Коктейль ненависти - Борис Бабкин

– Сгорел, – отозвался адъютант. – Еще вопросы есть?

– Что делать с американцами и русскими? – поинтересовался подошедший офицер королевской гвардии.

– Это вопрос к вам, – усмехнулся полковник.

– А кто ответит за этих? – Гвардеец указал на погибших женщин и детей.

– Азиз ответил своей смертью, – процедил полковник. – Этот подлый пес согнал сюда беспомощных и прикрывался ими. Когда начинали операцию, мы не знали об этом.

– А русского нашли?

– Я себе и своим людям такой задачи не ставил. За русским прислали русских, пусть они и ищут.

– Русский сбежал, – морщась от боли, сказала смуглая девушка, которой спецназовец перевязывал раненое плечо. – Он, девушка из Китая, ее брат и какой-то охранник. Он вывел Уань вечером.

– Значит, у прорытого хода в тоннеле лежит труп охранника, – кивнул Дубов. – Убит шилом или гвоздем в горло. Но там было больше людей. По следам – пятеро. Четверо мужчин и одна женщина. Черт возьми, знать бы наверняка, пошли бы по следам. Выходит, им кто-то помог. Они что-то взяли из ящика в тоннеле. Странно. Непохоже, чтобы у Азиза кто-то из захваченных им людей мог установить связь и попросить о помощи. Странно, но факт. Антонова нет, он бежал. Вот и тихий, забитый гений, – улыбнулся он. – Сумел уйти. Молодец парень!

– Но далеко они не уйдут, – покачал головой Рубакин. – Тем более сейчас, когда район оцеплен. Здесь был офицер королевской гвардии, он говорил об этом.

– Поможет это Антонову или нет? – задумчиво спросил Дубов.

– Судя по тому, что в операции приняла участие и королевская гвардия, Антонову окажут помощь. Но есть сомнение в том, что беглецы обратятся за помощью. Они наверняка видели у Азиза в гостях высокопоставленных военных. Кстати, недавно здесь были гости из Египта, одного из них убила девушка для сопровождения. Это помогло покончить с Азизом. Хотя если Азиз знал о готовящемся штурме, я в его гибель не верю. Труп опознали, но я не думаю, что это Азиз. Однако будем держать наши сомнения при себе. А на связь выйдем сразу по возвращении в Эр-Рияд. Убитых заберем с собой, надо поместить их в морг. Мы солдаты, которые всегда на передовой. Нам нельзя лить слезы. Помянем погибших, когда вернемся. Сейчас мы на войне, поэтому придется отставить похоронные настроения.

– Извините, – по-русски обратилась к Фостеру русоволосая девушка с испачканным кровью лицом. – Вы из России?

– Я не понимаю тебя, – по-английски ответил американец. – Ты говоришь по-английски? По-арабски?

– По-арабски немного, – тщательно подбирая слова, сказала девушка. – Я украинка, из Запорожья. Нас с группой захватили в Омане, и меня продали Азизу.

– Позовите Дубова, – приказал американец.

– Я сам пришел, – улыбнулся майор. – Что случилось?

– Вы русский? – рванулась к нему девушка.

– Да.

Девушка, уткнувшись ему в грудь, заплакала. Он растерянно посмотрел на американца. Тот развел руками – помочь ничем не могу.

– Ты кто есть-то? – спросил майор.

– Девушка она, майор, – усмехнулся подошедший Рубакин.

– Я Юлия Прокопенко. Из Запорожья. Мы с группой были в Омане, а нас…

– И что ты хочешь? – перебил ее майор.

– Домой она хочет, – сказал Рубакин, – к маме и папе. Что делать будем, майор?

– А черт его знает. Во-первых, она не наша, не из России. Во-вторых, что мы вообще можем?

– Заберите меня! – зарыдала Юлия. – Мама с папой в партии регионов состоят и за Януковича голосовали.

– Да при чем тут твои папа и мама и за кого они голосовали?.. Вот что, хватит слезы лить. Доедешь с нами до Эр-Рияда и…

– А что это? – спросила девушка.

– Столица Саудовской Аравии, – объяснил майор. – А мы сейчас здесь и есть. Так вот, поедешь с нами, и мы тебя в ваше посольство отвезем. Ну а там уж они решат.

– Точно возьмете? – вытирая слезы, спросила Юлия.

– А что за группа была? – спросил Рубакин. – И почему вас в этот самый Оман занесло?

– Капитан, – строго проговорил майор, – отставить.

– Есть, товарищ командир.

– Сейчас я поговорю с офицером королевской гвардии, – отстранив девушку, сказал Дубов. – И…

– Не надо, – попросила Юлия, – они все заодно. Приезжали к Азизу и из армии, и из полиции, и из королевской гвардии были. Возьмите меня с собой, я все буду делать. И стирать, и поесть приготовлю.

– Довезем ее до столицы и сдадим украинскому послу, – сказал капитан.

– Ладно, – кивнул Дубов. – А ты что-нибудь про Антонова знаешь?

– Я видела его однажды, он на приеме был с охраной, грустный такой. Говорил с Уань. Она сбежала вместе с ним. И брат ее, и палестинец какой-то. Их охранник обещал вывести. Так девочка одна мне говорила. Ее убили… – Юлия снова заплакала.

– А в Омане ты что делала? – спросил майор.

Юлия тяжело вздохнула:

– Нас пригласили на работу в Израиль, а привезли в Оман и в публичный дом сунули. Но меня сразу купил Азиз, – вздохнула она и, подняв голову, посмотрела в глаза майору. – Честное слово, я ни разу ни с кем там не спала.

– Верю, – буркнул майор. – И несет же вас нелегкая!.. И пишут, и по телевизору показывают, но один черт – едете. А о матери и отце ты подумала?

– Сейчас у нас там такое творится, – вздохнула Юлия. – Уже и об отделении восточных областей от западных говорят. Мама больная, а папа работает частным таксистом. Маленький брат есть. Ну и я решила помочь. Мы вшестером уехали. А вместо работы нянями… – Она снова заплакала.

– Все! – рявкнул майор. – Еще раз слезу пустишь, здесь оставим.

– Я больше не буду. – Девушка поспешно вытерла слезы.

– Надо уходить. – Леонид разбудил Вана. – Какие-то люди лазают по хребту. Буди остальных и уходим.

– Я готов. – Женя поднялся.

Уань тоже вскочила.

– Зачем отсюда уходить? – недовольно посмотрел на Леонида палестинец. – Нас здесь никто не найдет. Надо отсидеться тут хотя бы двое суток, а уж потом…

– Хочешь – оставайся, – усмехнулся Леонид. – Я ухожу. Кто со мной?

– Мы, – в один голос ответили брат и сестра.

– Я тоже пойду, – сказал Женя.

– Никто никуда не пойдет! – Оттолкнув Леонида, Дауд выхватил пистолет.

– Вот это да! – усмехнулся Леонид. – Значит, не обмануло меня чутье. Шакал ты! Неужели в ООП все такие?

– Сядьте, – приказал палестинец. – Убью любого, кто попытается…

– И меня? – Шагнув вперед, Женя загородил собой Леонида. – Что тогда с тобой Азиз сделает? Ну, – он сделал шаг вперед, – стреляй!