Приговор полковника Гурова - Алексей Макеев

– Спасибо за понимание, сыщик! – засмеялась Мария, но не слишком весело. – За годы совместной жизни ты научился понимать меня не то что с полуслова, а с полувзгляда!

Не торопясь, они спустились к морю, радуясь возможности побыть вдвоем, но тут их неожиданно окликнули сзади. Гуров с Марией синхронно повернулись: по лестнице торопливо, чуть подняв подол длинной юбки, чтобы не споткнуться, спускалась Алевтина. Гуров едва не выругался вслух и уже собрался резко заявить, что они хотят побыть вдвоем, но Алевтина жалобно произнесла:

– Подождите, пожалуйста!

После инцидента в ресторане она успела переодеться и даже туфли сменила с босоножек на закрытые шпильки, что было явно неподходящим вариантом для прогулок по пляжу. Гуров и Мария стояли молча, готовые сразу же уйти.

– Я вас прошу, не оставляйте меня, пожалуйста, – все тем же жалобным голосом попросила Алевтина. – Я знаю, что испортила вам ужин. Простите меня! Я только теперь поняла, как была не права, после того как Алик обиделся и ушел.

– И куда же он ушел? – спросила Мария скорее из вежливости.

– Не знаю, – Алевтина шмыгнула носом. – И телефон у него отключен.

– Ну, вернется, – безразлично проговорил Гуров и, никак больше не комментируя ситуацию, повернулся и вместе с Марией пошел вдоль берега.

На берегу было тихо. Уже стемнело, и спала жара. Народу почти не было. Волны еле слышно колыхались, слегка набегая на берег. Говорить не хотелось, не хотелось нарушать эту вечернюю благость. Даже Алевтина притихла и как-то погрустнела. Хотя, возможно, это было связано не с созерцанием крымского вечера, а с личными переживаниями. Она шла чуть поодаль, медленно, явно думая о чем-то постороннем. Скорее всего, переживала из-за размолвки со своим Аликом.

В голове Гурова наряду с поэтическими мыслями были самые заурядные: он мечтал о том, как вытянется на чистой постели и погрузится в спокойный сон до завтра. А завтра снова будет беспечно лежать на солнце, пробовать крымские разносолы и местное вино, после обеда отдыхать в номере, и так каждый день, пока… Пока ему это не надоест. А надоест, должно быть, скоро, потому что не умел полковник Гуров отдыхать. Вот не научился за всю свою не короткую жизнь, и все тут. Наверное, Мария подумала о том же, потому что несколько раз искоса бросила на мужа оценивающий взгляд – она слишком хорошо его знала и уже догадывалась, о чем он думает. Однако вслух Мария ничего не сказала.

Внезапно тишина была нарушена каким-то слабым вскриком со стороны, будто донесенным ветром. Гуров невольно остановился и замер, повернув голову. Мария удивленно спросила:

– Ты что?

– Тихо! – Гуров прислушался. – Ты ничего не слышишь?

– Нет, – пожала плечами Мария. – А что такое?

– Вон там, – Гуров показал рукой на скалу, откуда сегодня днем ему был слышен крик. – Там кто-то кричит или стонет.

– Глупости! – поежилась Мария. – Кто там может кричать? Там располагается какой-то санаторий.

– Вот оттуда и кричат, – стоял на своем Лев. – Я сегодня днем уже слышал.

– Ну мало ли! Люди громко разговаривают, смеются…

– Нет, это не похоже на смех!

– Ну и что ты предлагаешь? – усмехнулась Мария. – Подняться на гору и спросить, кто тут у вас кричит?

– Нет, конечно. Просто странно немного.

– Ох, сыщик! – Мария покачала головой и взяла мужа под руку. – Вечно ты во всем видишь криминал!

Неожиданно Гурова поддержала Алевтина:

– Знаете, про это место ходят нехорошие слухи! – Она понизила голос. – Говорят, там насильно держат людей! Ну, как рабов…

– Это кто же говорит? – заинтересовался Гуров.

– Люди, – ответила Алевтина. – Я вчера ночью тоже слышала, как будто кто-то плакал. Я еще подумала, что это котенок. А теперь понимаю, что это человек! А вы что, действительно сыщик? – резко сменила она тему.

– Полковник МВД, – кратко ответил Гуров, не вдаваясь в подробности. Он не любил рассказывать о своей работе посторонним.

– Надо же, как интересно! – протянула Алевтина.

– Все, пора домой! – громко провозгласила Мария, которая, кажется, опасалась, что Алевтина теперь примется профессионально терзать ее мужа. – Пойдемте в пансионат!

На этот раз Алевтина возражать не стала, и вся компания благополучно вернулась в пансионат. Алевтина бросила взгляд на окно своего номера. Оно было темным, и женщина подавила вздох.

– Не хотите посидеть в баре? – предложила она, но Гуров с Марией решительно отказались, сославшись на то, что у них слипаются глаза.

– Да-да, здешний воздух и впрямь действует удивительным образом! – подтвердила Алевтина. – Я прошлую ночь дрыхла как убитая, хотя в Москве без снотворного заснуть не могу! А тут просто как младенец забылась!

– Ну вот и славненько, сейчас тоже быстро заснете, – скороговоркой проговорила Мария, уже нажимая кнопку лифта.

Алевтина явно не хотела оставаться одна, но деваться было некуда, и она вместе с ними поднялась на шестой этаж. Они попрощались до утра и разошлись по своим номерам.

Мария первой отправилась в душ, а Гуров, раздевшись, лег на постель. Из головы у него не выходил жалобный крик, доносившийся со скалы. Кто там мог кричать и почему? Странно!

«Хотя, наверное, Мария права, – подумал он. – Я просто привык ко всему относиться с подозрением. Похоже, я и впрямь свою профессию выбрал еще не родившись. Уж слишком она на меня влияет, даже на мировосприятие…»

Он хотел еще поговорить с Марией на эту тему, но веки стали предательски тяжелеть, и Лев не заметил, как погрузился в сон. Он не слышал даже, как вернулась из душа Мария, не видел, как она, завернутая в пушистое желтое полотенце, склонилась над ним, не чувствовал, как нежно провела длинными пальцами по лицу и поцеловала в щеку. Сон полковника был крепок и безмятежен.

Проснулся он от стука в дверь и некоторое время не мог понять, что происходит. Подумал было, что они с Марией проспали и опоздали на завтрак и теперь горничная принесла им его в номер. Однако, подняв голову, он увидел, что за окном темно. Стук в дверь продолжался. Мария тоже проснулась и вопросительно посмотрела на мужа.

– Пойду спрошу, кто там, – Лев неохотно слез с постели и пошел к двери.

– Это я, Алевтина, – торопливо проговорили из-за нее, и Гуров, не скрывая удивления, приоткрыл дверь.

В коридоре стояла Алевтина. Лицо ее было бледным и взволнованным.

– Простите, пожалуйста, не могли бы вы позвать Машу? – шепотом спросила та.

– Вообще-то она уже спит, – на сей раз не пытаясь скрыть недовольство, ответил Лев.

– Пожалуйста! – умоляюще повторила та и огляделась по сторонам.

– Может быть, вы войдете, раз это так срочно? – предложил Лев.