Лицо в тени - Анна Малышева

– Постойте. Вы о ком?

– Она дочь Андрея.

Они молчали. Час посещений давно закончился, и ей нужно было снять халат и бежать отсюда куда глаза глядят. Медсестра возилась у соседней постели – ставила капельницу. Больному, который лежал рядом с Дмитрием Ивановичем, повезло намного больше. Капельница – это еще можно понять и простить. Но железный ящик, провода от которого вонзили тебе в самое нутро…

– Постойте, – бессмысленно повторила она. – Катя – дочь вашего сына? Ваша внучка?

– Да. Но я никогда ее не видел. – Он задохнулся и упал на спину. – Пусть они придут. Пусть придут вместе. Они не приходят, потому что мне нечего им дать! У меня уже ничего нет, я все отдал сыну… Нет даже квартиры, я тут и умру.

– Да глупости, – отозвалась медсестра. Она все прекрасно слышала. – Вы же стоите на очереди и можете ждать пересадки. Как будет орган – так и пересадим. И вы у нас опять запрыгаете!

Она засмеялась и отвернулась к своему пациенту – тот ждал, когда ему вонзят в вену иглу. Ждал с таким милым, доверчивым видом, что будь Алина этой медсестрой – она бы заплакала. Тут у всех были такие серые, мертвые лица.

– Дмитрий Иванович, – тихо сказала она. – Когда к вам в последний раз приходил ваш сын?

– В начале месяца, – четко ответил тот. – А потом еще был следователь.

– А о чем он с вами разговаривал, этот следователь?

Медсестра настойчиво попросила ее уйти. Сейчас процедурный час, и разве девушка не видит, что мешает? Палата-то мужская!

Но Дмитрий Иванович умоляюще обратился к ней:

– Диночка, дай поговорить! Ко мне же целый месяц никто не ходил!

Та пожала плечами и что-то проворчала. Но больше не возражала. Алина склонилась над постелью:

– Вас спрашивали о Марине, да?

– Да. Я рассказал, что они когда-то чуть не поженились. Но про детей не стал говорить, – он снова задохнулся. – При чем тут дети, правда? Там дело совсем в другом…

– А вам сказали, почему ищут вашего сына? Вы знаете, что… – Алина прикусила язык. Сообщать этому, чуть живому человеку, что его сына могут подозревать в убийстве – значит, совершить еще одно убийство. Но вышло иначе.

– Я знаю, – почти равнодушно ответил тот. – Это из-за его долгов. Что-то там случилось. Только меня это не касается. Надоело мне это. И потом, с меня все равно больше нечего взять. Спросили еще, давно ли я видел сына, где он может быть. Я дал им те же адреса, что и тебе.

– С кем живет Андрей? – она выпрямилась. – Я могу туда прийти? Мне нужно его увидеть.

– Да с какой-то бабой, – презрительно скривился тот. – На нее и внимания не стоит обращать. Просто потаскуха.

У него опять было прежнее – неприязненное лицо. Но Алина уже знала – это относилось не к ней.

– Девушка… – нерешительно обратился он, увидев, что она собирается уходить. – Не знаю имени…

– Алина.

– Спасибо, что пришла, – он искоса взглянул на медсестру. Та всем видом показывала, что терпит присутствие постороннего последние секунды. – Если увидишь его – скажи, чтоб зашел.

– Я обязательно скажу, – пообещала Алина. Попрощалась и ушла.

В вестибюле она сдала халат – она оказалась последним посетителем, все давно ушли. На вешалках висели опустевшие белые халаты – будто призраки родственников.

Рядом с зеркалом висел таксофон. У Алины оказалась в бумажнике карточка. Она поколебалась, набрала номер, который уже выучила наизусть. Никто не ответил. Она подумала и позвонила по другому номеру. Ответила Вероника.

– Ну где же ты? – удивилась та, услышав знакомый голос. – Между прочим, рабочий день еще не кончен!

– Я знаю, – спокойно ответила девушка. – А я работаю, между прочим.

– Значит, у меня глаза не в порядке, потому что я тебя не вижу.

– А я на показе. Знакомые из института показывают сегодня новые коллекции. Нелишне посмотреть – они молодежные.

Вероника даже не нашлась, что сказать. В самом деле, у Алины были все основания посетить показ конкурирующей фирмы, прежде чем формировать собственную коллекцию.

– Ну ладно, – нерешительно сказала та. – Я поняла, что сегодня тебя уже не надо ждать?

– Да нет, увидимся завтра, с утра.

– Понятно… – Она все еще не могла прийти в себя от удивления. – Кстати, тут снова был этот фотограф. Принес готовые снимки, хотя мы и сами могли за ними прислать… – Вероника усмехнулась – к ней вернулось хорошее настроение. – Понравилось ему у нас, наверное.

Алина сказала, что очень рада, но она должна идти – сейчас начнется вторая часть показа.

– Я дала ему твой телефон – не возражаешь? – раздался в трубке голос Вероники.

Девушка замерла. В следующий миг ей захотелось закричать на эту глупую бабу, которая обожает соваться в чужие дела… Но она не сделала этого. У нее было такое чувство, что она подавилась этим криком, и поэтому Алина повесила трубку, не прощаясь.

«Ну и ну, что некоторые люди себе позволяют! – Она шла к метро, придерживая на груди распахивающийся плащ, пока не сообразила, что можно просто застегнуть пуговицы. – Дать ему мой домашний телефон! Чего ради? Теперь этот тип начнет звонить… Интересно, он просил ее об этом или она сама проявила инициативу? Они все так переживают, что я не замужем!»

Это известие на несколько минут вытеснило из ее головы мысли о том, что она узнала в палате. Только в метро она опомнилась. Ее встреча с Эдиком, что ни говори, не имела никакого веса на фоне того, что творилось в семье старшей сестры.

«Это старик был уверен, что говорит правду! Но может, он ошибся? Все-таки его держат на этом аппарате. И может, колют что-нибудь такое, отчего у него все в голове путается. Может быть, он просто решил, что раз у Марины был один ребенок от его сына, то и второй вполне мог быть от него? А если это правда? Черт-те что! Неужели моя сестричка обоих детей завела от другого мужика?! Ну тогда Ваську можно понять! Если жена так себя ведет – пара синяков прощается… Но неужели?!»

Дом, номер которого значился у нее в блокноте, был совсем рядом со станцией метро. Алина очень порадовалась этому, потому что пошел дождь. А ливень был такой, что на асфальте мигом вскипели лужи с пузырями. Девушка вбежала в подъезд и отряхнула плащ, поправила промокшие за одну секунду волосы. Ей стало холодно, и она подумала, что не хватало еще простудиться.

Квартира была на первом этаже – девушка стояла совсем рядом с дверью. Алина еще раз сверила номер и нажала на звонок. Она не очень-то рассчитывала на ответ – ведь к телефону там никто не подходил. Но ей открыли, даже не задав ни одного вопроса.

Перед ней стояла в женщина в халате, с журналом в руках. Она уставилась на Алину так, что было ясно – та ожидала увидеть кого-то совсем другого. Наверное, даже ждала, потому и открыла так сразу.