Сыщики и шаманы - Николай Леонов

– Например, с чем?

– Понятия не имею. Может быть, это страх перед грузом ответственности, который свалился ему на плечи… Может быть, родители в детстве пугали его злыми милиционерами… А может, он и скрытый маньяк… Но это точно другая история. А вот те двое… Они определенно говорят вам гораздо меньше того, что знают. В особенности молодой медикус. Заведующий, возможно, врет, просто прикрывая молодого коллегу. Так или иначе, на вашем месте я начал бы трясти в первую очередь его, Ермакова. Он – скрытый алкоголик, и расколоть его будет проще. Любая зависимость, будь то наркотическая или алкогольная, не способствует стойкости духа…

– Кто бы говорил, – беззлобно фыркнул Крячко.

– Я не завишу от алкоголя, это он зависит от меня, – произнес Лозинский, поправляя свой плащ.

– Звучит, как наклейка на бампере автомобиля.

– А что? Хорошая мысль, – одобрительно кивнул психолог. – Надо сделать себе такую наклейку. И кстати, раз уж мы заговорили об автомобилях, кто-нибудь из вас, парни, отвезет меня обратно в ту точку, с которой меня сорвали?

– Возьми такси, – посоветовал Крячко.

– Я без гроша в кармане.

– Могу занять.

– Не, – поморщился Лозинский, – брать в долг у друзей против правил.

– Мы с тобой не друзья.

– Это ты так думаешь, Стас. Ладно. В конце концов, я не тороплюсь. Работайте, парни. А я пока подожду на улице. Запахи больницы действуют на меня угнетающе. А я – человек тонкой душевной организации… Даже если на первый взгляд это и незаметно.

– Совсем не заметно.

– Хорошо, Андрей Борисович. – Гуров обменялся с психологом крепким рукопожатием. – Спасибо вам за помощь. Стас отвезет вас, куда скажете. Минут через двадцать, я думаю. Максимум через тридцать.

Он первым вернулся в кабинет главврача. Крячко задержался на пороге.

– Все равно будешь должен мне за бензин, – бросил он Лозинскому.

– Бензин – не деньги. Это не противоречит моим правилам, – широко улыбнулся психолог.

– Его, по ходу, всю дорогу мордуют допросами, – негромко доложился в мобильник парень в рыжей кожаной куртке и серых спортивных трико, на которых вместо лампасов значилась выцветшая надпись «Я люблю Денвер» на смешанных русском и английском языках. – Легавые и сейчас с ним, Макс. Причем к двум предыдущим добавился еще один. То есть я хочу сказать, что теперь их трое… В смысле «мусоров». И линять они сто пудов не собираются. Равно, как и отпускать доктора, про которого ты говорил.

– Почему они прицепились именно к нему? – последовал резонный вопрос, и при этом в голосе Макса появились нотки недовольства. – В шестой горбольничке куча сотрудников. И любой из них мог быть с главврачом на ножах. Почему, мать его, он?

– А я знаю?

– Так узнай.

– Как? Прям подойти и напрямую ментов спросить?

– Ты же говорил, что у тебя там старая подруга медсестричкой трудится, – напомнил Макс.

– Трудилась, как выяснилось… Нет ее уже. Уволилась. Где-то полгода назад. Я уже провентилировал этот вопрос. – Парень в рыжей куртке бросил тоскливый взгляд на роскошный букет чайных роз, валявшийся на подоконнике. – Будь она тут, я бы уже знал как минимум половину из того, что известно ментам. Болтливая была чикса. И ушки умела держать на нужном месте. В смысле на макушке… А так…

– Где он сейчас? – коротко осведомился Макс.

– Кто?

– Доктор наш. Айболит. Кто же еще?

– В кабинете покойного Куприянова.

– Один?

– Нет. – Парень слегка расстегнул «молнию» на куртке. – С ним еще двое. Не считая ментов, конечно…

– Выходит, под подозрением не он один…

– Выходит, так.

Краем глаза наблюдатель заметил, как из кабинета в дальнем конце коридора вышли трое, поспешно отвернулся к окну, но в отражении стекла прекрасно мог видеть их силуэты. Мужчины о чем-то негромко переговаривались друг с другом.

– Менты вышли, – была шепотом передана в мобильник очередная информация. – Но совсем не уходят… Слушай, Макс, – добавил парень в кожанке после недолгой паузы. – А давай я вальну его, и всех делов. Пырну заточкой в лифте и по-шустрому слиняю.

– Кого вальнешь?

– Доктора. Не станет его, не станет и проблемы. Концы в воду, как говорится. Чего зря рисковать?

Макс ответил не сразу, видимо, взвешивал предложение подельника. Но принятое решение было совсем не таким, какого ожидал парень в кожанке.

– Нет. Без команды Бизона нельзя. И потом… Он мог уже успеть рассказать что-то. Пока мы не выясним это, валить никого не надо. Твое дело маленькое, Хряк. Информация. Понял? А инициатива… Она наказуема, брат.

– Я понял. – Парень в кожанке разочарованно вздохнул. – Информация, информация… А как я ее тебе добуду?

– Думай, – по-начальственному, во многом подражая манере Бизона раздавать приказы, распорядился Макс. – Или я должен за тебя думать? В конце концов, ты на месте. Ориентируйся по обстоятельствам… Например, подцепи новую медсестричку.

Двое мужчин, за которыми Хряк продолжал вести наблюдение в отражении стекла, вернулись в кабинет главного врача. Третий направился к лифту. Хряк слегка повернул голову. Мужчина в длиннополом бежевом плаще и распущенном малиновом галстуке не смотрел в его сторону. Перекатывая неприкуренную сигарету из одного уголка рта в другой, он что-то негромко напевал себе под нос. Хряк невольно обратил внимание и на нетвердую походку объекта. Мужчина был пьян.

– По ходу, это не мент…

– Что? – откликнулся Макс.

– Ничего. – По губам Хряка скользнула улыбка. – Кажись, я нашел решение, Макс. Я тебе перезвоню.

– Добро.

Мужчина в плаще и в галстуке остановился напротив лифта. Вдавил пальцем кнопку вызова. Хряк отлепился от подоконника, секунду поколебался и направился не к кабинам, а к лестничному пролету. Букет чайных роз так и остался бесхозно валяться там, где Хряк его бросил…

Наблюдатель оказался на первом этаже больницы раньше объекта. Его рыжая кожанка маячила рядом с регистратурой, когда человек в плаще вышел из лифта. Сигарета все еще торчала у него во рту. Он пересек большой светлый холл и широко распахнул входную дверь. Хряк незамедлительно последовал за ним.

Мужчина остановился в тусклом свете придорожного фонаря и щелкнул зажигалкой, прикуривая. Огляделся по сторонам. Его внимание привлек бар на противоположной стороне улицы с неоновой вывеской «Вегас». Слева и справа от вывески потенциальным посетителям призывно подмигивали два ковбоя в потрепанных широкополых шляпах. Мужчина в бежевом плаще несколько раз жадно затянулся сигаретой и двинулся в сторону бара. На мгновение он обернулся, и Хряку показалось, что объект заметил слежку. Он поспешно шагнул в тень. Рука привычно нащупала в правом кармане куртки рукоятку самодельной заточки.