Ад - Александра Маринина

* * *

– Слушай, я тут про Лелю такое подсмотрел! – Воронот возбуждения хлопал крыльями, из глаз вылетали икры. – Она…

– Стоп, стоп, – недовольно остановил другаКамень. – Когда это было? Сколько прошло времени после похорон Геннадия?Ты мне хронологию не нарушай, а то я запутаюсь.

– Ничего я не нарушаю, – Ворон попытался былообидеться, но сразу же передумал, потому что обида означала бы пустыепререкания, а ему хотелось рассказывать. – Геннадий умер в сентябредевяносто восьмого, а я перебираюсь в февраль девяносто девятого. Это же совсемблизко, по нашим с тобой меркам – просто рядышком, как вчера и сегодня. Но еслиты настаиваешь…

– Да, – твердо ответил Камень. – Я настаиваю.

– Ну ты и зануда, – Ворон неодобрительно покачалголовой. – Ладно, так и быть. Значит, в конце октября девяносто восьмогогода обанкротился Инкомбанк. Тебе это интересно?

– А у Романовых там были вклады?

– Были, но они еще летом все свои деньги наличнымизабрали.

– Тогда неинтересно. Дальше давай.

– В ноябре убили Галину Старовойтову.

– Это я помню. Она к Романовым отношение имела?

– Не имела.

– Тогда давай дальше, – скомандовал Камень.

Ворон вздохнул и принялся послушно перечислять события.

– В декабре сменили главу президентской администрации,состоялся учредительный съезд движения «Отечество», прошло совещание министровобороны СНГ, подписана Декларация «О дальнейшем единении России и Белоруссии»…

– Слушай, – рассердился Камень, – что ты мнеголову морочишь? Какое «Отечество»? Какая Декларация? При чем тут президентскаяадминистрация? Ты мне про Романовых и их окружение рассказывай.

– А что рассказывать? – Ворон картинно повернулсяна ветке вокруг своей оси, изображая пируэт. – Нечего рассказывать, всепо-старому. Колю пока не нашли. Холдинг Бегорского постепенно набирает оборотыпосле дефолта, Любины советы очень дельными оказались. Они год закрыли безпотерь и даже с прибылью, хотя и не такой большой, как в предыдущем году. Ятебе, старому ворчуну, самое интересное выбираю, а ты кочевряжишься. Ну, будешьпро Лелю слушать или опять политику потребуешь?

– Давай про Лелю, – нехотя согласился Камень.

– В феврале, двадцатого числа, это как раз субботабыла, состоялась премьера фильма «Сибирский цирюльник».

– Севильский, а не сибирский, – поправил ВоронаКамень.

– Много ты понимаешь! Образованность хочешь показать, асам ни черта не смыслишь! – взъярился Ворон. – Именно что сибирский,а никакой не севильский. Про севильского – это опера такая, Россини написал, апро сибирского Никита Михалков кино снял.

– Михалков? Это что же, автор русского гимна, что ли?

– Не, сынок его. Автор гимна уже старенький совсем. Тыне перебивай. Значит, премьеру устроили пышную, аж в самом Кремлевском дворце,где раньше, при советской власти, съезды партии проходили. На премьеру четыре споловиной тыщи человек пригласили, во как! А среди них – сплошное высшееруководство и всякие заметные деятели: премьер-министр Примаков, Черномырдин,Горбачев и прочие. В фойе устроили выставку исторического костюма эпохиАлександра Третьего. Короче, шуму было – полный караул. Вечером после премьерына Соборной площади фейерверк устроили, да с колокольным звоном, да еще навремя кремлевские звезды погасили, чтобы, значит, эффектней получилось. Однимсловом, размах царский.

– Ну а Леля тут каким боком?

– Так она ж на премьере была. У нее поклонникобразовался со связями, у него папа в Администрации Президента служит, вот он иподсуетился насчет пригласительных билетов. Посмотрели они кино, на Соборнуюплощадь идти Леля отказалась, не люблю, говорит, толпу, да и холодно, зимавсе-таки. А вот в ресторан пойти согласилась. Есть у нее такая слабость, любитона рестораны, несмотря на все свое эстетство и богемные замашки. Все-таки генына помойку не выкинешь, кровь Родислава дает о себе знать. Ну вот, значит,приходят они в ресторан, садятся за столик, делают заказ, все честь по чести.Сидят на первом этаже, а на втором этаже свадьба гуляет. Не сказать, чтобыочень уж шумная, но заметная, во всяком случае, гости с этой свадьбы постоянновнизу, в холле толкутся. Наша Леля выходит попудрить носик и на обратном пути вэтом самом холле сталкивается с Вадимом. Представляешь?

– Да ну? – удивился Камень. – С тем самымВадимом?

– С тем самым. Он к ней бросается, как к родной,здравствуй, говорит, надо же, какая встреча, мы с тобой в подъезде, бывает,месяцами не пересекаемся, а тут в ресторане, в самом центре Москвы, далеко отдома, вот бывают же такие совпадения. Леля прямо расцвела, стоит, улыбается,глаза сияют. И тут искра между ними проскакивает.

– Какая такая искра? Электрическая?

– Ну, считай, что электрическая, если тебе такпонятней. Знаешь, когда искра между мужчиной и женщиной проскакивает, то этоозначает, что они созданы друг для друга. Вот не были знакомы, увиделись впервый раз – и вдруг искра проскакивает, и всё, кранты, сливай воду. И поделатьничего нельзя. Такая взаимная тяга у них возникает, что невозможно терпеть.

Глаза Камня увлажнились, он судорожно сглотнул, чтобы невыдать слез умиления.

– И у Лели с Вадимом так было?

– Именно так и было. Кругом толпа, люди снуюттуда-сюда, из нижнего зала танцевальная музыка доносится, из верхнего – хохот ипесни, а они стоят, смотрят друг на друга, как завороженные, и глазамиразговаривают.

– Глазами? – переспросил Камень. – Разве людиумеют без слов разговаривать?

– Умеют, умеют, когда искра проскакивает – они всеумеют, – заверил его Ворон. – И Леля вдруг такой красавицей сделалась– глаз не отвести! И улыбка у нее, оказывается, чудесная, и вся она совершенно очаровательная.Стоят они, значит, молчат, друг на друга смотрят, и вдруг сверху по лестницеспускается условная девушка. То есть невеста.

– Почему условная? Как это девушка может быть условной?

– Очень даже может, – рассердился Ворон. –Есть же в военном деле понятие условного противника. Вот и девушка может бытьусловной. Потому что она, с одной стороны, невеста, а с другой стороны –беременная. И глубоко беременная. Вадим-то на Лелю смотрит, беременную девушкуне видит. А девушка подходит к ним, берет Вадима под руку, улыбается. Тотсмутился, растерялся, познакомься, говорит, это моя жена.

– Он что, невесте представил Лелю как свою жену? –уточнил Камень.

– Тупица ты неповоротливая! Он Леле нашей эту условнуюдевушку представил. Жена, мол.

– Елки-палки! – воскликнул Камень. – Так этоего, что ли, свадьба-то была?

– В том-то и дело, – поддакнул Ворон. –Представляешь, какая трагедия? Вадим женился и в день свадьбы встретил своюнастоящую любовь. Единственную на все времена. Во коллизия!