Кровь алая - Николай Леонов

– Слушаю вас, – сказал Гуров.

– Я не бегаю по экрану телевизора, и моего имени вы не знаете. Меня зовут Лиана Хасбулатовна, можно без отчества.

– Очень приятно.

– Это правда, что у вас скверный характер?

– Не мне судить. – Гуров оглядел хозяйку, взгляд сыщика был настолько откровенно оценивающим, что лицо женщины порозовело. – Вам лично мой характер понравится.

– Вы самонадеянны.

– Безусловно, но в конкретном случае просто профессиональный опыт.

– Чай, кофе или что-нибудь покрепче?

– Покрепче.

Лиана позвонила, звук не успел растаять, как дверь приоткрылась, молодой прислужник застыл на пороге.

– Эрик, выкати столик, и ты свободен, – сказала хозяйка, полные губы у нее утончились, сыщик понял, что прислужника мадам не любит.

– Момент. – Эрик подошел к инкрустированной стенке, распахнул дверцы, выкатил столик, на верхней полке стояли сервиз, кофейник и бокалы, на нижней – бутылки и ведерко со льдом.

– Спасибо, Эрик, до завтра.

– Имран Русланович велел дождаться его возвращения, – тихо, но уверенно произнес Эрик, отступая к дверям.

– Меня не касается, иди, – хозяйка махнула рукой, и, хотя Эрик был сыщику несимпатичен, Гурову стало неловко, словно он увидел человека в нижнем белье или в непристойной позе. – Не обращайте внимания, дворцовые интриги. Налейте мне кофе, я пью холодный, а себе что желаете.

Гуров поставил перед хозяйкой кофе, себе налил коньяка.

– В доме вообще-то не пьют, а вы еще и на работе, не боитесь?

– Если не пьют, не угощайте. – Гуров встал, прошелся по комнате, огляделся. – Ваш врач мужчина или женщина?

– Конечно, мужчина! Кто же доверит свое здоровье женщине?

– Мысль интересная. – Гуров подошел к окну, посмотрел в парк. – Вы при осмотре не стесняетесь? Не будем терять время, выкладывайте. Почему вы настояли, чтобы приехал профессиональный сыщик? Вокруг вас спецслужб больше, чем подслушивающих микрофонов в этой комнате. – Гуров развернулся, теперь он стоял спиной к свету, а Лиана вынуждена была повернуться лицом к окну.

Сыщик увидел, как взгляд женщины метнулся, – это мог быть и страх, возможно, негодование. Я ее перегрузил, понял сыщик: сразу и прямой вопрос, и упоминание о микрофонах. Но я обязан предупредить, что нас слушают, пусть терпит. Хозяйка мгновенно взяла себя в руки, надменно вздернула бровь:

– Микрофоны – здесь?

– Обязательно. Нас же с вами данный факт не волнует. Забудем, нам скрывать нечего. Я здесь, меня интересует, почему я здесь.

Полковник Авдеев, который, сидя на скамейке, слушал по рации разговор, пробормотал:

– Сукин сын, наглец! Горбатого могила исправит!

– Я скажу мужу! Он… Значит, президент приказал установить здесь подслушивающие устройства?

– Ему делать нечего? – Гуров пожал плечами. – Президент тут ни при чем, подслушивающие устройства устанавливали в прошлом веке. А то, что ваша охрана нас слушает, не сомневаюсь.

– Безобразие, я сегодня же скажу мужу! – повторила мадам.

– Перестаньте, вы же умная! – перебил Гуров. – Был бы супруг завкафедрой, жил бы как человек. Хочет большой власти – будет терпеть. Лиана, я вас прошу, давайте по существу, иначе мое присутствие совершенно бессмысленно. Чего вы испугались?

– Убили мою любимую горничную. Здесь, куда мышь не проскочит. – Лиана хотела сказать, чтобы Гуров налил ей коньяку, оглянулась беспомощно и указала на бутылку.

Гуров поставил перед ней бокал, взял со стола блокнот и ручку, написал: «Вперед!» и сказал:

– Извините за банальность, но, как говорится, положение обязывает. Я тут огляделся, могу сообщить немногое. – Гуров указал на блокнот и ручку, мол, пишите, и продолжал: – Стрелял, безусловно, профессионал. Не уверен, но думаю, что убийство совершено без заранее обдуманного намерения. Возникла необходимость, приняли решение, дали команду.

Говорил сыщик не для хозяйки, а любопытным, которые его слушали, хотел заставить их активизироваться. Мадам кончила писать, отодвинула блокнот и раздраженно сказала:

– Так я вам и поверила! Без подготовки! Надо убить, и дали команду! А тут рояль в кустах! Случайно! Профессиональный убийца, пистолет с глушителем! Мне говорили, что вы лучший сыщик России, а несете чепуху!

– Мыслите вы, особенно для женщины, недурно, – Гуров подошел, заглянул в блокнот и прочитал: «Вчера я подарила Оксане свое платье. Стреляли в меня!»

– Мыслите недурно, – повторил Гуров. – А выводы, извините, дилетантские, – и написал: «Глупости! Платье – простое совпадение».

– Дилетантство! – фыркнула мадам и выпила коньяк одним глотком. – Докажите!

– И не подумаю. – Гуров вновь указал на блокнот и ручку. – Если у вас есть вопросы, пожалуйста. Докладывать вам я не обязан, делюсь своими соображениями из любезности, которой не рекомендую злоупотреблять.

– Ну дает! – восхищенно произнес Авдеев. – Много бы дал, чтобы видеть сейчас лицо этой стервы.

Услышав подобную дерзость, мадам слегка побледнела, но сдержалась, лишь миролюбиво обронила:

– Наглец, каких свет не видывал.

– Согласен, но у меня есть и другие недостатки. – Гуров постарался улыбнуться обаятельно. – Разрешите от вас позвонить, у меня в комнате телефон барахлит.

– Городской не работает, звоните по «кремлевке», – Лиана издевательски улыбнулась, некуда тебе, милиционер, звонить по нашему телефону.

– Спасибо. – Гуров подошел к столику, на котором стояло несколько аппаратов, повернул к себе аппарат с гербом Советского Союза, набрал номер и после первого гудка услышал:

– Орлов слушает.

– Добрый день, господин генерал, Гуров беспокоит.

– Добрый день, полковник, как у вас дела? – сухо ответил Орлов, понимая, что по правительственной связи Лева говорит в присутствии посторонних.

– Обычная работа, Петр Николаевич. Я вас прошу прислать машину, передам рапорт. Вы же понимаете, что наша работа должна быть зафиксирована максимально точно.

– Хорошо, машина будет. – Орлов понял, что сыщик хочет сообщить что-то крайне срочное. – Через два часа водитель позвонит из проходной.

– Спасибо, господин генерал, всего доброго. – Гуров положил трубку, повернулся к хозяйке: – Премного благодарен, Лиана Хасбулатовна.

Пока сыщик разговаривал, мадам писала, задумавшись, хмурилась, покусывала ручку, чем походила на студентку. Гуров зашел ей за спину, слегка наклонился и прочитал: «Мне не нравится ваша самоуверенность и пренебрежительное отношение к опасности, которая мне угрожает. Не забывайте, я настояла на вашем приглашении, и лишь я способна вас здесь удержать. Вы забываетесь…»