Фитиль для бочки с порохом - Алексей Макеев

Владимир, сидевший за рулем, резко ударил по тормозам. Как только машина остановилась, Олег распахнул дверцу и убежал. От пережитого шока Владимир так быстро среагировать не успел, и спустя несколько минут его повязали сотрудники ДПС. Отвезли в отдел, где он признался в том, что угнал машину, чтобы просто покататься. Про Олега он не сказал. То ли из-за шока, то ли из-за того, что друга подставлять не хотел.

А Плотарев в тот же вечер примчался к Анастасии. Та жила не в общежитии, отец для нее квартиру снимал, туда Олег и заявился. Плакал пьяными слезами, клялся в любви и верности и умолял помочь ему. Анастасия понимала, что тот подставляет друга, но ведь она его любила! Она позвонила отцу и сообщила радостную весть, что выходит замуж и собирается вернуться в родные пенаты вместе с новоиспеченным мужем. Отец Анастасии принял новость с радостью. Велел с женитьбой не спешить, привезти будущего зятя в Сортавалу, а там и свадьбу сыграют. Если человек стоящий окажется.

Владимира Захарченко они попросту вычеркнули из своей жизни. Следователь, которому досталось вести дело Захарченко, поработал добросовестно. Он выяснил, что Плотарев был лучшим другом задержанного и все вечера проводил в его компании. Тогда он решил как следует допросить Плотарева, несмотря на заявление Захарченко, что в машине он был один. Вызвал Олега на допрос, а тот заявил, что расстался с другом сразу после того, как они покинули ночной клуб. И сказал, что поехал к своей невесте. Анастасия все подтвердила. Захарченко продолжал молчать, и следователю ничего другого не оставалось, как повесить это дело на Владимира.

А повесить было что. Мужчина, сбитый Захарченко, скончался на месте, женщина попала в больницу и находилась в критическом состоянии. Доказательства и собирать не было нужды, ведь Владимир во всем признался. Парню впаяли срок по полной, а Анастасия и Олег навсегда уехали из столицы, как только получили дипломы.

К концу рассказа Анастасия рыдала, ей явно требовалось успокоительное. Только от валерьянки она отказалась, заявив, что поможет ей лишь виски. Сожалела ли она о том, что помогла Олегу избежать наказания? Разумеется, сожалела. Особенно если учесть, что их совместная жизнь так и не сложилась. То, что Плотарев воспользовался ею, чтобы избежать наказания, она поняла гораздо позже, но изменить уже ничего не могла. Мучили ли Олега угрызения совести за то, как он поступил с другом? Анастасия в этом сильно сомневалась.

О том, что Захарченко нашел Плотарева, и о том, что он посылает ему письма с угрозами, она понятия не имела, но в том, что эти письма от него, не сомневалась. Насколько было известно Анастасии, свой урок из произошедшего семь лет назад Плотарев вынес и больше никогда не злоупотреблял спиртным, не садился за руль, вообще ни в какие сомнительные авантюры не влезал.

О самом Владимире ничего дурного сказать не могла. Парень положительный, к учебе относился серьезно, успеваемость была куда лучше, чем у Олега, да и у нее самой. А то, что погулять любил, так молодой, почему бы не повеселиться. К тому, что случилось семь лет назад, Анастасия относилась как к несчастному случаю. Внезапное помутнение разума, у парней просто тормоза не сработали. Да, из-за алкоголя, но Анастасия была убеждена: преступниками они не были. Ни Олег, ни Владимир. На прощанье она продиктовала прежний адрес Владимира Захарченко, во время учебы она бывала у него не раз, поэтому вспомнить его труда не составило.

Новые данные требовали возвращения в Москву, но, прежде чем уехать, Гуров решил повторно встретиться с каждым из знакомых Плотарева. Он надеялся получить информацию о его новой интернет-знакомой Галинке-Лебеде. Вдруг да окажется эта самая Галинка той ниточкой, что к Плотареву, живому или мертвому, приведет?

Из сортавальских знакомых составили список самых перспективных кандидатов, к ним отправился Стас Крячко. Гуров же поехал в головной офис мобильного оператора, услугами которого пользовался Плотарев. В городе с населением, не превышающем двадцати тысяч человек, сотовых операторов, по мнению Гурова здесь было с избытком. Правда, обходить все компании ему не пришлось, сестра Олега сообщила, услугами какой именно компании тот пользуется.

Приехав в головной офис, Лев вошел в вестибюль и направился к стойке регистратора. Как только он представился, миловидная девица улыбнулась голливудской улыбкой в тридцать два зуба и проворковала:

– Вам, наверное, Иван Степанович нужен? Прошу вас, подождите минуту, я с ним свяжусь.

Вместо того чтобы вызвать директора по телефону внутренней связи, девица выпорхнула из-за стола, пересекла вестибюль и быстро поднялась по лестнице на второй этаж. Гуров проводил ее удивленным взглядом, но комментировать не стал. В ожидании прошло минут десять. Наконец девица вернулась. Теперь ее улыбка выражала сожаление.

– Боюсь, Иван Степанович не сможет вас принять, – заявила она.

– Это еще почему?

– Понимаете, он э… несколько занят, – промямлила девица. – Он, он… не на месте.

– Разве вы не от него? Вас добрых десять минут не было, – удивился Лев. – Хотите сказать, все это время вы его по кабинету искали?

– Нет, конечно нет! – поспешно ответила девица. – Я дождалась, пока он освободится, сообщила о вас, а он сказал, что уезжает.

– И уехал?

– Разумеется, – не моргнув глазом, соврала девица.

– Ну вот что, красавица, – возмущенно произнес Гуров. – Либо вы немедленно отведете меня в кабинет вашего шефа, либо я арестую вас за препятствие следствию. Это понятно?

– Арестуете? – растерялась девица. – Вы не можете этого сделать!

– Еще как могу, – сурово сдвинул Лев брови. – Руки в наручники – и в машину. Считаю до трех: один… два…

– Стойте, стойте, я все поняла! – завопила девица. – Идите за мной, Иван Степанович в кабинете.

Судя по основательной позе, уходить Иван Степанович не собирался. Увидев на пороге полковника, он встрепенулся и принялся запихивать какие-то документы в портфель.

– Ладочка, я ведь просил передать господину полицейскому, что сегодня никого принять не смогу, – ворчливо заметил он.

– Придется найти время. – Гуров решительно прошел в кабинет, закрыв дверь перед носом девицы. – Старший оперуполномоченный Главного управления, Московский уголовный розыск. Полковник Лев Гуров.

– Постойте, вы сказали «уголовный»? Разве вы не из миграционной службы? – рассматривая удостоверение полковника, машинально спросил Иван Степанович.

– Нет, не из миграционной. – Лев догадался, по какой причине директор филиала хотел увильнуть от встречи с ним. Вовсе не его он боялся, а беспокоился совсем о другом. – А вы, значит, миграционные правила нарушаете? Нехорошо, товарищ, нехорошо.

– Да что вы! Чтобы я нарушал какие-то правила? Никогда! – Иван Степанович сделал «честное лицо», после чего быстренько перенаправил разговор в другое русло. – А вы к нам по какому вопросу? Уголовный розыск – это ведь серьезные преступления, верно?