Вирус лжи - Алла Полянская

Но полицейский, которому Генка открыл дверь, увидел перед собой типичного «ботана» — интеллигентного очкарика с прической, не подобающей настоящему мужчине. То есть существо бесконечно низменное, которое не грех и пнуть при случае, а уж презирать с первого взгляда — так вроде бы даже сам бог велел.

— Почему не открываем?!

— Открываем. — Генка не намерен был впускать стража порядка в квартиру. — Что-то случилось?

Такой наглости полицейский явно не ожидал. С другой стороны, вид квартиры не наводил на мысль, что здесь живет деклассированный элемент, да и Генка не выглядел пять раз судимым рецидивистом, и особо наглеть с ним, возможно, окажется себе дороже — кто его знает, этого «ботана», кто он и каких неприятностей можно себе нажить, начав с ходу обрабатывать его по-свойски.

— Вы хозяин?

— Нет. — Генка кивнул в сторону комнаты: — Хозяин болен, я врача привез, сейчас еще один приедет. Это не может подождать?

— Убийство случилось, что ж тут ждать-то. — Полицейский заглянул в комнату через Генкино плечо. — Что такое, перепил?

— Грипп. — Генка не намерен был отступать от двери. — Температура сорок.

— А…

Около минуты они молча смотрели друг на друга. В коридоре воняло мочой, блевотиной, табачным дымом и еще чем-то мерзким. Двери в соседние квартиры были открыты, где-то кричал младенец, слышались возбужденные женские голоса.

— С хозяином квартиры поговорить бы.

— Он ничего не видел.

Полицейский задумчиво почесал в затылке.

С одной стороны, Генкино упорное нежелание впустить его в квартиру вызывало в нем чувство уязвленной гордости, но, с другой стороны, заходить в квартиру, где свирепствует грипп, тоже радости мало.

— Разрешите.

Молодой врач в синей куртке, наброшенной поверх зеленой пижамы, отодвинул с дороги и полицейского, и Генку.

— Где больной?

— В комнате.

Врач кивнул и прошел мимо Генки, неся с собой стойку для капельницы.

— Что, совсем плохо дело? — Полицейского тоже, похоже, проняло. — Капельница…

— Он всегда тяжело переносит грипп. — Генка оглянулся, в комнате врачи суетились вокруг Олега. — Послушайте, он вам ничем не поможет. Он никогда не открывает дверь соседям, а сегодня и тем более. Что бы там ни происходило, он ничего не видел.

— Это он вам сказал?

— Он сказал, что была драка, он слышал. — Генка вздохнул. — Вы же видите здешний контингент, Олег живет в этой квартире всего четвертый месяц, с соседями по понятным причинам знакомства не заводил и уж точно никогда не открывает дверь на их стук.

— Да, контингент здесь трудный. Нормальному человеку якшаться с этими отбросами зазорно, конечно. — Полицейский еще раз посмотрел через плечо Генки, как врачи подсоединяют Олега к капельнице. — Гриппа сейчас много, конечно…

— В том-то и дело. — Генка тоже оглянулся. Приятель выглядит очень паршиво, и это его тревожило. — Он с детства так переносит вирусы, чуть зацепил — все, помирает. А кого убили?

— Из двадцать второй квартиры гражданина, — полицейский уже понял, что ему не светят свидетельские показания. — Оно, конечно, туда ему и дорога, всю жизнь в тюрьме, а чуть выйдет — пьет и дебоширит, да только убийство есть убийство. Что ж приятель ваш, совсем ничего не видел?

— Через закрытую дверь? — Генка вскинул брови. — Офицер, у него температура сорок, он и слышал не все, практически без сознания с ночи. Да и звукоизоляция здесь…

— Понимаю.

Двое санитаров, тяжело ступая, вынесли на лестницу носилки, на которых, проступая кровавыми пятнами через простыню, лежало тело убитого.

— Да, дела. — Полицейский вздохнул. — Я прежнего хозяина знал, тоже приличный был парень. Денег подкопил и съехал отсюда.

— Олег тоже не задержится. — Генка снова оглянулся на друга. — Мы бы рады помочь, офицер, но вы же сами видите.

— Вижу, — хмыкнул полицейский. — Трое в больнице, один в морге, что ж, тут все понятно — кроме того, кто же все-таки убил. Свалка была, в такой свалке выяснить, кто кого угостил сильнее, чем требовалось, практически невозможно. Ладно, выздоравливает пусть приятель ваш да съезжает отсюда, тут нормальному человеку делать нечего. Работает-то кем?

— У нас небольшая фирма по обслуживанию предприятий. Программирование, раскрутка сайтов, программные продукты. Два года как начали работать, развиваемся.

— А, компьютерщики. — Полицейский понимающе кивнул. — Тогда понятно.

Ему теперь стал понятен и сам Генка, и его внешний вид, и презрение к «ботану» сменилось уважением — все эти компьютерные гении знают нечто недоступное ему, но люди они в основном нормальные, хоть и немного чокнутые.

По коридору, пошатываясь, шаркала женщина, обряженная в грязный цветастый халат. Лицо ее распухло от побоев и пьянства, волосы, не мытые, кажется, несколько лет, грязным колтуном свисали набок. Остановившись у открытой двери, она попыталась заглянуть в комнату через плечо полицейского, но тот кивнул ей — проходи, мол, куда шла.

— А я к нему в дверь стучала, — проговорила женщина хрипловатым голосом, звучащим истерикой, заглядывая в квартиру с хищным интересом. — Я этому гаду стучала, руки отбила, просила открыть, открыл бы, глядишь, Вася живой бы остался.

— Не мели ерунды, дура. — Полицейский оттолкнул женщину. — Нормальный парень, с чего ему в ваши пьяные драки вмешиваться! Иди лучше, вымойся, вонючка, смотреть на тебя противно. Да если узнаю, что кто из вас к парнишке пристанет, в обезьянник отволоку, ясно?

— Ясно… Что ж неясного…

Женщина пошаркала по коридору дальше, а полицейский хитро взглянул на Генку.

— Значит, и правда, не видел ничего приятель ваш? Ну, если что не так, обращайтесь — я на втором этаже живу в десятой квартире, там у меня все по струнке ходят, не то что эти. Так что, если они будут приятелю вашему досаждать, пусть не стесняется, прямиком ко мне идет, я им тут живо объясню, почем дыни на базаре. Меня здесь все знают, я Семенов, Виталий Андреевич. А вы?

— Геннадий Щелканов, а живет здесь мой друг и партнер, Олег Горчинский.

— Фамилию-то его я знаю, видел в списках жильцов. Что ж, выздоравливайте, а я к приятелю вашему как-нибудь загляну — потом, как он поправится. Познакомимся, поговорим, жизнь так устроена, что люди друг другу нужны бывают иногда.

— Тут полностью согласен. Телефончик не оставите? Так, на всякий случай.

— Тоже верно. Мало ли что случится, а так мы и знакомы уже. Запиши.

Генка занес в телефон номер полицейского, взамен выдал ему свою визитку, они пожали друг другу руки — знакомство состоялось, и оно может быть полезным. Заперев дверь, Генка с тревогой заглянул в комнату.

— Ну, что?