его собственной интонации.

– Канзас, единственный способ с тобой справиться – это все просчитывать, как в шахматной партии. Приходится думать на полдюжины ходов вперед.

– Я не в восторге от такого сравнения.

– Зато оно точное. – Он легонько ущипнул ее за подбородок. – Ты тратишь столько времени на то, чтобы все обдумать и взвесить, стараешься ни в чем не ошибиться. Приходится тебя подталкивать. Но я хочу дать тебе время подумать.

– Как великодушно, – процедила Дина сквозь сжатые зубы.

– На самом деле, – продолжал Финн, – я даю время нам обоим. Не могу сказать, что я сам уже полностью на это решился.

Дина заморгала.

– Что-что?

«Это было гениально, – понял Финн. – Абсолютно гениально». Уколы «эго» одинаково действовали в обоих направлениях.

– У нас с тобой противоположные представления об институте брака. Ты из большой счастливой семьи, где всегда соблюдались традиции и где «пока нас не разлучит смерть» что-то действительно значит. Для меня свадьба всегда значила «пока нас не разлучит развод».

Вне себя от ярости, Дина схватила блузу, выругалась, отшвырнула ее в сторону.

– Удивляюсь, почему такому цинику, как ты, вообще пришла в голову эта мысль!

Он ухмыльнулся, наблюдая, как она натягивала его футболку.

– Я не циник, я реалист.

– Тогда в чем же дело?

– Я люблю тебя, – тихо и просто ответил Финн, так что Дина, уже собиравшаяся пулей вылететь из комнаты, остановилась. – Мне нравится думать о том, как мы могли бы жить с тобой вместе, растить детей и попробовать соблюсти те самые традиции.

От этих слов весь ее гнев испарился.

– Черт тебя побери, Финн! – беспомощно произнесла она.

Он усмехнулся.

– Тогда подумай об этом.