Ловчила - Александр Чернов

Месяц спустя ранним утром в квартире майора милиции Хвостова раздался телефонный звонок. Было воскресенье, и в этот день Хвостов рассчитывал как следует выспаться. Не получилось. Майор мгновенно открыл глаза, снял с аппарата трубку.

— Хвостов слушает! — Сна как не бывало.

— Доброе утро, Борис Егорович, — раздался в трубке приятный баритон помощника Хвостова лейтенанта Селиванова. — Выспались?

— Выспишься тут, — буркнул начальник. — Что у тебя, Женя?

— Ограбление магазина, Борис Егорович. Охранник убит.

Хвостов знал, что помощник этой ночью дежурил в ГУВД, однако спросил:

— Ты откуда звонишь?

— С работы, — голос у Селиванова был усталым. — Это дело начальник ГУВД поручил нам.

— Я так и понял. Приеду через полчаса, — букву "р" майор выговаривал с хрустом, будто разгрызал сухарик. Такой вот у него был дефект речи.

— Борис Егорович, товарищ майор, — заторопился Женя, очевидно опасаясь, что шеф положит трубку. — Наряд к выезду готов. Мы за вами заскочим. Пятнадцать минут на сборы вам хватит?

— Вполне.

Хвостов положил трубку, рывком сел на кровати и пригладил на голове ежик волос.

Между прочим, редкий случай, когда можно увидеть начальника отдела уголовного розыска по убийствам в одних, пардон, трусах. Майор был тощ, — скелет и тот кажется жирнее — но жилист и гибок. Его сутулую фигуру с непомерно длинными руками легко можно представить в тазобедренной повязке где-нибудь в джунглях, раскачивающуюся на лиане или взбирающуюся по стволу пальмы. Однако и в цирке, в трико, на трапеции или перекладине, он смотрелся бы ничуть не хуже. Но майор выбрал себе в качестве одежды милицейскую форму и об этом нисколько не жалел.

Хвостов нащупал на тумбочке рядом с телефоном свои неизменные оптические очки зеленого цвета и водрузил их на крючковатый нос. Предметы сразу же приобрели привычные очертания. Жена, оказывается, не спала. На ее лице ленивой кошечки возникло сочувствующее выражение.

— Опять на работу вызывают? — промурлыкала она, жмурясь от неожиданно заглянувшего в окно солнечного лучика.

Майор кивнул.

Нежась в постели, молодая женщина потянулась.

— Позавтракаешь сам, дорогой, ладно?

— Ладно! — Хвостов потрепал жену за щечку, быстро поднялся и направился в ванную.

Майор женился на Наденьке Кузнецовой, когда ей было восемнадцать, а ему тридцать. В то время, правда, он был лишь старшим лейтенантом. Хвостов любил Наденьку без памяти и относился к ней с нежностью и умилением. С годами чувства не иссякли, и вот даже сейчас по прошествии десяти лет, он все так же холил и лелеял женушку, как в первые месяцы после свадьбы, а порой испытывал к ней такие же отцовские чувства, как к двум своим хорошеньким дочкам — девятилетней Тане и шестилетней Леночке.

Хвостов побрился, оделся и едва успел откусить от бутерброда, как во дворе просигналила машина. Он выглянул в окно и помахал рукой, что уже идет. На ходу дожевывая бутерброд, выскочил из квартиры и спустился на лифте на первый этаж.

Старенький желтый "УАЗ" на фоне стоявшей рядом с ним яркой иномарки выглядел особенно жалко. Хвостов поздоровался с молодцеватым помощником и приветливо кивнул врачу-патологоанатому Ахмедовой.

— И тебя, Динара, вытащили из дому?

Сидевшая рядом с водителем в кабине врач развела пухлыми руками:

— Как видишь, без меня вам никак не обойтись!

— Так же, как и вам без меня, — пошутил Хвостов и, запрыгнув в машину, уселся рядом с экспертом Смысловым. — Мы все одной веревочкой повязаны. Верно, Владислав Николаевич?

Обрюзглый мужчина в штатском, пожимая руку майору, проворчал:

— Верно.

— Тогда, Алик, поехали! — приказал Хвостов шоферу.

"УАЗик" тронулся, и Женя уже на ходу захлопнул дверцу. Окон в салоне не было. Приспособленный для перевозки преступников отсек "УАЗика" погрузился в темноту.

Через пятнадцать минут команда Хвостова выгрузилась на широкой улице, по одну сторону которой расположились массивные многоэтажные здания старой постройки, по другую — небольшие современные коммерческие магазины. Проект был единым: на небольшом возвышении — в три мраморные ступеньки — бесконечный ряд магазинов и вдоль него выложенная плиткой такая же бесконечная полоса тротуара в десять метров шириной. Плитка выложена не везде: кое-где остались черные квадратики земли, из которых торчали невысокие декоративные деревья.

Нужный магазин Хвостов определил сразу: возле него стояла толпа зевак.

— "Бриллиант"! — прочитал майор витиеватые буквы и присвистнул: — Черт возьми! А магазинчик-то, ребятки, ювелирный!

— Вот-вот, — проворчал Смыслов. — Как пить дать, повиснет на тебе это дело!..

— Не каркайте! — прохрустел майор и твердым шагом направился к "Бриллианту".

Завидев милицию, толпа зевак расступилась, и команда Хвостова гуськом всосалась в магазин.

"Бриллиант" имел площадь не меньше ста квадратных метров и вполне оправдывал свое название: хрустальные люстры, мраморный пол, сияющие витрины, пластиковые стены.

При появлении группы Хвостова из угла магазина, где стоял кассовый аппарат, поднялись двое: смуглый узколицый милиционер и мужчина пенсионного возраста с обширной лысиной.

— Участковый инспектор старший лейтенант Саидов, — представился милиционер.

— Майор Хвостов.

— Вот, товарищ майор, — Саидов развел руки, будто пытался объять все пространство торгового зала. — Передаю вам магазин в том же состоянии, в каком принял.