Искатель, 2001 №5 - Джек Ричи

Через десять минут машина остановилась у школы. Геннадий Федорович заглушил мотор, вышел и открыл заднюю дверцу, чтобы помочь юной мамаше. И отпрянул, словно его ударили…

Из машины сперва показалась длинная бесконечно-голая нога — почти до трусиков. Затем на землю стала вторая нога — бесконечно-обнаженная до тех же трусиков. И уж потом явилась девушка: рыжие волосы, черные глаза, красные губы и улыбка, обаятельная, как у киноактрисы. Она поправила объемистую сумку, висевшую на плече, одернула юбочку, сшитую из каких-то желтых лепестков и поцеловала его в щеку так звонко, что ее чмок отскочил от асфальта:

— Спасибо, Гена!

Директор бессмысленно заглянул в машину — там никого и ничего не было. Окликнуть ее? Бежать за ней? Или что?..

Перед школой было полно учеников. На ступеньках стояли завуч с охранником и завороженно смотрели на него. Сделать вид, что ничего не случилось?

Изобразив на лице беззаботность, директор подбрел к входу и напоролся на два взгляда — лазерный завуча и насмешливый охранника. Промолчать было глупо. Геннадий Федорович, соблюдая беззаботность, сообщил:

— Ребенка… гм… подвез.

— Ребеночка мы видели, — с особой теплотой согласилась завуч.

6

Леденцов глянул на адвоката, размышляя, каким бы культурным способом выжать его из кабинета. Задергался телефон внутренней связи: способ, кажется, подворачивался. Звонил дежурный:

— Товарищ майор, задержали машину: багажник набит оружием. Что делать с водителем?

— Капитан, ты что — шизанулся?

— Борис Тимофеевич, машина управляется по доверенности. Водитель говорит, что в багажник не заглянул.

— Водителя не отпускать. Передай Оладько, чтобы немедленно организовал задержание хозяина машины. Попозже я подойду.

От слова «оружие» Леденцов морщился, как от лимона во рту. Нет, не атомное оружие надо запрещать: вряд ли решатся на его применение. Надо запретить огнестрельное оружие — все, любое, везде и навсегда. Армию вооружить пиками. Охотникам выдать палки и рогатки — пусть на равных докажут свое превосходство над животными. Ну, а чиновников, торгующих танками и самолетами на государственном уровне, сажать без суда и следствия.

— Итак, слушаю, господин адвокат…

— На моего клиента составлен протокол задержания…

Телефон звонил, вернее, урчал — опять дежурный. Урчать, звонить, трещать аппараты будут каждые десять минут. И ведь теперь от них не избавиться: в автомобиле рация, в кармане сотовый.

— Товарищ майор, пришел свидетель ночной стрельбы. Говорит, милиционер пальнул первым…

— Направь к оперативникам, пускай возьмут объяснение…

Есть ли на месте кто из оперативников? Пальнул первым… И правильно сделал: пальнуть вторым он бы уже не успел. Милиционеры теперь настроены сурово и говорят, что пусть трое меня будут судить, чем четверо нести. Лучше суд за превышение, чем собственные похороны.

— Так, гражданин адвокат…

— В протоколе задержания моего клиента указано, что он имел при себе нож.

— А разве не нож?

— Гражданин майор, вы его видели?

Бородка адвоката недовольно дрогнула: звонил телефон. Леденцов взял трубку тоже без энтузиазма и долго держал ее в руке, не поднося к уху. Она, трубка, возмутилась:

— Борис Тимофеевич, где вы?

— Тута я.

— Следователь Лобин. Такое дело: насильник отказывается выехать на следственный эксперимент. Боится, что народ его растерзает. Что посоветуете?

— В каком месте эксперимент?

— В многолюдном дворе.

— Лобин, наденьте на него маску, в протоколе Укажите причину. Это же не опознание?

Адвокат ждал. Слабый запах дезодоранта витал в кабинете:

Леденцов глянул на адвокатскую бородку — от нее. От майора пахло куревом, хотя он некурящий, и пивом, хотя он в рабочее время непьющий. В него, похоже, впитались запахи коллег.

— Адвокат, говорите, не нож?

— Лишь отдаленно напоминающий.

— Потому что изготовлен по специальному заказу с кровостоком и кишкодером.

— Тогда надо было писать «предмет, похожий на нож».

Телефон, разумеется, вмешался — дежурный РУВД. Леденцов сорвал трубку и крикнул:

— Капитан, у меня сидит господин адвокат, а ты трезвонишь без конца!

— Товарищ майор, нужен совет… Задержали типа, который жарил мясо на «вечном огне». Это проступок или мелкое хулиганство?

— Не проступок и не мелкое, а хулиганство с особым цинизмом. Ни истории не уважают, ни предков, мать их!

Леденцова выводил из себя не сам рост правонарушений, а запредельный цинизм преступников. Ради денег пытать человека похлеще фашистов, за тысячу долларов заразить парня СПИДом, за пять тысяч застрелить в парадном, выкрасть ребенка из детсада и изнасиловать… Майор уставился в адвокатскую бородку, преодолевая сумасшедшее желание дернуть за нее:

— Говорите, «предмет, похожий на нож»?

— Именно.

— И требовал деньги?

— Ну, требовал, но деньги ли?

— Ага, требовал бумажки, похожие на деньги.

— Можно и так выразиться.

— Но преступник…

— Позвольте, — перебил адвокат. — Он пока еще не преступник, поскольку его вина не доказана.

— Ага, — догадался майор. — Человек, похожий на преступника.

— Да, так вернее.

— Что же получается? — усмехнулся майор. — Человек, похожий на преступника; угрожая предметом, похожим на нож; потребовал бумажки, похожие на деньги?

Адвокат молчал, видимо, сообразив, что слегка перегнул. Чтобы побороть желание хватить его за бородку, майор вцепился в свои коротко подстриженные, отрыжевшие и теперь седеющие волосы. Ему казалось, что перед ним стена: бандиты, ворье, пьяницы, добренькие обыватели, гуманные правозащитники, адвокаты… И двигаются на него и на каждого честного человека.

— Идите к следователю, — буркнул майор.

— А вы со мной говорить не желаете?

— Я буду говорить только с адвокатом.

— Но я и есть адвокат, — изумился он.

— Нет, вы не адвокат, а человек, похожий на адвоката.

Телефонный аппарат так долго звонил, что, казалось, сейчас начнет двигаться в сторону майора. Трубку пришлось взять. Дежурный заговорил, сталкивая слова друг с другом:

— Борис Тимофеевич, был звонок… Посредническая фирма… «Лира». Баба…

— Какая баба?

— Директор. Назвали имя Евгении Маратовны, сейчас уходит…

— Ну и пусть уходит.

— У нее в сумке якобы айс…

— Что?

— Наркотики.

— А кто звонил?

— Доброжелатель.

Майор помолчал: два варианта — звонок правдивый и звонок ложный. Айс — курительная разновидность амфетамина, который уже дал несколько смертей. Связываться с отделом наркотиков было некогда.

— Дежурный, давай-ка машину…

7

Под рукой оказался газик. Леденцов вскочил в него и велел сержанту ехать к фирме «Лира». Недалеко. По дороге майор выбирал вариант поведения. Предъявить удостоверение, привести понятых, составить протокол? А если звонок фиктивный, вроде о заложенных бомбах, которыми развлекаются дураки и подростки? Опозоришь директора. И Леденцов решил действовать по обстоятельствам: если в сумке наркотики, то это узнает по поведению и по лицу…

Плотный мужчина в камуфляже преградил дорогу у входа:

— Вы куда?

— К директору.

— Она уже не принимает.

Леденцов предъявил удостоверение. Мужчина не стал и вчитываться:

— Это частная