Яд бессмертия - Нора Робертс

— Это было недолгое знакомство. — Он почесал подбородок. — Не стоит об этом вспоминать.

— Не пудри мне мозги.

— Как можно! Так ты сказала, что она…

— Слушай, найдется хоть одна красотка, с которой ты не спал?

— Если хочешь, я составлю список. Значит, ты засветила ей промеж глаз?

— Что-то вроде этого. — Ева уже сожалела о своих упреках. — Она начала стонать и причитать, но тут вошла Мевис. Пандора сразу переключилась на нее, они вцепились друг дружке в волосы и покатились по полу. А Леонардо знай заламывает руки, как дешевый трагик. Пришлось мне самой их разнимать.

Рорк обнял ее за плечи.

— Видишь, какая у тебя насыщенная жизнь!

— То ли еще будет! Пандора поставила Леонардо ультиматум: либо он бросает Мевис и возвращается к ней, либо она запорет показ моделей, на который он очень рассчитывает. Кажется, он все поставил на эту карту, назанимал денег… Если она испортит ему игру, он разорится.

— Это на нее похоже.

— После ухода Пандоры Мевис…

— Ты все это время оставалась голой?

— Конечно, нет. Так вот, Мевис трогательно решила пожертвовать собой. Просто слезоточивая драма! Леонардо клянется в вечной любви, она, рыдая, убегает… Клянусь, Рорк, я чувствовала себя извращенкой, подглядывающей в замочную скважину. Я отвезла Мевис на свою квартиру — пусть проведет там хотя бы одну ночь, придет в себя. Ей надо явиться в клуб только завтра.

— Продолжение следует, — пробормотал Рорк и улыбнулся, но Ева осталась серьезной. — Мыльная опера: домохозяйки с замиранием сердца ждут, чем все кончится. А как настроен главный герой?

— Тот еще герой! — махнула рукой Ева. — А вообще-то он мне симпатичен, хоть и размазня. Он настроен размозжить Пандоре башку, но скорее всего задерет лапки. Может, пригласим Мевис провести несколько дней здесь, если это ей поможет?

— Пожалуйста.

— Правда?!

— Конечно, правда. Ты же сама все время повторяешь, что этот дом слишком велик. К тому же Мевис мне нравится.

— Знаю. — Ева редко улыбалась, тем ценнее была эта ее мимолетная улыбка. — Спасибо. А как провел время ты?

— Купил небольшой остров. Шучу, шучу, — успокоил он Еву, разинувшую от изумления рот. — Просто завершил переговоры о создании фермерской коммуны неподалеку от «Олимпуса».

— Фермерской?

— Людям надо есть. А кроме того, коммуна сможет снабжать продовольствием курорт. Ты же знаешь, я вложил в строительство немалые средства. Как говорится, рука руку моет.

— Не сомневаюсь. А все-таки как насчет Пандоры? Вместо ответа Рорк сорвал с нее блузку, на которой уже успел расстегнуть пуговицы.

— Перестань сейчас же! Ты нарочно меня отвлекаешь. Сколько времени займут твои показания?

Он передернул плечами и нашел губами чувствительное местечко у нее на шее.

— Все понятно: ночь, неделю… Месяц? Я же просила меня не отвлекать!

Но Рорк начал осыпать поцелуями грудь Евы, и все ее тело вспыхнуло огнем.

— Сейчас я разбужу в тебе интерес, — пообещал он — и сдержал обещание.

Ева была согласна начать день с чего угодно, но только не с посещения морга… Она брела по безмолвному в этот ранний час вестибюлю, выложенному белой плиткой, стараясь не думать о предстоящей процедуре. Ей нужно было опознать выуженный из воды труп.

Остановившись перед запертой дверью, Ева нажала кнопку, назвала себя, и через несколько секунд дверь открылась.

У стены с ячейками Еву поджидал работник морга. Ева подумала, что почти все ячейки, наверное, заняты: летом люди мрут как мухи.

— Лейтенант Даллас?

— Да.

— Для вас тут небольшой подарочек. Прошу. — Работник морга шагнул к одной из ячеек и набрал на пульте код. Несколько лампочек замигали, и ячейка, окутанная холодным паром, выехала из стены. — Сотрудница полиции, первой обнаружившая труп, узнала вашего осведомителя.

Ева старалась дышать ртом, хотя в этом не было необходимости: никакого запаха не ощущалось. Зрелище насильственной смерти было для нее далеко не новым, но одно дело — труп на месте убийства, и совсем другое — здесь, в стерильном морге. Среди девственно-белых стен смерть выглядела еще отвратительнее, хотя Ева не сумела бы объяснить почему.

— Да, это Картер Йоханнсен, по кличке Бумер. Последний известный адрес — ночлежка на Бикон-стрит. Мелкий воришка, профессиональный доносчик. Изредка предоставлял сведения о торговцах наркотическими веществами, влачил жалкое существование. — Она со вздохом осмотрела останки. — Черт, Бумер, как же они тебя отделали…

— Тупой инструмент, — отозвался работник морга. — Кусок трубы или бейсбольная бита. Мы еще не закончили анализы. Удары наносились изо всей силы. Тело пробыло в воде не больше двух часов. Все повреждения налицо…

Ева отключилась: пусть себе бормочет, она и так все видит собственными глазами.

Погибший никогда не был красавцем, а теперь на его лицо лучше вообще не смотреть — так мало от него осталось. Сломанный нос, изуродованный ударами рот. Страшный синяк на шее — след удушения; о том же говорили лопнувшие сосуды под кожей лица — если это месиво еще можно было называть лицом.

Тело представляло собой сплошной кровоподтек. На левой руке отсутствовал один палец — но это была старая боевая травма, которой погибший при жизни гордился.

Ясно было одно: над несчастным хиляком Бумером потрудился злобный и жестокий убийца. А то, что оказалось не под силу ему, успели доделать за два часа рыбы.

— Сотрудница полиции опознала его по отпечаткам. Вы подтверждаете опознание?

— Да. Направьте мне копию рапорта о вскрытии. — Ева зашагала прочь. — Кстати, как фамилия сотрудницы? — спросила она, не оборачиваясь.

Работник морга вынул из кармана пачку каких-то бумаг и порылся в них.

— Делия Пибоди.

— Пибоди? — Ева чуть заметно усмехнулась. — Всюду я натыкаюсь на нее! Если кто-то будет наводить о нем справки, немедленно доложите мне.

По пути в Центральный участок Ева связалась с Пибоди и услышала спокойный, серьезный голос:

— Я к вашим услугам, лейтенант.

— Это вы вытащили из воды Йоханнсена?

— Так точно. Я уже заканчиваю рапорт. Могу направить вам копию.

— Направьте. Как вы его опознали?

— Когда его вытащили из воды, я сняла отпечатки пальцев. На правой руке пальцы были почти не повреждены. Вернувшись в участок, я проверила отпечатки. Я слыхала, что он был вашим осведомителем.

— Правильно слыхали. Славно поработали, Пибоди.

— Рада стараться!

— Хотите участвовать в расследовании? Ева помнила, какую неоценимую помощь оказала ей Пибоди в недавнем деле Морса.