Аптекарская роза - Кэндис Робб

Помощник Ансельма немедленно вскочил, когда появился архидиакон, собиравшийся заняться каким-то делом, перед тем как отслужить мессу.

— Его светлость архиепископ хочет вас видеть.

— Его светлость?

— Он просил вас прийти немедленно.

— В его дом или в приемную?

— В приемную.

Ансельм заторопился. Нечасто в последние дни его вызывали к архиепископу. Он даже подумал, не прослышал ли его светлость о пожаре. Маловероятно. Единственный свидетель погиб. А если бы даже Торсби и узнал что-то, то неужели не одобрил бы? Они ведь с ним в конце концов оба пастыри своей паствы. И он устранил волчицу, грозившую одному из их дражайших агнцев.

Йоханнес проводил его к архиепископу.

Джон Торсби не поднялся из кресла, чтобы поприветствовать Ансельма, а просто указал ему на стул перед своим столом, за которым изучал документы.

— Ваша светлость, для меня большая честь…

— Я позвал вас не для того, чтобы выслушивать любезности. Мне нужно, чтобы вы отправились выполнить одно мое поручение.

Значит, его вызвали не из-за пожара.

— За пределами города, ваша светлость?

— В Дареме.

Он был польщен, что понадобился вдруг архиепископу. Но Дарем! Сейчас это невозможно. Он должен быть рядом с Николасом, когда нужен ему больше всего.

— Прошу простить меня, ваша светлость. Заболел один мой хороший друг. Боюсь, он находится на смертном одре. Мне бы очень не хотелось покидать его именно сейчас.

— Вы говорите о Николасе Уилтоне?

Ансельм удивился, что Торсби сразу догадался, о ком речь. Это ему польстило. Приятно все-таки, что архиепископ настолько интересуется его особой.

— Это мой давнишний друг. И он сейчас очень одинок.

— Я знаю о вашей дружбе. И понимаю, что вам трудно расстаться с Уилтоном. Но вряд ли можно считать его одиноким. Уилтон находится в хороших руках, а вы мне нужны в Дареме. Сэр Джон Далвили раздумывает о том, чтобы передать в фонд собора значительную сумму. Мы должны проявить к нему уважение и поддержать, рассказав об уже сделанных подобных дарах. Я доверяю эту миссию вам, архидиакон. Это большая честь. Или вы хотите, чтобы я пожалел о своем доверии к вам?

— Нет, ваша светлость. Я понимаю, какая это честь, и очень вам благодарен, но нельзя ли подождать с отъездом?

— Нет, нельзя. Мне нужно, чтобы вы отправились в путь сегодня же. Как только соберетесь.

— Но я служу мессу…

— Я все устроил.

Ансельм поклонился. Он знал, когда лучше не настаивать.

— Я вас не подведу, ваша светлость.

— Отлично. — Торсби поднялся. — Отдайте своему помощнику необходимые распоряжения на ближайшие пять-шесть дней. Йоханнес сообщит вам подробности и даст рекомендательные письма.

Когда Ансельм вышел из приемной архиепископа, с Йоханнесом беседовал пронырливый Оуэн Арчер. Говорили они очень тихо, так что Ансельм не расслышал слов, а как только его заметили, то сразу замолчали.

— Архидиакон, — сказал Йоханнес, — прошу вас, присядьте, а я пока доложу его светлости о капитане Арчере.

Секретарь проскользнул в другую комнату. Ансельм почувствовал на себе взгляд проходимца.

— Вы сегодня рано, Арчер.

— Провел бессонную ночь.

Ансельм заметил, что Арчер смотрит хоть и одним глазом, но весьма недружелюбно. Возможно, Господь лишил его второго глаза в наказание за такой дерзкий взгляд.

— Плохо спали? Нездоровится?

— Нет.

Вернулся Йоханнес.

— Его светлость готов вас принять незамедлительно, капитан Арчер.

* * *

Торсби поднялся при виде Оуэна.

— Йоханнес рассказал мне, что был пожар.

— Ваш архидиакон постарался услать миссис Уилтон к праотцам, ваша светлость. Если б я не оказался случайно у окна, а потом не взломал дверь в сарай, Ансельма бы ждал успех.

— Вы уверены, что это был он?

— Миссис Уилтон уверена.