Догра Магра - Кюсаку Юмэно

Но Нидзино-сан не только вышивала прекрасно, она и писала лучше, чем сам Оно Гадо[82], и часто помогала с эскизами для ученических вышивок. Рисовала она тоже отлично и скопировала множество сюжетов для рукоделия… Ходила она в наш пансион около полугода, а потом пропала. Что? Была беременна? Сомневаюсь, она ведь субтильная, я бы точно заметила. Говорите, любовник бросил ее и сбежал? Вот как… а я и не знала…

Где Нидзино-сан жила? Ох, если б я знала… Ученицам той поры уже за сорок, хе-хе-хе… Что?! Говорите, скорее всего, он ее убил?! Ужас! Такая красавица, очень жалко… Да-да, вспомнилось… только никому не говорите! Нидзино-сан была настоящей кокеткой, и вокруг нее крутились двое или трое студентов, страдающих от неразделенной любви. Конечно, это все слухи… Где Нидзино-сан жила, я не знаю. Она приходила в пансион то с восточной, то с западной стороны и возвращалась таким же образом. Я не брала в школу учениц с плохим поведением… но Нидзино-сан ничем себя не скомпрометировала. Она казалась такой порядочной, такой способной… Жаль, фотографий не осталось… Да и чего ворошить былое, столько лет прошло… О-хо-хо…

Что?! Нидзино-сан и Курэ-сан из того известного дела — один человек? Но как вы узнали? А, она рассказала женщине из магазина сумок в Токио… А мужчина все еще неизвестен? Да, да… поняла. Только никому не говорите (конец реплики).

Дополнение.

Обстоятельства первого приступа Итиро Курэ приведены в сокращении, так как в прочих документах содержится исчерпывающая информация. Документ № 3, «Фрагмент беседы с г-жой Мацумурой», не является информативным, он оставлен исключительно из уважения к г-ну В., собравшему эти материалы, и служит косвенным доказательством того влияния, которое оказывал г-н В. на следствие и прессу.

Краткий комментарий г-на В.

Как только я (г-н В.) наткнулся в газетах на сообщение об этом убийстве, то предположил, что мы имеем дело с крайне редким случаем сомнамбулизма, и немедленно отправился на место событий, в район Ногата — он находится в центре угольного бассейна Тикухо и является одним из самых криминализированных в Японии. К сожалению, расследование, проводимое местной полицией, оказалось примитивным и небрежным, а улики были частично утрачены и уже на следующий день после убийства приведены в крайний беспорядок. Однако, исходя из результатов осмотра места преступления, опроса соседей и рассказов полицейских, мы выделили следующее.

А) На территории пансиона для девочек, где произошло убийство, не обнаружено ни отпечатков пальцев, ни других следов преступника. Единственное исключение — дверной запор из бамбука диаметром один сун и длиной четыре сяку один сун. По неизвестной причине он закатился в помещение с земляным полом. Отпечатков на запоре тоже нет, и неизвестно, были они стерты или отсутствовали изначально. Теоретически, как следует надавив на дверь и вставив в образовавшуюся щель палец, преступник вполне мог сбросить запор. К тому же, чтобы дверь не подвергалась истиранию, ту часть, которая соприкасается с запором, обили скользкой цинковой пластинкой, что облегчило задачу преступника.

Б) Установлено, что жертва была атакована со спины и удушена шелковым поясом оби в промежутке с двух до половины третьего ночи. Она боролась и скончалась в ужасающих муках, разметав постельные принадлежности и перекатившись на татами. После удушения труп перенесли на лестницу и поместили в петлю из узкого оби, чтобы инсценировать суицид. Однако на шее убитой обнаружилось несколько странгуляционных борозд, из чего следует вывод о наивности преступника, который пытался обмануть следствие подобным способом. Но тут мы сталкиваемся с очевидным противоречием. Неужели убийца, не оставивший на месте преступления никаких следов своего пребывания, оказался так недальновиден?! Сомнительно. Скорее мы имеем дело с хитроумной попыткой запутать следствие.

Личные вещи жертвы оказались нетронуты. Также есть подозрение, что применялась легкая анестезия.

Сам же шнурок, на котором висела жертва, прошел через руки нескольких полицейских, в результате чего на нем не осталось каких-либо значимых следов преступника (даже если таковые имелись).

В) Вероятно, Итиро Курэ также находился под действием анестезии, что следует из беседы с ним.

Г) По итогам вскрытия, проведенного мною (г-ном В.) на заднем дворе указанного пансиона в присутствии бакалавра медицины г-на Фунаки на 40-й час после смерти потерпевшей, сделаны следующие выводы: у жертвы отсутствуют следы недавних половых сношений и за всю жизнь у нее были одни роды.

Перечисленные факты свидетельствуют о том, что мотив преступника неочевиден. Тем не менее можно утверждать, что убийца образован, умеет применять анестезию и обладает самоконтролем. Особой физической силы у него, видимо, нет. Также можно предположить, что преступник не собирался нападать на Итиро Курэ (купюра).

Следствие опиралось на вышеперечисленные гипотезы. Итиро Курэ был выпущен на свободу, и расследование свелось к рутинному поиску лиц, подходящих под описание. В итоге дело оказалось в категории «нераскрываемые» (купюра).

Психиатрическая экспертиза.

Поскольку автор (г-н Масаки) не принимал непосредственного участия в расследовании данного преступления, он считает невозможным рассматривать его с точки зрения психиатрии. Однако благодаря г-ну В., который проанализировал это преступление как эксперт в области судебной медицины, автор может решительно утверждать, что причиной трагедии послужил приступ, спровоцированный психической наследственностью. С точки зрения современной науки и здравого смысла объяснить данный феномен невозможно. Это яркий пример того, что автор называет «преступление без преступника». Следовательно, первоначальное предположение г-на В. было верным, на что указывают все обстоятельства.

Автор искренне благодарит г-на В. за скрупулезную работу и за то, что он, несмотря на сомнения, предоставил материалы бесед, приведенные выше.

Итак, исходя из наблюдений г-на В. и проведенных им бесед, автор изложит собственные версии произошедшего.

1. Личность и половая жизнь Итиро Курэ.

На момент убийства Итиро Курэ исполнилось шестнадцать лет и четыре месяца. Он обладал типичными качествами юноши, которого воспитала одна мать: был физически слабым и начитанным, к тому же имел опыт общения с представительницами противоположного пола. Он уже достиг половой зрелости и проявлял свойственные этому возрасту особенности поведения. Однако необходимо отметить, что характер его формировался под благотворным влиянием материнской любви. Так, осознавая собственный интеллектуальный потенциал и не испытывая выраженных сексуальных желаний, Итиро Курэ сохранил целомудрие (об этом говорит румянец, который залил щеки юноши при упоминании девичьего пения), что типично для молодых людей его характера и возраста. Более того, непосредственность молодого человека и отсутствие страха перед обличающими уликами свидетельствуют о психическом здоровье и чистой, целомудренной жизни.

Автор делает особый акцент на возрасте и половой жизни указанного юноши, поскольку данные