Обойма ненависти - Алексей Макеев

– Вот я и говорю, что все глупо, – снова сказал Гуров в крышку стола.

– Стоп, Лева, спокойно, – уверенным тоном вставил Крячко. – Мы еще не услышали, что показал осмотр дома.

– По свидетельству мужа погибшей, – заговорил Сузиков, – в доме практически ничего не тронуто и не сдвинуто с места. Супруги – люди очень аккуратные. Единственное, что пропало, это небольшая шкатулка черного дерева с инкрустацией под черненое серебро. В этой шкатулке Лукьянова хранила свои драгоценности. В общей сложности тысяч на пятьдесят. Перечень составлен. С описанием.

– Кстати, – теперь Гуров уже посмотрел на капитана, – помнится, что на теле драгоценности были.

– Да, я помню, – согласился капитан. – Обручальное кольцо с пятью мелкими бриллиантами и перстень с топазом. В ушах золотые серьги, а на шее золотая цепочка с золотым крестиком. Тоже, надо сказать, не дешевым.

– Очень странный грабитель, – сказал Гуров, теперь уже посмотрев на Крячко.

– Как раз тут я и не согласен, – развел руками Стас. – Убил – и бегом в дом. А там его что-то вспугнуло, или лимит времени был исчерпан. Вот и схватил то, что наиболее ценно и легко унести. А про украшения на жертве впопыхах и забыл. Новичок в этом деле, к примеру.

– К примеру, – задумчиво сказал Гуров. – Ладно, сыщики, давайте работать. Пока нет иных доказательств, опираемся в работе на две версии…

– Одну нам начальство не простит, – кивнул Крячко.

– Первая налицо, – продолжал Гуров, – убийство с целью ограбления. Самая простая и самая трудоемкая. Ты, Никита, бери бумагу, и к обеду чтобы у тебя был готов круг подозреваемых. И план работы по нему соответственно. Отдельно – план работы по варианту «гастролеры». Запросы, ориентировки и все остальное, как положено. Участковых запрягай на полную катушку. Установить всех, кто бывает или бывал в последнее время в поселке из числа тех, кто там не живет. По этой версии работаешь самостоятельно. А вот второй мы займемся сами с полковником Крячко. Так что, Стас, тебе сочинять план работы по второй версии.

– Убийство на почве личной неприязни? – хмыкнул Крячко.

– Разумеется. Если убили, то причина была. Либо вещи хорошие, либо человек плохой. Нам с тобой, Стас, предстоит пройтись вдоль и поперек по всему окружению семьи Лукьяновых и…

– И окружению самого мужа убитой в рамках его профессиональной деятельности, – добавил Крячко.

– Вот этим ты лично и займешься, – кивнул Гуров. – На тебе все, что может увести в префектуру и в его частный бизнес, если таковой имеется. Судя по дому – имеется, иначе бы Лукьянов уже сидел за взятки в особо крупных размерах. А я займусь личными связями, друзьями, собутыльниками, завсегдатаями одних и тех же мест тусовок и всей прочей клоакой, в которую периодически окунаются власть и деньги имущие. Штаб назначаю на Петровке. В четырнадцать ноль-ноль сдаете мне планы разыскных мероприятий, потому что после обеда мне при любом раскладе придется докладывать начальству. В двадцать ноль-ноль собираемся и обмениваемся результатами.

Тощее пока «дело» Гуров забрал с собой, чтобы в спокойной обстановке перечитать показания уже опрошенных лиц. Ничего существенного он там найти и не надеялся. В случае хоть каких-то зацепок, хоть каких-то намеков на приметы преступника, его машины ориентировки бы уже пошли по городу и области.

Часть преступлений удается раскрыть именно так – «по горячим следам». Кто-то видел в момент совершения преступления какого-то человека с каким-то приметами или определенную машину. И весь огромный милицейский механизм начинает работать по отлаженной схеме. Начинают задерживаться и проверяться подозреваемые, машины. В какой-то момент какой-то патруль засекает того, кто нужен. Потом начинается процесс доказывания вины. Но в данном деле ничего подобного не произошло. Единственная зацепка – перечень и описание похищенных драгоценностей. И это немало, но шансов на то, что похищенное останется в городе, практически нет. Либо где-то в аэропорту или на вокзале кто-то из бдительных сотрудников обратит внимание на перевозимые драгоценности или их обилие на некоей женщине. Либо просто интуитивно найдут в личных вещах. Могут и на постах ГИБДД при досмотре найти. Если драгоценности уйдут из Москвы, то, считай, все. Только случайно, да и то через несколько лет, они смогут всплыть в другом городе. Но, скорее всего, и этого не будет. Распылят фарцовщики по одному изделию по всей стране.

В любом случае механизм розыска запущен на всю катушку. Принцип прост, и напоминает он работу золотоискателей, которые в лотках перемывают породу в поисках слитков. На самом начальном этапе нужно зачерпнуть как можно больше, копнуть как можно глубже, чтобы преступник неизбежно попал в этот пласт. Потом – кропотливая работа по отсеиванию «пустой породы», в результате которой остается искомое.

А еще Гурову не очень верилось в то, что убийство с хищением совершили приезжие преступники – «гастролеры». Почерк не их. Перед уходом Лев Иванович задал капитану Сузикову вопрос, который показался последнему странным. Правда, хитрый Крячко сразу понял, куда клонит Лева. Гуров спросил капитана, принимал ли тот какие-то меры к тому, чтобы экспертиза была проведена в срочном порядке. Организовывал ли он звонок, чтобы так же срочно провели вскрытие тела? Оказалось, что ничего подобного сыщик не предпринимал и не слышал, чтобы руководство МУРа было озабочено тем же. Это говорило только об одном – кто-то сверху принял все меры, чтобы максимально ускорить получение результатов всех экспертиз по делу об убийстве Александры Лукьяновой. Что, в свою очередь, говорило о том, что эти люди сверху осведомлены о возможных причинах преступления. Были у них основания полагать, что убийство имело цели, далекие от банального ограбления дома. Значило это еще и то, что люди сверху озабочены ускорением процесса розыска, а значит, безопасностью кого? Самого Михаила Лукьянова.

Муж погибшей женщины, первый заместитель префекта Северо-Западного административного округа Москвы Михаил Александрович Лукьянов, был в списке Гурова первым. Именно с ним сыщик и намеревался побеседовать в первую очередь.

Вечером вместе с Крячко Гуров приехал в городскую квартиру Лукьянова. Дверь открыл сам хозяин – молодой красивый мужчина, дорогой костюм которого не скрывал хорошей спортивной фигуры. Кстати, почему это он дома расхаживает в костюме? Выяснилось это быстро. Оказалось, что в доме есть еще один человек, которого Лукьянов представил своим юристом. Его присутствие было объяснено туманно – необходимостью улаживания личных дел. Двум полковникам были предложены напитки с просьбой подождать несколько минут. После этого хозяин снова закрылся с юристом в своем кабинете.

– Понял? – коротко спросил Крячко. – По закону чиновник не имеет права заниматься бизнесом. И улаживание личных дел в таком срочном порядке может означать только то, что весь бизнес Лукьянова оформлен на его жену. Бизнес не ждет!

Допрос Лукьянова никаких откровений не дал. Да сыщики их и не ждали в этот раз. Михаил Александрович поразил их тем, что вел себя не так, как полагалось мужу трагически и нелепо погибшей жены. А смерть Александры Лукьяновой, если посмотреть на этот факт непредвзятым взглядом со стороны, и выглядела нелепой. И жили не в горячей точке, и работа ее не была связана с каким-то риском для жизни. Непонятные грабители, непонятное ограбление, непонятное убийство.