Homeland: Родина Кэрри - Эндрю Каплан

— Не больно-то и много, — заметила она. — Если учесть, что это и есть убийца.

— Есть еще кое-что. Вот эта запись была сделана четырьмя днями ранее, после часа ночи.

На экране мельком появился мужчина точно в таком же комбинезоне, и он почти сразу же вошел под портик. На груди у него, похоже, был логотип фирмы.

— Отмотайте немного назад. Что это у него на комбинезоне?

Сондерс отмотал запись назад и поставил ее на паузу. В темноте и с большого расстояния трудно было разглядеть и лицо человека, и логотип.

— Можно улучшить изображение?

— Уже, — ответил Сондерс и вывел на экран обработанную картинку, увеличил надпись на комбинезоне незнакомца. Немного размытый, логотип (на французском и арабском) сообщал: «Садеко консьежьери».

— Обслуживание зданий. Вы ведь проверили эту фирму?

— Разумеется. Мы пользуемся их услугами, и они чисты. Только вот этот человек — чужой, он прежде у нас не появлялся, да и на фирме его не знают. Мы поставили «жучки» у них в офисе и проверили все досье, базу данных. Владельцы сказали правду: этот человек у них не работает.

— Что говорят информаторы?

— Ничего. Голяк полный.

— А ливанские силовики? Полиция?

— Эти, едва узнав, кто мы такие, заперлись и отослали нас к министру внутренних дел. А тот — член «Хезболлы». Короче, мы в тупике. Есть светлые мысли?

— Распечатайте два снимка: Филдинга и нашего загадочного вахтера. Да, и еще изображение дырки в голове Филдинга, как можно отчетливей.

— Что-то придумала?

— Если наш незнакомец как-то связан с Раной, «Хезболлой» или Абу Назиром, то я его найду, кем бы он ни был, — пообещала Кэрри и дала Сондерсу мобильник, чтобы он вбил свой номер в список контактов.

Той же ночью Кэрри отправилась в отель «Фенисия». Заказав в баре «Маргариту», она пила коктейль и разглядывала снимок мертвого тела Филдинга: вид сверху, через объектив скрытой камеры. Тело и пистолет. Кэрри никак не могла взять в толк, что здесь не так. Вид был непривычный, и тогда она мысленно представила, будто глядит Филдингу в лицо… и тут же все стало на свои места.

Вот дура, как сразу не заметила! Все же ясно как божий день! Как этого никто другой не увидел? Ну конечно, после смерти Филдинга в его кабинете прибрались, а никто из его давних знакомых этих кадров в глаза не видел. Кэрри достала из сумочки телефон и набрала номер Сондерса.

— Львиный зев, — ответил тот, назвав свой позывной.

— Бандит, — назвала Кэрри свой. — Филдинг был левша.

Сказав это, она сразу повесила трубку.

Сондерс должен был сразу все понять, едва взглянув на труп Филдинга с пистолетом в правой руке. Доказательство неопровержимое: Филдинга застрелили. Но кто и зачем?

Ответ, надеялась Кэрри, сейчас подойдет сам — через вестибюль отеля к ней приближалась Мариэль. По-прежнему рыжая, в облегающих джинсах и кофте с глубоким вырезом. Мужских взглядов она приковала к себе столько, что эго любой девчонки на ее месте взлетело бы до уровня пентхауса.

— Что пить будешь? — спросила Кэрри.

— То же, что и вы, — ответила Мариэль, присаживаясь за столик.

Подошел официант.

— Две «Маргариты» с «Патрон силвер», — заказала Кэрри и жестом попросила Мариэль придвинуться ближе. — Парень, который называл себя Мохаммед Сиддики, мертв. Думала, ты должна знать.

— Рану, говорят, тоже убили, — прошептала в ответ Мариэль.

Кэрри кивнула.

— Как и сирийца по имени Таха ад-Доуни, который руководил Димой и Раной. Ты с ним когда-нибудь встречалась?

— Нет, alhamdulillah, — ответила Мариэль и, глядя в зеркальце пудреницы, проверила помаду на губах, а заодно — не следит ли кто за ними. Когда она убирала пудреницу в сумочку, Кэрри незаметно опустила туда же снимок неизвестного «вахтера». — Мне еще грозит опасность?

— Точно не скажу. Окажи мне услугу.

— С чего это? Я и так рискую, встречаясь с вами, — сказала Мариэль, беспокойно озираясь по сторонам.

К ним присматривалось с полдюжины мужчин. Кэрри не знала, нормально это или нет. Хорошо, что в баре, отложив в сторонку сотовый, сидел с бокалом скотча Рэй Сондерс.

— Я хочу тебе помочь и… ладно… — Кэрри не договорила, вспомнив, где живет Мариэль.

— Не нравится мне это. Сначала Дима, потом Рана. Теперь их парни. Кто дальше? Я?

— Смотайся куда-нибудь, отдохни. Туда, где хорошо и спокойно. Пока все не утрясется. Куда бы ты хотела съездить?

Мариэль цинично выгнула брови.

— Меня пытались купить мужчины, но чтобы женщина…

Кэрри накрыла ее руку своей.

— Послушай, если я все улажу, тебе уже ничего не будет грозить. А так, что дурного в том, чтобы куда-нибудь съездить? Куда бы ты хотела?

— В Париж. Всегда хотела в Париж.

— Даю тебе пять тысяч американских долларов, — сказала Кэрри. Деньги ей выделил Сондерс. — Уже завтра будешь потягивать вино на Елисейских Полях.

— Вот так просто? Пять тысяч долларов? Да вы, похоже, без ума от меня.

— Людей и так уже погибло слишком много, — сказала Кэрри и ощутила укол вины при мысли о Демпси. — Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

— Представьте себе, я тоже. Значит, все? Мы в расчете? — спросила Мариэль и потянулась за сумочкой.

— Есть еще кое-что.

— Ну началось! А я вам почти поверила. Почти… — наморщила носик Мариэль, словно уловила неприятный душок.

— Всего одна услуга. Только скажи правду.

— И вы отвалите мне пять тысяч?

— Опусти руку под стол.

Сама Кэрри тоже опустила руки под стол и, достав из сумочки стопку стодолларовых купюр, передала их Мариэль.

— Надо пересчитать, — сказала та, и Кэрри кивнула. — Как вы узнаете, что я не вру?

— Узнаю и все тут, — ответила Кэрри и наклонилась поближе к Мариэль. — Сейчас ты пойдешь в уборную, чтобы за тобой никто не увязался. Пересчитай деньги, а потом хорошенько взгляни на фотографию, которую я бросила тебе в сумочку. Мне нужно знать, кто на ней изображен.

— С чего вы взяли, будто он мне знаком?

— Знаком, знаком, — убежденно проговорила Кэрри.

В Бейруте ей оставалось недолго, а, кроме Мариэль, других зацепок нет. «Все или ничего», — глубоко вздохнув, подумала Кэрри. Все или ничего.

— То есть назову имя, и все? Я свободна? — уточнила Мариэль.

— Да, бон вояж, — кивнула Кэрри.

Мариэль поднялась из-за столика и спросила у официанта, как пройти в дамскую комнату. Кэрри осталась. Она сидела на краешке стула и думала: выстрел — наугад, но если он окажется верным, Мариэль раскроет личность «вахтера».