Смерть берет тайм-аут - Эйлет Уолдман

— Привет, — сказала я. — Слушай, Эмбер и Джейд прячутся под крыльцом. Я сказала им, что ты принесешь мороженого.

Патрик непонимающе смотрел на меня.

— Я думаю, их сейчас не надо оставлять одних, — продолжила я. — И они хотят мороженого.

— Да, конечно. Простите, — казалось, он мгновенно пришел в себя.

Он отправился на кухню.

— Может, кто-то из вас побудет с ними до прихода Патрика?

Одна из горничных быстро вышла из дома. Я повернулась к остальным в тот момент, когда один из полицейских как раз подошел, чтобы поздороваться со мной.

— Кто вы? — строго спросил он.

— Я подруга Лили, — ответила я. — Она мне звонила.

Я посмотрела через его плечо и впервые увидела Лили. Она скорчилась на скамейке у камина, опустив лицо на руки. Рядом стояли двое полицейских. Двое других, в штатском, но с безошибочно определяемым официальным видом детективов, тоже находились поблизости. Один опустился на колено, положив на другое блокнот, и что-то записывал. Другой, негр средних лет с такой толстой шеей, что даже расстегнутый воротник рубашки, касалось, туго ее облегал, сидел на краю кожаного стула рядом с камином. В одном ухе у него покачивался золотой крест. Он наклонился и что-то тихо говорил.

Проигнорировав вопрос полицейского, я подошла и присела на корточки рядом с Лили:

— Лили, дорогая…

Она подняла на меня опухшее от слез лицо и схватила меня за руки.

— Кто-то убил папу, — прошептала она.

— Извините, мэм, — сказал жесткий голос. Я повернулась к сидевшему рядом детективу. — Могу я спросить, кто вы? — вежливо осведомился он.

— Подруга Лили, — сказала Беверли, делая мне знак глазами.

— Меня зовут Джулиет Эпплбаум, — представилась я.

— Детектив Уолтер Стейнер, полиция Лос-Анджелеса. Это детектив Роббинс.

Он не потрудился представить людей в форме.

— Что случилось? — спросила я.

— Как раз это мы и пытаемся выяснить, — проговорил детектив.

— Они нашли тело Рэймонда на остановке 101 автобуса, — ответила Беверли. Ее глаза были сухими, но руки дрожали.

— Как он умер? — произнесла я.

— Пулевое ранение, — отозвался детектив Стейнер.

— Вы нашли оружие?

Он помолчал, посмотрел на меня оценивающе, потом сказал:

— Нет.

— Значит, убийца до сих пор вооружен.

— Возможно. — Он повернулся к Беверли. — Мэм, если вы не против, повторите пожалуйста, что случилось сегодня утром.

Сначала я хотела остановить допрос и уговорить Лили позвать адвоката. Я считаю, что любой человек — виновный или нет — не должен разговаривать с полицией без адвоката. Может произойти очень много неожиданных вещей, и слова могут быть интерпретированы по-другому. Здесь слишком много всего, гораздо больше, чем казалось с первого взгляда. Я не хотела, чтобы детектив расспрашивал Лили до того, как она и ее адвокат решат, как и что ей следует рассказывать. С другой стороны, я не хотела давать детективу возможность предположить, будто Лили есть что скрывать. Я решила внимательно слушать, о чем они говорят и прекратить разговор, если они коснутся опасной темы.

— Мы позавтракали. Ему позвонили, и он сказал, что нужно с кем-то встретиться, — сказала Беверли.

— Но он не сообщил, кто ему звонил? — спросил детектив.

— Нет, — она покачала головой. — Он сказал, что ему нужно встретиться с кем-то, у кого есть информация о проекте по заболоченной территории, которым он занимается. Но не сказал, с кем именно.

У меня заболели ноги, и я села на скамейку. Лили все еще держала меня за руки, но опять опустила голову.

— Во сколько он уехал?

— Я же говорила, около девяти, — сказала Беверли. — Лили, около девяти, правильно? — Лили не ответила. — Думаю, около девяти, — повторила Беверли. — Потому что Сарасвати пришла в половине десятого.

— Это преподавательница йоги? — спросил детектив.

— Да, — ответила я.

Он подозрительно на меня посмотрел, вероятно, удивляясь, почему я так много знаю. Я попыталась мило улыбнуться, но он на это не купился.

— Она пришла в половине десятого, полтора часа позанимались, потом мы с Лили приняли душ, а около двенадцати пообедали.

— Вы с мисс Грин? — спросил детектив.

— И персонал.

Беверли указала на троих молодых людей и девушку, стоявших в дальнем углу гостиной. Я их сначала не заметила. Все они говорили по сотовым телефонам.

— И ассистентка Лили.

— А после обеда? — спросил детектив.

— Мне нужно было кое-что сделать, поэтому Лили оставила нас в столовой и ушла.

— Кто-нибудь из вас покидал комнату?

— Нет. Не думаю. Возможно, кто-то выходил в туалет. Я точно не помню. Но мы работали до… до тех пор, как вы не приехали и не рассказали, что случилось.

Беверли замолчала. Лили подняла голову.

— Не смей, — прошептала она.

Все посмотрели на нее.

— Не смей, — повторила она. — Не смей плакать. Не смей делать вид, что тебя трогает его смерть.

— Тише, Лили, — спокойно и твердо произнесла Беверли.

В неожиданно наступившей тишине слышалось только поскрипывание ручки, которой писал детектив.

— Не… — начала Лили снова.

— Хватит, — сказала Беверли.

Лили снова уронила голову на руки.

— А вы, мисс Грин? — спросил детектив, поворачиваясь к Лили. — Что вы делали сегодня после обеда?

Она не ответила, но сильнее сжала мои руки.

— Где вы были после обеда, мисс Грин? — снова спросил детектив.

— Она была со мной, — сказал кто-то.

Все повернулись и увидели помощницу в униформе.

— Она была со мной, — повторила она.

— А вы?..

— Рошель Абернати. Я работаю у Лили. Мы были в ее кабинете. Сначала я сортировала фотографии, а потом мы работали в чате в Интернете. Около часа.

— В чате? — переспросил озадаченный детектив.

— На компьютере. Поклонники пишут вопросы, а Лили на них отвечает.

— И вы были вместе все время?

— Да.

— Есть ли другие люди, которые могут это подтвердить?

— Наверное, няни. И остальные работники. И несколько человек, которые нам звонили.

— Кто?

— Ее агент. Ее менеджер — она звонила дважды.

— Вы были вместе все время? — спросил детектив.