Крик в ночи - Екатерина Вильмонт

– Никита, – подбежала к нему ЮлияАлександровна, – а где Гошка?

– Он там… – неопределенно повел рукой Никита. –Тетя Юля, там с ним…

– Что? Что с ним?

– Не что, а кто…

Юлия Александровна сделала два шага и буквально остолбенела.

– Невероятно… – пробормотала она. – Глазам неверю…

– Юля, это же… это же… это же Андрей! – тихоньковоскликнула Ольга Александровна.

– Боже мой, Юля! Оля! – бросился к ним АндрейИванович.

– Андрей, – первой опомнилась ЮлияАлександровна. – Какими судьбами? Откуда ты узнал, что мы здесь?

– Я ничего не знал, это чистейшей воды случайность,просто невероятное совпадение, я первый раз за эти годы поехал отдохнуть, ивот… такое везение! Ты отлично выглядишь, Юленька!

– Находишь? А ты изменился…

– Я так рад… Ну, дорогие мои, чем вас угостить?

– Сангрией! – решительно заявила ЮлияАлександровна.

И вскоре на стол подали громадный запотевший кувшин, набитыйнарезанными фруктами в красном вине. К кувшину подали еще большую ложку. АндрейИванович разложил фрукты по бокалам и разлил вино.

– Какая вкуснотища! – простонал Гошка, первымпопробовавший таинственную сангрию.

– Только пейте помедленнее, а то простудитесь! –сочла своим долгом предостеречь ребят Ольга Александровна.

От ледяной сангрии растаял некоторый ледок, возникший впервые минуты встречи, и разговор стал оживленным. Только Никите все еще былоне по себе. Но вскоре его опасения тоже исчезли. Андрей Иванович заявил:

– Ну вот что, мои дорогие. По-моему, нам следуетобсудить наши планы.

– Какие планы? – насторожилась Юлия Александровна.

– Гошка мне сказал, что вы собираетесь покупать поездкина какие-то экскурсии. Не стоит этого делать. Это достаточно дорого, во-первых,и достаточно неинтересно, во-вторых.

У меня здесь машина, я взял напрокат, ты же знаешь, Юля, ячеловек непоседливый… И потому предлагаю свои услуги. Берусь повозить вас поМайорке. И вообще, побудем вместе, раз уж Бог нам послал такую встречу…

Сестры переглянулись.

– Да нет, пожалуй, не стоит… – начала не очень уверенноЮлия Александровна. – У нас своя жизнь, у тебя своя… Но если Гошка хочет,свози его куда-нибудь… Кстати, ты умеешь управляться с виндсерфингом?

– Разумеется! Но почему ты спрашиваешь?

– Гоша просто жаждет научиться, а я тут ему непомощница!

Гошка благодарно глянул на маму. Он понимал, что ей сейчаструдно, однако она не забыла о серфинге…

– Великолепно! – закричал Андрей Иванович. –Никита, а ты? Тоже хочешь?

– Еще бы!

– Никита! – попыталась одернуть его ОльгаАлександровна.

– Оленька, ну не буду же я разлучать ребят. Хорошо, увас свои планы, женские.

А мальчишек я возьму на себя. Купайтесь, загорайте,наслаждайтесь жизнью, а о мальчишках я позабочусь. Вот увидите, они будутдовольны.

Сестры опять переглянулись, посмотрели на сыновей, в глазахкоторых читалась мольба, снова переглянулись, и Ольга Александровна сказала:

– Ну что ж, если ты обещаешь не спускать с них глаз ивовремя привозить их к обеду и к ужину…

– Безусловно обещаю!

– И не пускаться с ними в безумные авантюры… – добавилаЮлия Александровна.

– Юля, о чем ты говоришь! – укоризненно покачал головойАндрей Иванович.

– Мы очень рассчитываем на твое благоразумие,Андрей! – поддержала сестру Ольга Александровна.

Гошка из ледяной сангрии ложкой выковыривал фрукты и будтобы сквозь туман слушал разговор. То ли слегка захмелел, то ли просто был ошарашенслучившимся, а скорее, все вместе так на него подействовало. Он удивленносмотрел на родителей, которые вели себя как совершенно чужие люди, как старыезнакомые, случайно встретившиеся на курорте. Сколько раз он мысленнопредставлял себе их встречу… В его воображении отец каялся, мама плакала, апотом все кончалось бурным примирением и они, втроем, обнимались и плакали отсчастья. А в жизни все оказалось по-другому.

Отец только в первый момент выглядел раскаявшимся, мама и недумала плакать, между ними сразу словно выросла стена, на которой стоял Гошка,а они ждали, в чью сторону он качнется…

– Гошенька, – донесся до него голос мамы, –ты что, опьянел?

– Нет, что ты! – встрепенулся Гошка, ощущая,однако, легкий шум в голове. – Это же компот…

– Гошка, мы сейчас едем в отель обедать, а потом папазайдет за вами.

– Да, да, конечно!

Андрей Иванович расплатился с официантом, и они все вместевышли на набережную.

– Я бы вас отвез, но машину взял мой приятель…

– Не нужно, мы прекрасно доедем на поезде, –поспешила ответить Ольга Александровна.

– Какой поезд! – воскликнул АндрейИванович. – Сейчас же сиеста, он не ходит.

– Но как же быть? – растерялась ЮлияАлександровна. – Здесь ведь нет никакого транспорта, даже такси…

– Ну, такси не проблема, достаточно свернуть направо, ина параллельной улице мы вмиг поймаем такси, только это неинтересно.

– Что значит «неинтересно»? – нахмурилась ОльгаАлександровна.

– Сейчас увидишь!

Он вышел на проезжую часть и поднес руку к глазам наподобиекозырька.

– А вон и транспорт! – сказал он, смеясь.

Однако никакой машины они не увидели.

Только лошадь, запряженную в пролетку.

– Ты имеешь в виду… – начала Юлия Александровна.

– Именно! В сиесту по набережной ходит только этоттранспорт. А чем плохо?

– Да нет, это… мечта! – загорелись глаза у ЮлииАлександровны.

– Но это, вероятно, очень дорого! – спохватиласьОльга Александровна.

… – Пусть тебя это не волнует! – успокоил ее АндрейИванович и махнул рукой извозчику.

И вот к ним подкатила белая пролетка на красных колесах, аизвозчиком оказалась веселая пожилая женщина. Андрей Иванович что-то быстроспросил у нее по-немецки и достал портмоне. Расплатившись, он помог дамам сестьв пролетку, а мальчишки взобрались сами.

– До скорого! – сказал Андрей Иванович. – Вполовине пятого я зайду за вами.

И они поехали. Ах, как наслаждалась и веселилась мама! Гошкаудивленно смотрел на нее. «Радуется, как девочка», – мелькнуло у него вголове.

– Господи, Оля! – восклицала она. – Подумай,могли мы когда-нибудь раньше даже мечтать о таком! Катить в пролетке понабережной Майорки! И этот цокот копыт, и этот ветер, и море, и пальмы! Боже,как хорошо!