Новое платье королевы - Наталья Андреева

Феликс тяжело поднялся. Оглядел маленькую комнату, письменный стол, кровать, шкаф, в котором еще висела на плечиках одежда жены. Восемь лет жизни. Чего ей не хватало? Вернулась, была бы жива. Уехала, в поисках лучшей жизни, и обрела, наконец, покой. Последние шаги Нэтти на пути к успеху оказались ошибочными. Феликс глухо сказал:

– Ехать надо. Я хочу ее забрать. Деньги у меня есть. Ах, да. Я должен их вернуть…

– Кремировать будете? – спросил Сергей Павлович.

Феликс не ответил. Молча стал собирать вещи.

– Кто ее убил? – спросил майор.

– Не знаю. Понятия не имею, кто мог убить Вику. И за что?

– А Носков ревновал ее к вам?

– Ко мне? Возможно. Но я же сказал, что уезжаю. Навсегда. Что нам с Викой не по пути. Я не хотел принимать участие в ее махинациях. Вика хотела выиграть время. Она хотела, чтобы Виктория Власова умерла, а Наталья Белова стала Королевой красоты. До конкурса оставался месяц. Потом уехать за границу, и остаться там. Рано или поздно родители настоящую Наталью хватились бы. Но Вика была бы уже вне досягаемости. Не знаю, что она планировала дальше. Жить за границей под именем Беловой, с ее документами? Родители Наташи – люди простые. Вряд ли они стали бы привлекать Интерпол. Наталья требовала назад свой паспорт, и выбора у Вики не осталось.

– Почему же вы не предупредили Галицкого о том, что его невесту собираются убить?

– Он догадывался. Ведь в этом была замешана Зинаида Николаевна. Но, почему-то думал, что это буду я. Деньги-то мне передали. Я ж сказал, что совершил подлость. Но я был уверен, что жена в последний момент остановится. Остановили ее.

– Кто? Галицкий? – сам себя спросил Сергей Павлович. – Он стоял рядом с ней, когда раздался выстрел. Исключается. Дик? Он любил Нэтти! А Белова была ему безразлична. Я так понял, что Носков собирался за границу вместе с Нэтти. Носкову в ее смерти нет никакой выгоды. Есть третья сила. Но кто? Сережа, что мы упустили? – он повернулся к лейтенанту Попугайчику.

Тот молчал.

– Я так и знал, что дело с двойным дном! – в сердцах сказал Сергей Павлович.

– Надо с Галицкой еще раз поговорить, – высказался, наконец, лейтенант Попугайчик.

Сергей Павлович посмотрел на Феликса Власова:

– В Москву вместе поедем. Алиби у вас нет, как ни крути. Скажите, вы стрелять умеете?

– Проверить хотите? – усмехнулся Феликс.

– И, все-таки?

– Умею. Все равно, если пойдете по учителям, то военрук вспомнит, что Феликс Власов хорошо успевал как раз по Начальной Военной Подготовке и ежегодно принимал участие в соревнованиях по стрельбе. Занимал призовые места. О чем говорят многочисленные грамоты.

– Это вы убили Нэтти?

– Да идите вы… – Феликс вдруг психанул и широким жестом смахнул со стола фотографии: – Вон она, ваша Нэтти! Рассыпалась вся! Подбирайте, пока не затоптали! Как же мне все надоело! Всякому терпению есть предел! И моему тоже!

Из соседней комнатки выглянула испуганная теща. Волнистый сказал лейтенанту:

– Машину я поведу. В таком состоянии ему за руль нельзя. В дороге продолжим беседу.

Но разговора по душам больше не получилось. После того, как Феликс выговорился, он замкнулся в себе. На вопросы не отвечал, было видно, что ему теперь все безразлично. Потом откинулся на спинку сидения и демонстративно закрыл глаза. Когда, проехав половину пути, майор с лейтенантом решили перекусить, Феликс от еды отказался. Они оставили его в машине, сами вышли на свежий воздух. Сергей Павлович задумчиво сказал: