Непобедимая жара - Ричард Касл

— Сейчас, — произнесла она, — прямо сейчас.

— Вот до чего доводит петтинг, — сказал он.

— Петтинг? Ты в каком веке живешь? — Она лениво высвободилась из его объятий, поднялась с дивана и налила им по второму бокалу вина из бутылки, стоявшей на кофейном столике.

— Не надо смеяться надо мной только из-за того, что я превосходно знаю английский. Ты предпочитаешь, чтобы я называл это «лапаньем»? Потому что сама понимаешь: в «тараканьей тачке» ты занималась именно этим.

— Ну, конечно, понимаю. — Никки протянула ему бокал, и они чокнулись. — Ты говоришь так, будто тебя никогда не лапали в полицейской машине.

— Хм, только в твоей.

Раздался звонок, и, когда Никки поднялась, чтобы найти телефон в скомканном пальто, Рук продолжил:

— Если у тебя есть какие-то новые идеи насчет сексуальных извращений в полицейской машине, то я готов их выслушать.

Лорен Пэрри заговорила:

— Надеюсь, не отвлекла? Мигель говорит, что, когда они с Тарреллом высадили тебя с Руком у дома, у вас был такой вид… И что мне лучше выждать для приличия. На самом деле он сказал «для неприличия». — Никки посмотрела на себя — на ней совершенно ничего не было, впрочем, как и на Руке, который, демонстрируя свою великолепную задницу, удалялся по коридору.

— Нет, мы просто отдыхали.

— А вот и врешь! На воре и… трусы горят, — воскликнула подруга.

— Какие еще трусы?

Обе посмеялись над шуткой, и Лорен продолжила:

— Послушай, так как я уверена, что у тебя сейчас нет карманов, а в карманах — ручки, даю тебе секунду, чтобы ее найти. У меня есть интересная конфиденциальная информация… Хотя детектив Каньеро утверждает, что ты уже не имеешь отношения к расследованию.

Никки взяла шариковую ручку из кофейной кружки — множество таких кружек, набитых ручками и карандашами, было расставлено по всей квартире. Одно из преимуществ бойфренда-писателя.

— Записываю.

— Первое, — начала судмедэксперт, — и то, из-за чего я на самом деле позвонила, потому что знала, что тебя это успокоит… Пришли результаты анализа крови с воротничка отца Графа — она не принадлежит капитану Монтрозу.

— Ура!

— Ага, я знала, что это поднимет тебе настроение. Я уже велела экспертам сделать анализ крови Серхио Торреса, а теперь добавлю еще этого парня, за которым ты гонялась сегодня вечером — без оружия. — Лорен подчеркнула последние слова, отчего те прозвучали одновременно комично и сердито. От Хит не ускользнул смысл слов подруги.

— Ну хорошо, признаюсь — поторопилась немного. Никак не могу привыкнуть к странной гражданской жизни.

— Даже не знаю, что сказать, Никки. Я бы посоветовала тебе обзавестись хобби, однако мы обе знаем, что вероятность этого близка к нулю.

— Откуда такая уверенность? — удивилась Хит. — Разве проявление бдительности и помощь полиции не считаются хобби?

— Ты слишком долго общаешься с Джеймсоном Руком — даже говоришь как он. — Услышав это, Никки во второй раз улыбнулась. Лорен продолжила: — У меня также есть результаты анализов того крошечного обрывка кожи. Помнишь?

Хит представила себе похожий на стружку бекона кусочек кожи, который продемонстрировала ей Лорен в помещении для вскрытия.

— А как же, ты нашла его под ногтем отца Графа.

— Именно так. Это оказался фрагмент кожи промышленного производства.

— Которая используется для ремней и прочих штук в БДСМ? — уточнила Никки.

— Нет. Производитель должен быть знаком тебе. «Бианки».

Фирма была хорошо известна Хит, как и всякому сотруднику правоохранительных органов.

— Так это фрагмент полицейского ремня?

— Или ремня охранника, — добавила Лорен, любившая во всем точность. — Либо это от кобуры, либо от футляра для наручников. Ты подала мне мысль насчет следов от наручников на спине убитого, так что, если хочешь заняться гипотезами, футляр от «браслетов» — вполне вероятный вариант.

— Интересно… то есть если бы я нашла человека, который мог бы переговорить с детективом Каньеро в столь поздний час…

— Продолжай, — ответила та, усмехнувшись на шпильку Никки — месть за подкалывания насчет Рука.

— А вдруг при обыске в доме одного убитого бывшего копа или в его ремонтной мастерской обнаружится старый футляр для наручников фирмы «Бианки» со свежей царапиной.

Хит услышала, как Лорен, прикрыв трубку рукой, с кем-то говорит. Второй голос принадлежал Мигелю Каньеро.

— Будет сделано, — заговорила Лорен. — Они с Тарреллом завтра с утра первым делом отправятся домой к Стелджессу. Могу попросить его заодно взглянуть на кобуру и футляр капитана Монтроза.

Лорен произнесла то, о чем Хит боялась говорить вслух.

— Наверное, надо. То есть будет хорошо, если мы сразу исключим эту возможность. — А затем, чувствуя, что предает память капитана, добавила: — Хотя, конечно, это совершенно невероятно. — В комнату вернулся Рук в халате, держа одежду для Никки, и она продолжила: — Кстати, Лорен, раз уж мы заговорили о капитане, можно, я еще немного тебя помучаю?

— Вперед.

— Знаю, что его пистолет уже осмотрели.

— Верно. Из него был произведен один выстрел, однако пулю не нашли. Она прошла насквозь и пробила крышу.

Хит вспомнила вмятину вокруг дыры на крыше «краун виктории» Монтроза.

— И все?

— Конечно нет, — возразила судмедэксперт. — На оружии его кровь и остатки тканей. На руке — порох и следы металла.

— А сколько патронов осталось в магазине? — спросила Хит.

— В отчете сказано — все, кроме одного… по-моему.

— Окажите мне любезность, мисс Пэрри. Вы не попросите Мигеля лично уточнить этот вопрос? И, говоря «лично», я не намекаю на то, что не доверяю баллистической экспертизе. Просто хочу сказать, что ни один человек с детективом Каньеро и рядом не стоял, — я, разумеется, говорю о его навыках. — И Никки лукаво добавила: — Ведь ты же понимаешь, о чем я, правда, Лор?

— Конечно, — рассмеялась та. — Он очень дотошный следователь. — И, смеясь, Лорен повесила трубку.

Рук заказал в ресторане «Джиджино» куриную грудку по-итальянски и салат, и они ужинали в халатах, стоя у кухонного стола. Никки передала Руку сведения, полученные от Лорен Пэрри.

— Все складывается, правда? — Пальцем он изображал в воздухе «галочки». — Стелджесс появляется на записи из секс-клуба, Стелджесс — коп, выдворенный из полиции, значит, у него имеются наручники и футляр; как мы знаем, и пистолет тоже был. Все просто: наш убийца — Стелджесс.

Никки вилкой выудила из салата помидор черри.

— Все это, конечно, указывает на него. Тогда объясни мне, зачем он это сделал. И почему убийцы пришли за мной в Центральный парк? И что здесь вообще происходит?