Волчий камень - Александр Руж

– Mon Dieu! Что это?

Анита рукой затолкнула поднос с музыкантами обратно в шкаф и поспешила захлопнуть дверцы. Оркестр обиженно всхлипнул, и мелодия оборвалась.

– Не обращайте внимания, это… В общем, издержки технического мышления.

– О, я люблю технику! – защебетала мадемуазель, успокоившись. – Но еще больше я люблю искусство. Прошу прощения за нескромность, вам, может быть, известно, кто я такая?

– Известно. Вы – Элоиза де Пьер, автор популярных романов.

– Неужели мои книги читают и в России?

Анита насторожилась. Дамочка изображает набитую дуру, но очень неумело.

– Откуда вы узнали, что я из России?

– Это ведь не тайна, правда? Мне сказал герр Ранке, мы с ним немного знакомы. Меня тоже допрашивали сегодня в полиции по поводу смерти бедного мсье Вельгунова. К сожалению, я не смогла сказать ничего существенного. Мы с… с моим другом зашли в «Лютер унд Вегнар» совершенно случайно, мне ужасно захотелось пить, и это было первое заведение, которое встретилось нам на пути. Обычно я хожу в более дорогие рестораны…

– Понимаю, – прервала Анита поток бесполезных слов. – Стало быть, вы знали мсье Вельгунова?

– Не очень близко, но… Андре был обаятельным человеком, и его нелепая смерть меня просто по-трясла.

Мадемуазель Бланшар выглядела совсем расстроенной, но ее последняя реплика вдруг царапнула Аниту. Экстравагантная кокетка была знакома с Вельгуновым? Почему же тогда… Нет, об этом спрашивать рано.

– Вы что-то хотели сказать мне? – Анита участливо положила свою смуглую ладонь на белую холеную руку гостьи.

– Да… То есть я хотела не сказать, а спросить. Я видела вас вдвоем с Андре у ресторана, вы разговаривали. Наверное, вы знали его лучше, чем я?

– Нашему знакомству меньше недели. Мы познакомились случайно – мсье Вельгунов любезно согласился стать нашим проводником по Берлину, подсказал, как лучше обустроиться, в каких лавках покупать продукты. Сказал, что делает это из уважения к землякам. Больше нас ничто не связывало.

Карие глаза мадемуазель Бланшар со спрятавшимися где-то в глубине зрачками испытующе впились в Аниту. Наигранная легкомысленность во взгляде исчезла.

– Значит, вы его совсем не знали?

– Нет. – Анита с сожалением покачала головой.

Холодный оценивающий взгляд она выдержала спокойно. Напряженность, мелькнувшая на лице мадемуазель Бланшар, исчезла. Кажется, поверила.

Выдержав паузу, Анита решила перейти в наступление:

– Мне тоже безумно жаль, что все так вышло. Говорят, остановки сердца иногда случаются от душевного перенапряжения… Скажите, а кем он был – мсье Вельгунов?

Писательница поправила шнуровку на платье, ответила ровно и бесстрастно:

– Не знаю. Андре не любил рассказывать о себе. Обронил только однажды, что служит по дипломатической части.

– Может быть, я могу чем-то вам помочь?

– Нет-нет. Спасибо. – Мадемуазель Бланшар зашуршала юбками и поднялась. – Извините, что оторвала вас от дел. В этом разговоре не было необходимости, но я не сумела справиться с нервами. Надеюсь, вы не станете сердиться на меня.

– Я провожу вас. – Анита тоже встала, задела локтем шкаф, и оттуда опять вывалились со своим фальшивым дребезжанием дурацкие деревянные скоморохи.

Женщина с вычурным псевдонимом Элоиза де Пьер торопливо отступила в прихожую.

– Не затрудняйте себя, я выйду сама. До свидания!

Пока Анита, шепча под нос нехорошие слова, запихивала развеселых клоунов в шкаф, в передней щелкнула дверь, и каблуки мадемуазель Бланшар застучали по лестнице. Анита бросилась к окну. У крыльца стоял знакомый экипаж.

– Алекс!

В гостиной появился встревоженный Максимов. Анита за руку подтащила его к окну.

– Видишь эту коляску?

– Вижу.

– Мне нужно, чтобы ты проследил за нею до того места, где сойдут ее пассажиры. Или пассажирка.

– Что? Ты шутишь?

– Шутки в сторону! Сейчас из нашего дома выйдет дама в карнавальном платье с бантами. Я хочу знать, куда она направится.

– Нелли, у меня нет твоих талантов, я никогда не мечтал стать сыщиком…

– Не скромничай! Я бы сделала все сама, но она знает меня в лицо. Вот, она уже выходит! Быстрее!

– Она сейчас уедет, – проговорил растерявшийся Максимов. – Как же я ее догоню?

– Ты что, слепой? На той стороне улицы стоят два извозчика. Бери любого и езжай следом.

– Я плохо владею немецким…

– Алекс!!

Экипаж, в который села мадемуазель Бланшар, уже отъехал от дома. Максимов проглотил окончание фразы и поспешил исполнить приказание: выбежал на улицу и прыгнул в одну из колясок, стоявших напротив. Анита видела, как дремавший на козлах извозчик в залатанной зеленой куртке, скроенной, по всей вероятности, из выброшенного кем-то старого камзола, встрепенулся и, оглянувшись на невесть откуда взявшегося седока, хлестнул кнутом серую в яблоках кобылу.

* * *

Кучер Максимову достался понятливый – выслушав короткую речь на отвратительном немецком, он сразу смекнул, что от него требуется, и пустил свою лошаденку вскачь по берлинским мостовым. Вид пассажира с рассеченной бровью и синяком под глазом не слишком его удивил. Очевидно, в извозчичьей практике бывали случаи и пооригинальнее. Сообщив зачем-то, что его зовут Гюнтер, он взмахнул кнутом.

Экипаж мадемуазель Бланшар они настигли быстро. Максимов придержал расстаравшегося возницу за локоть: дескать, догонять не нужно. Тот понимающе кивнул, и лошадь пошла тише.

Ехали долго. За несколько дней, проведенных в Берлине, Максимов не успел как следует выучить его географию и скоро потерял представление о том, по каким улицам они едут. Мимо мелькали незнакомые дома, церкви, дворцы, выстроенные в стиле барокко. Наконец экипаж мадемуазель Бланшар свернул в узкую, загроможденную домами улочку и остановился.

– Стой! – скомандовал Максимов извозчику.

Он вышел из коляски, приказал ждать и, спрятавшись за угол, стал наблюдать за остановившимся экипажем. Мадемуазель Бланшар самостоятельно сошла с подножки и направилась к крыльцу невысокого особнячка. Подойдя к двери, она позвонила в колокольчик (как показалось Максимову, условным сигналом: раз, два, раз-два, раз-два), и через некоторое время дверь открылась. Мадемуазель Бланшар немедленно переступила через порог и исчезла в доме. Дверь закрылась, Максимов услышал, как загремели изнутри засовы. Экипаж тотчас тронулся с места и, проехав вдоль по улице, свернул в боковое ответвление.

Подождав, Максимов осторожно отделился от стены и, оглядываясь, пошел к особняку. Улочка была пустынна, ни души вокруг. Максимов приблизился к крыльцу дома, где скрылась мадемуазель Бланшар, и попытался прочесть медную, позеленевшую от времени вывеску, висевшую над дверью. Что-то про пиво… «Пивовар Шмидт»?