Тонкая работа - Сара Уотерс

Я подумала, что и на этот раз он принес краденое, так же, кажется, решила и миссис Саксби, потому что, погревшись у огня и выпив принесенную Неженкой чашку чая с ромом, она уложила спящего младенца в колыбель, разгладила на коленях юбку и сказала:

— Ну что же, Джентльмен, я очень вам рада. Мы не видели вас месяц или даже два. Есть у вас что-нибудь, на что мистеру Иббзу стоит посмотреть?

Джентльмен покачал головой:

— Боюсь, для мистера Иббза у меня ничего нет.

— Как же так — ничего нет? Вы слышали, мистер Иббз?

— Очень жаль, — отозвался мистер Иббз, сидевший у жаровни.

— Тогда, может, для меня? — осторожно спросила миссис Саксби.

Но Джентльмен опять покачал головой.

— Не для вас, миссис С., — сказал он. — Не для вас, и не для этого Гарибальди (он имел в виду Джона), и не для Неженки, и не для Фила и мальчиков, и даже не для Чарли Хвоста.

Говоря так, он обводил взглядом всех поочередно, остановился на мне и замолчал. Я успела собрать разбросанные карты и теперь раскладывала их по мастям. Почувствовав, что на меня смотрят — и не только он, еще и Джон с Неженкой, и раскрасневшаяся миссис Саксби, — я отложила карты. Он быстро схватил их и принялся тасовать. Таким людям всегда нужно чем-нибудь занять руки.

— Итак, Сью, — сказал он, по-прежнему не сводя с меня глаз. Глаза у него были голубые, ясные.

— Что «итак»? — переспросила я.

— Итак, что ты на это скажешь? Я ведь за тобой пришел.

— За ней! — фыркнул Джон.

Джентльмен кивнул.

— У меня есть кое-что для тебя. Предложение.

— Предложение! — ахнул Фил. Он подслушивал. — Глянь-ка, Сью, он хочет на тебе жениться!

Неженка взвизгнула, мальчишки захихикали. Джентльмен скривился, отвел наконец от меня взгляд и обратился к миссис Саксби:

— Попросите наших друзей у жаровни удалиться, хорошо? А Джон с Неженкой пусть останутся: мне понадобится их помощь.

Миссис Саксби помедлила, глянула на мистера Иббза, и тот сказал:

— Ладно, ребятки, эти кругляши хорошо пропотели, королевы почти не видать. Еще немного — и нас обвинят в измене. — Он взял ведро и одну за другой стал бросать горячие монеты в воду. — Слышите, как желтые ребятки шикают! — заметил он. — Золото все знает. Так что же золото знает?

— Ладно, дядя Хамфри, — сказал Фил.

Он надел пальто и поднял воротник. Остальные сделали то же самое.

— Пока! — И они кивнули по очереди мне, Джону, Неженке и миссис Саксби. С Джентльменом они прощаться не стали.

Он проводил их взглядом.

— Берегите спины, парни! — крикнул он, когда за ними закрывали дверь.

Слышно было, как Фил сплюнул в сердцах.

Мистер Иббз повернул ключ в замке. Потом пошел и налил себе чашку чаю, плеснув в него рома, как сделала только что Неженка, когда подавала чай Джентльмену. Запах рома, витавший над чашкой, смешивался с запахом горящих углей, топленого золота, собачьих шкур и непросохшего пальто. Капли дождя тихонько стучали по каминной решетке. Джон жевал арахис, сплевывая шелуху в кулак. Мистер Иббз переставил лампы. Высветилась поверхность стола, наши руки и лица, остальная часть кухни погрузилась во тьму.

С минуту все молчали. Джентльмен все тасовал карты, а мы сидели и смотрели на него. Мистер Иббз смотрел пристальнее всех, даже глаз сощурил — словно целился из ружья.

— Так в чем дело, сынок? — спросил он. — О чем речь?

Джентльмен поднял глаза от карт.

— О чем речь... — повторил он. — Речь вот о чем. — Он вынул из колоды одну карту и открыл ее. Это был бубновый король. Представьте себе, живет на свете такой человечек, — проговорил он, выкладывая карту на стол, — этакий старичок, так сказать, мудрый старец или, говоря по-нашему, ученый джентльмен, что правильнее. Но со странностями. Он живет в некоем заброшенном доме возле некой заброшенной деревни, в нескольких милях от Лондона — сейчас не важно, где именно. У него есть огромная зала, доверху набитая книгами и гравюрами, и ни о чем он не думает, кроме как об этих книгах и о своем труде, который он пишет, — назовем его для простоты словарем. Это словарь всех его книг. Но и картинками он тоже не брезгует — и вот ему пришло в голову собрать их в красивые альбомы и переплести. Но сам он сделать это не в состоянии. Он помещает в газете объявление, что ему требуются услуги... — С этими словами он вынул другую карту и положил ее рядом с первой. Это был валет пик. — Смышленого молодого человека, который бы помог ему оформить коллекцию. И один такой смышленый молодой человек, к тому времени хорошо известный в лондонских игорных домах и подумывающий о легком и необременительном заработке, с питанием и проживанием, откликнулся на это объявление, с ним побеседовали и сочли годным.

— И этот молодой человек — вы, — сказал мистер Иббз.

— Смышленый молодой человек — это я. Угадали!

— А деревенская халупа, — оживился вдруг Джон, который все это время сидел надувшись, — небось, битком набита сокровищами. Надо только забраться туда и пошарить как следует. И вы пришли одолжить у мистера Иббза клещи и ушлую девчонку. А у Сью глаза как у невинной овечки, старого перца ей провести ништяк.

Джентльмен покачал указательным пальцем.

— Холодно! — сказал он. — Эта деревенская халупа, того и гляди, развалится, ей лет двести, не меньше, к тому же мрачная, сырая и заложена-перезаложена от подвала до крыши, которая, кстати, протекает. Ни ковров, ни ваз, ни серебра — ничего такого, боюсь, там не найдется. Старичок ест на обычном фарфоре, как мы.

— Вот козел! — сказал Джон. — Небось, такие скупердяи хранят свои денежки в банке? И вы уговорили его написать бумагу, где он вам все завещает, и теперь вам нужна бутылочка яда...

Джентльмен покачал головой.

— Ни унции яда? — спросил Джон, не терявший надежду.

— Ни унции. Ни капли. И никаких денег в банке — по крайней мере, у старика. Он живет анахоретом, и такой чудак, что вряд ли знает, для чего нужны деньги. Но он живет там не один. И вот кого он держит у себя за компанию...

На стол легла дама червей.

— Э-хе, — сказал Джон, улыбнувшись лукаво. — Жену, кого же еще.

Но Джентльмен снова покачал головой.

— Ну, дочь...

— Не жену и не дочь, — отвечал Джентльмен, прижимая пальцами карту и вглядываясь в печальное лицо дамы.— Племянницу. Возраста... — Он посмотрел на меня. — Примерно как Сью. Внешне довольно симпатичную. И по характеру она, — он улыбнулся, — святая простота.

— А-а, дурочка! — воскликнул Джон. — Так, может, хоть она богата?

— Да, она богата, — кивнул Джентльмен. — Так же, как гусеница богата крыльями, а клевер — медом. Она наследница, Джонни: наследство ее велико, и дядя не вправе к нему прикасаться, но достанется оно ей на определенных условиях. Она не увидит ни пенни, пока не выйдет замуж. Если она умрет старой девой, деньги перейдут к ее двоюродному брату. Если выйдет замуж, — он погладил карту белым холеным пальцем, — то будет богата, как королева.