Бей в кость - Леонид Влодавец

— Подите за дверь, — мотнул головой Максимов. «Антаресы» покинули помещение.

— Возможно, Кирилл Петрович, вы уже догадались, что ваша дочь Маша и внук Женя находятся не совсем там, где вам хотелось бы? — осторожно произнес посредник.

— Да, конечно, — кивнул Максимов, старась держаться поспокойнее. — И было бы лучше для всех, если б они вернулись на прежнее место.

— Надеюсь, вы не подозреваете, что я имею какое-то отношение к внезапному переезду ваших родственников?

— А кто имеет? — сузил глаза Максимов, и от звука его голоса Веня крепко поежился. Наверно, подумал, что будет, если сюда войдут «антаресы», зальют ему в глотку подлитру без закуси и заботливо отведут пьяненького в машину. Отвезут в тихое местечко и начнут кишки мотать… А ему и сказать нечего будет, чтоб шкуру спасти. Он ведь и впрямь ничего не знает, просто озвучивает, как попка, то, что велели!

— Я не в курсе, поверьте, Кирилл Петрович! — заторопился Веня.

— А Штык или Моргун в курсе?

Веня еще больше напугался. Насчет Моргуна он ничего не знал, тот уже два года обитал за кордоном, а вот Штык точно был в курсе дела. Между тем говорить или даже заикаться о том, что его прислал Штык, Вене строго-настрого запретили. Посланца сурово предупредили, что в этом случае он найдет успокоение в кислотном стоке местного химкомбината. Вениамина отправляли именно с тем расчетом, что Максимов его не знает и будет теряться в догадках, откуда этот хмырь взялся. Так что маленькое сообщение метрдотеля, пожалуй, стоило намного дороже 500 рублей…

— Я не знаю, о ком вы говорите… — промямлил Веня. Максимов решил сделать вид, что поверил. Ему Бенина испуганная морда уже все подтвердила. Но пугать этого «шестеря» своей осведомленностью не стоило. Пусть сперва все озвучит.

— Ладно, — Произнес Кирилл Петрович, — не знаете, так не знаете.

Докладывайте дальше то, о чем вас просили.

— Дело в том, что вчера почти так же неожиданно, как и ваша дочь, сменили место своего пребывания еще два человека. Мне их имена неизвестны, естественно, но их хорошие знакомые почему-то убеждены, что вы можете помочь этим двум людям вернуться. И тем самым, конечно/поможете возвратиться домой Маше и Жене.

— Понятия не имею, о ком идет речь, — заявил Максимов. — Я в основном занимаюсь торговыми операциями. Может, вам следовало в милицию обратиться?

— Еще раз замечу, — виновато произнес Веня, — я только передаю то, что мне сказали. Наверно, у этих людей были основания для того, чтоб обратиться к вам. Конечно, они просили, чтоб вы как можно скорее отреагировали на мое сообщение. Их очень устроило бы, если б все урегулировалось в течение этой недели. Они просили передать, что с вашей дочерью и внуком обращаются очень вежливо и корректно. Наверно, излишне напоминать, что если за упомянутую неделю соглашение не будет достигнуто, то обращение может измениться. — Скажите, Вениамин, — криво усмехнулся Максимов, хотя ему, вообще-то, было невесело, — вы случайно не Институт международных отношений заканчивали? У вас в речи некие дипломатические нотки проскальзывают.

— Я областной институт культуры закончил, — признало Веня, — по специальности руководитель хорового коллектива. А нынешняя жизнь — она быстро дипломатии учит… — У вас все? — спросил Максимов.

— Практически все, — кивнул Веня, — за исключением еще двух пунктов.

Люди, которые послали меня, просили вас предупредить, чтобы вы воздерживались от всяких односторонни действий. Это может негативно сказаться на положении Маши и Жени. Ну, и последнее. Поскольку вам, наверно, нужно будет с кем-то проконсультироваться, навести справки и так далее, то ответа от вас ждут завтра, в 18.00. Позвоните 77-55-33 — запомнить легко. Телефон сотовый, нигде не зарегистрирован и вообще как бы не существует. Условитесь о месте и времени следующей встречи. Но уже не со мной, естественно, а с более компетентными людьми. На этом деловая часть нашей беседы завершена. Можем поужинать…

— Благодарю вас, — сказал Кирилл Петрович, — но, к сожалению, я не голоден. Могу возместить вам расходы и откланяться.

— Насчет расходов можете не беспокоиться. Я никак не пострадаю материально. Жалко, если все эти блюда пропадут…

— Пригласите любимую девушку! — процедил Максимов и вышел.