Подвеска Кончиты - Анна Князева

– Что это значит?! – Дайнеку переполнял гнев. – Я спрашиваю, что это значит?

Ее тон охладил романтический пыл Шепетова.

– Мне хотелось побыть с тобой здесь наедине. А вертолет вернется, но позже.

– Зачем?! – крикнула она. – Зачем ты это сделал?! Ты обманул меня! Знаешь, кто ты после этого?

– Влюбленный мужчина, – ответил ей Шепетов совершенно спокойно. – Мужчина, который готов на все. Это маленькое приключение – подарок к твоему дню рождения.

– Что?

– Ты забыла, что завтра – твой день рождения?

– Господи, я действительно забыла… – Дайнека притихла.

– Может, вернемся? Мне кажется, скоро дождь начнется.

Она посмотрела на безоблачное предвечернее небо и послушно вернулась в дом.

Шепетов зажег свечи и положил на стол темно-синюю коробку с золотым тиснением.

– Что это? – спросила Дайнека.

– Подарок.

– Кому?

– Тебе.

Любопытство оказалось сильнее обиды. Девушка взяла коробочку и откинула крышку. Под ней в белых волнах атласа лежало чудное ожерелье. Прекрасные жемчужины, собранные на невидимую нить, сходились у изящного платинового замочка. Под самой крупной из них был закреплен прозрачный мерцающий камень.

– Это мне? – Дайнека вдруг испугалась. – Нет. Я не могу принять такой дорогой подарок!

– Не можешь? – вглядываясь в пламя свечи, Шепетов медленно опустился на стул. – А придется.

– Ты псих? – Дайнека со стуком закрыла коробку.

– Оставь, – небрежно бросил он. – Кажется, мы оба не прочь поесть.

Дайнека молча взяла ложку и стала не стесняясь накладывать в тарелку еду.

– Однако…

– Сам предложил.

– А я, с позволения дамы, выпью… Присоединишься?

– Нет.

– Тогда… – наполнив свою рюмку, Шепетов выдержал торжественную паузу, – …за тебя! – Он с удовольствием выпил. – Не передашь мне блины с икрой? Спасибо.

Дайнека с удивлением прислушивалась к себе. В душе воцарилось удивительное спокойствие. Она как будто наблюдала за происходящим со стороны, и все это казалось ей чистейшим идиотизмом. Пару часов назад она сидела в машине Ирины и ни о чем подобном не помышляла. Сейчас находилась с малознакомым мужчиной в затерянном охотничьем домике. А вокруг – бессчетные километры непроходимой тайги…

Шепетов взглянул на нее. Отчаянно синеглазый, загорелый, в белоснежном пуловере, он был похож на мужчину чьей-нибудь мечты с Лазурного Берега.

«Специально так расфуфырился…»

– Когда прилетит вертолет? – спросила она.

– Завтра. В пять утра.

– Почему не сегодня?

– Раньше никак не получится, – он хотел выглядеть искренним. – В шесть тридцать мы будем в городе. Я – в свой избирательный штаб, ты – в штаб Турусова… Кстати, тебе нравится там работать?

– Нет, – Дайнека ответила слишком быстро.

– Та-а-ак… Чувствуется, этот ответ – выстраданный.

– Хочу, чтобы все скорее закончилось. Я так давно ждала встречи с моим городом! Помнила его сумрачным, неухоженным, но он был родным. Теперь он – словно минное поле.

Шепетов выпил еще одну рюмку водки.

– Закусывай… те, – сказала Дайнека.

– Кажется, мы договорились.

– Да, я помню – на «ты».

Откинувшись на стуле, Шепетов уставился в одну точку.

– У меня свое видение Красноярска. Знаешь, что меня удивило, когда я впервые сюда приехал? Красноярск – город зачуханных мужиков. И, что характерно, это отнюдь не отбросы общества. Как правило, рядом вполне прилично одетая женщина. Зачуханные, крепко выпивающие мужчины – вот что отражает истинное состояние края.

Виктор Шепетов замолчал.

– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – продолжал он. – Зачем я здесь? Я человек случайный, не приспособленный для этой жестокой игры. Я мечтаю о маленьком кабинете, о стопке бумаг на углу стола. Они могут лежать там бесконечно долго, и только от меня зависит, когда я захочу в них заглянуть. О теннисе по средам, о дружеской компании в пятницу…