Голубая звезда - Ким Болдуин

— Почему бы просто не дождаться, когда гости уйдут, а она ляжет спать? — спросила Аллегро.

— Карнавал. Кто же сегодня будет спать?

— Люблю такие вечеринки.

— Надеюсь, ты сможешь не отвлекаться? — поддразнил Ночной Ястреб.

Она незаметно подмигнула ему и повернулась к информатору.

— Когда мне лучше там появиться?

— Мы должны торопиться. — Он протянул Ночному Ястребу карту памяти для навигатора. — Тут схема дома. Сможете свободнее передвигаться там, если пройдете как гости в маскарадных костюмах.

Аллегро ухмыльнулась.

— Можно я оденусь вором-домушником?

— Нет! — в один голос ответили мужчины.

Юго-восток Колорадо

Монтгомери Пирс смотрел за окно, где бушевал буран, за которым не было видно ни Скалистых гор, ни великолепного Веминучского заповедника. Все вокруг покрывал глубокий снег — идеально для тренировок по выживанию в зимних условиях, но для всего остального — значительное и неприятное препятствие. Все же он был уверен, что через кампус Организации Элитных Оперативников его важный визитер как-нибудь сможет пробраться. Если военная разведка хотела передать им задание в такую погоду, это значило, что придется работать под командованием шишек с самой верхушки Пентагона. В ожидании их приезда, Пирс созвал остальных из руководящей тройки ОЭН присутствовать на обсуждении. Для того, чтобы отправить кого-то из элитных тактических оперативников на опасное задание, нужны были два голоса из трех, а одобрение своих коллег на предстоящую миссию в Венеции он уже получил. Стоило Нортону, пережидающему бурю, сделать всего один звонок. Сейчас им нужна была информация о предстоящей операции, о которой упомянул Нортон. Монти не собирался выделять ценнейшие человеческие ресурсы на неизвестное дело.

— Если уж сам Нортон приезжает во всем этом бедламе, значит, дело серьезное, — раздался голос сзади.

Джоан Грант, заведующая учебной частью Организации, умела читать его мысли. Они вместе выросли в Академии, получили статус Элитных Тактических Оперативников, будучи в одной группе, и уже сорок лет Пирс был влюблен в нее. Эмоциональные привязанности в ОЭН не поощрялись, поэтому он никогда не показывал своих чувств, но замечал любые мелочи в ее поведении.

Она поставила чашку кофе на небольшой овальный стол для совещаний, отодвинула для себя стул и присела. Сегодня ее белые волосы были уложены несколько необычно, они были убраны назад. Так ее изящная шея казалась длиннее, подчеркивались ее высокие скулы и яркие зеленые глаза. У Монти засосало под ложечкой, впрочем, как и всегда в присутствии Грант. Он огляделся — не оставил ли он очки, эти проклятые очки, в которых теперь нуждался, где-нибудь на виду. Он ничего не мог поделать с тем, что его светлые волосы редели, как и с молочной белизной кожи — наследием скандинавских предков. Он надеялся, что выглядит зрелым и серьезным, а не «мужчиной среднего возраста, чьи лучшие годы уже позади».

— Не сказал бы, что мне многое известно. Задача с высоким приоритетом, которая не ждет. Операция в Европе. Как обычно.

К ним присоединился Дэвид Атэр, глава отдела боевой подготовки. Он вошел, стряхивая снег со своей зимней камуфляжной куртки. Когда он снял белый подшлемник, его короткие выкрашенные в ярко-медный волосы встали дыбом. Удивительный контраст с одеждой.

— Простите, задержался на практикуме по взрывчатым веществам. Есть новости из Венеции?

Монти посмотрел на часы. В этот момент два раза прозвенел звонок интеркома подтверждая, что охрана на проходной пустила майора Клиффа Нортона. Пирс опустил рольставни — привычка заботиться о недосягаемости в момент важных обсуждений.

Как только майор, лысеющий потомственный вояка с суровым выражением лица, присоединился к ним за столом для конференций, он перешел к делу, открывая свой кейс.

— Вот. — Он достал фотографию и передал ее Монти. Грант и Атэр склонились над столом, изучая ее.

— Бриллиант «Голубая Звезда», — продолжил Нортон, — Этому булыжнику полагается быть в Персидской короне, на выставке в Кабуле. Но источник в правительстве Афганистана передает, что бриллиант в короне — фальшивка, а настоящий в собственности голландки.

— Мои оперативники не просто должны вытащить бриллиант… Они еще и создадут политическое напряжение с исламистами? — заключил Монти, прокручивая в голове компромиссные предложения. — Почему вообще Штаты в это лезут?

— У нас есть разведданные о том, что кое-кто еще пытается выкрасть бриллиант и продать его для финансирования Аль-Кайды, — ответил Нортон. — Наш информатор намерен вернуть камень в корону, где он и должен быть.

— Афганцы буду рады, — вставила Грант.

— Да, а мы взамен получаем информацию о терактах, которые афганцы собираются организовать на Западе.

— Насколько надежны ваши источники? — спросил Монти.

— Пока не подводили. Но в этот раз деньги ничего не изменят. Он говорит, это его долг.

— А дать еще за информацию об угрозе терактов не пробовали?

— Этот вариант исчерпан, — сказал Нортон. — Послушайте, нам все равно, что там с этим булыжником, вернут ли его в эту чертову корону, но ситуация более чем серьезная. У нас в Афганистане силы наготове, мы выдвинемся, как только вы закончите со своей частью дела.

Монти взял фотографию и поднес ближе к глазам.

— А если они в Венеции ничего не найдут, где искать будем? По всем ячейкам в АБН AMPO?

Майор достал из кейса досье, открыл на нужной странице, и показал пальцем на распечатку фотографии, которую прислали пятью часами раньше по электронной почте, когда давали задание по операции «Пропасть».

— Кристин Мари-Луиза ван дер Ягт. У ее отца был ячейка в Амстердаме, но там уже пусто, а своей у нее, насколько мы знаем, нет. Так что камень, если его нет в Венеции, скорее всего, в особняке в Голландии… И подчеркиваю, это нужно сделать как можно скорее. Не одни мы охотимся за этим булыжником.

— Понятно, — сказал Монти.

Нортон указал на еще один адрес в папке.

— Это офис ее адвоката в Амстердаме. Он занимался делами отца, и он близкий друг семьи. Отсюда лучше все начинать, если камня не будет в Венеции.

Монти кивнул.

— Я отправлю туда кого-нибудь.

Когда майор ушел, Дэвид Атэр спросил:

— Этим пусть занимается Аллегро? Или поручить Домино работу по Голландии, раз уж время поджимает?

— Я не хочу вовлекать в это второстепенный состав и, возможно, давать шанс нашим соперникам, — ответил Монти. — Аллегро лучшая, когда нужно прорваться, влезть и вытащить. У нее есть этот инстинкт.

Излишним было объяснять, что имелось в виду. Они все отлично знали, что представляет собой элитный тактический оперативник, и требования к нему. У нее была невероятная способность распознавать, где спрятана нужная вещь, она могла отыскать то, что другим не под силу.