Неделя из семи пятниц - Дарья Калинина

— Я и сам туда приеду, но боюсь не успеть! — кричал Кащей в трубку. — Ты уж не откажи в просьбе.

Наконец Кащей кончил разговаривать и помчался к машине.

— А вы что тут делаете? — закричал он, увидев Инну с Юлькой, уютно пристроившихся на заднем сиденье. — Вы что, рехнулись? Вы же в бегах!

После этих обидных слов подруг довольно невежливо выпихнули из машины.

— Сидите в доме и носа не вздумайте за ограду высунуть! — велел им на прощание Кащей. — Тут кругом лес и дикие звери. Их мои парни свежатиной время от времени прикармливают. Так что зверье местное к человечине привыкло, можно сказать, полюбило ее как деликатес. И вас, девочки, зверье местное воспримет не иначе как очередное угощение.

После этого машина тронулась с места. А подруги остались стоять посредине двора, глядя, как исчезает за деревьями джип. После того, как машина уехала, а железные ворота лязгнули и захлопнулись, подруги повернулись друг к другу.

— Похоже, что на этот раз убежать нам не удастся, — сказала Инна.

— Что он там про человечину говорил? — дрожащим голосом спросила Юля.

— Пугал, наверное, — предположила Инна.

Но на всякий случай подруги вернулись в дом. Тут им казалось как-то спокойней.

— Посмотрите телевизор, — предложил подругам один из охранников, оставшихся в доме. — У нас есть все каналы. Спутниковое телевидение, если хотите, тоже есть. А можете с нами в войнушку на пеньке поиграть. Или с монстрами побиться.

Подруги с трудом поняли, что парень предлагает им на выбор компьютерные игры. От «войнушки на пеньке» подруги вежливо отказались. Монстры их тоже не прельстили.

— Ну как хотите, — пожал плечами парень. — Тогда телик смотрите. Только за ворота не суйтесь. Кащей про зверей не шутил.

Сделав это заявление, парень ушел по своим делам.

— Вроде бы и не пленница, а чувствую себя хуже, чем в плену, — сказала Юля, когда за парнем закрылась дверь. — За ворота не выходить, сожрут. А кругом лес и до ближайшего населенного пункта километров триста.

— В милиции, в камере, и то было как-то уютней, — согласилась с ней Инна.

— Послушай, я вот все думаю про убийство Петра Алексеевича. Двери ведь были не взломаны.

— Ну и что? — спросила у нее Инна. — Он сам их открыл.

— Значит, он очень хорошо знал того, кто к нему пришел, — сказала Юля. — И доверял этому человеку почти безгранично. Помнишь, сколько у него на двери было замков и как долго он возился, прежде чем пустить нас? И все равно держался настороже. Газовый баллончик в руках все время вертел. И я уверена, что карман его брюк оттопыривался вовсе не от прилива симпатии к нам. У него там был пистолет или какое-то другое оружие.

— Да, ты права, — кивнула Инна. — И что из этого следует?

— А кто может быть ближе, чем любовница? — спросила в ответ Юля.

— Лида! — ахнула Инна. — Точно, ей бы Петр Алексеевич открыл дверь без всяких колебаний.

— Вот-вот! — подтвердила Юля. — И к тому же, когда мы вернулись, Лиды нигде не было. Помнишь, Варвара еще ругалась, что та пренебрегает своими обязанностями.

— Да, и просила нас сходить к Лиде домой! — подхватила Инна.

— А мы с тобой шляпы! Зачем-то поперлись к этому противному мертвому Петру Алексеевичу. И неприятностей из-за него еще кучу огребли.

— Но что же это выходит? — спросила Инна. — Зачем Лиде понадобилось убивать Петра Алексеевича.

— Вот и я думаю, а зачем? И что такого могло храниться у бедного Петра Алексеевича, из-за чего перевернули вверх дном всю его квартирку? Потому что старика сначала убили, а потом принялись искать.

— Не очень логично получается, — сказала Инна. — По идее убийца должен был бы выпытать у Петра Алексеевича его тайну, а потом уж убить.

— А вот ты бы, к примеру, могла пытать человека, который тебе дорог? — спросила у нее Юля.

— Нет, не могла бы, — покачала головой Инна. — Но и убить его я тоже не могла бы. Разве что в приступе дикой ревности. Или если бы он сам меня довел до ручки.

— Вот именно! — воскликнула Юля. — А мы не знаем, как Петр Алексеевич обращался с Лидой. Может быть, он обещал на ней жениться после смерти Анны Родионовны, но взял и передумал. Или еще чем-нибудь оскорбил любовницу.

— Но, выходит, Лида знала, что искать, — сказала Инна. — И в любом случае, нашла она это или нет, но сейчас она уже далеко от Мирного.

— Так нужно сообщить о ней в милицию! — воскликнула Юля, вытаскивая сотовый.

Хотя убежище Кащея находилось в лесу, но с помощью каких-то чудес техники отсюда была мобильная связь не только с Мирным, но и со всем остальным миром. Связью с Мирным подруги и воспользовались.

— Звони Кнутову, — сказала Инна. — Только не вздумай ему говорить, где мы. Пусть думает, что мы уже на полпути к Питеру.

Но девушкам не повезло. К телефону подошел какой-то совершенно незнакомый им мент и сказал, что Кнутов на задании.

— Тогда передайте ему, что за убийство Петра Алексеевича он арестовал совершенно не тех людей! — сказала Юля. — Поэтому мы и сбежали.

— А, это вы, беглянки! — догадался Юлин собеседник. — А чего же вы сбежали, если не виноваты?

Вопрос заставил подруг задуматься.

— Мы не верили, что вы найдете настоящего убийцу! — наконец выдавила из себя Юля.

— А зря, — откровенно сказал им мент. — Кнутов как раз сейчас и отправился на поимку убийцы.

— Хочет взять его с поличным? — поинтересовалась Юля.

Мент в ответ только хмыкнул.

— Перезвоните через пару часов, сами сможете поговорить хоть с Кнутовым, хоть со своим Андреем, — сказал он. — Надеюсь, ему-то, после того как он вытащил вас из реки, вы доверяете?

От неожиданности Юля нажала на кнопку отбоя.

— Откуда менты могут знать, что Андрей нас с тобой спас, когда мы тонули? — спросила она у подруги.

Инна не знала.

— Позвоню Бритому, — наконец сказала она. — Пусть хоть скажет, как у них дела обстоят.

— Что тебе нужно?! — завопил на нее любимый муж из трубки. — Сказано же тебе, сиди дома. Приеду, тогда и поговорим.

— Чудовище! — возмутилась Юля, когда Инна передала ей слова Бритого. — Дай-ка я сама с ним поговорю.

Но выяснилось, что с Юлей Бритый вообще разговаривать не хочет. Просто не брал трубку, и все.

— О господи, это же просто жестоко, держать нас в неведении, — простонала Юля. — Какие мужчины все-таки черствые существа!

Томясь от любопытства, подруги просидели еще минуты полторы. Потом любопытство, снедающее их, стало просто невыносимым.

— Если я еще пять минут пробуду в этом доме в неизвестности, то просто лопну, — сказала Юля. — Со стороны наших мужиков чудовищно оставлять нас тут, когда все движется к развязке.