Мужской роман - Ирина Потанина

— Гошик, ты на проводе?

— Угу. Как синий-синий иней.

— Ну, это ты брось. Чего ж синий, раз мы всего по литру пива шибанули?

— Шучу. Что там у тебя?

— Я совершил самый, что ни на есть, беззаконный акт беззакония. Подслушал под начальственным кабинетом. Кто ж им виноват, что они по субботам на работе ошиваются и дверь не закрывают?

— Ты что, еще на работу поперся? Смена ж вроде не твоя сегодня…

— А что делать? В общем, знаю я такое: сегодня решающий этап переговоров. Громовой только в присутствии доверенных лиц его проводить собирается. Причем на нейтральной территории. Эти доверенные лица Александре поперек горла стоят, она их терпеть не может. Кричит: «чего вмешиваются, козлы»! Это всё Александра в состоянии крайней истерии орала в свою Нокию. С мужем разговаривала.

— Экспрессивная барышня, — сам себе сообщил Игорь.

— Да не перебивай ты! Я тут, можно сказать, преступление против родной фирмы совершаю, такую тайну тебе сообщая.

— Преступление против дружбы и человечности ты уже совершил. Теперь тебе ничего не страшно.

— Да, да… Я знал, что ты мне всю жизнь теперь это будешь вспоминать.

— Да, — Игорь и не скрывал, — Буду.

«Впрочем, действительно, зря это я. Нечего травить человека. Может, он и впрямь раскаялся».

— Я тебе это все не просто так докладаю, а с корыстным умыслом, — развеял очередные иллюзии Игоря Стас.

Ну, конечно, стал бы приятель просто так делиться информацией. О своей шкуре печется Скотина-Стас, о решении своих проблем.

— Ну, колись, — спросил Игорь, — Я тебе теперь, за это инфо, душу должен?

— Нет. Мне такие слабосуществующие ценности ни к чему. Я вот что хочу. Если меня подставят. Если загребут… Ты — пару дней выжди, и не молчи дальше. Ты сразу бучу поднимай. Вся информация у тебя есть. Я еще вещ. доков, каких добуду, подгоню. Я Орликам, если что, так и скажу, мол, сам не сяду, всех с собой заберу. Скажу, у надежного человека все доказательства есть. Если со мной что случится, он вас в бараний рог скрутит. Хорошо?

Все понятно, Стас насмотрелся очередных фильмов, и теперь чувствует себя опальным гангстером, преданным собственной организацией.

— Хорошего, конечно, мало. Надеюсь, никто тебя никому подставлять не будет. Зачем? Ты свою роль уже выполнил.

— Так ведь я теперь опасный свидетель, — не без обиды за собственную значимость, пробурчал Стас.

— Ты себе, как свидетель, опаснее, чем им. Значит, будешь молчать.

— А может, не буду?

Все ясно. Стасу скучно. Стасу хочется приключений. Стасу нужно, чтоб за него переживали, чтоб его спасали и нянчили.

— Ты извини, мужик, что я тебя в это впутываю. Но, раз уж ты и сам обо всем догадался… Не мог же я тебе ситуэйшин не разъяснить. А, разъяснив, сразу тебя во все это и втянул.

И даже хрипотцы немного в голосе Стаса появилось. Ну, чисто бывалый вояка. Игорь решил провести эксперимент.

— А Марийка что про все это думает?

— Говорит, если что, поможет. У одного её ученика отец в СБУ работает. А ученик двоечник.

Игорь усмехнулся.

— А Марийку ты в это почему впутал?

Стас, поняв, что сам себе противоречит, немного растерялся.

— Ну, так это… Марийка, она ж и есть Марийка. Как же ей не рассказать-то?

Ну конечно, имея шанс произвести впечатление, Скотина-Стас не мог им не воспользоваться.

— И про то, что Жэка из-за тебя в больнице столько провалялся, ты ей рассказал?

— Да провались ты! — огрызнулся Стас, — Не из-за меня это, понимаешь? Не из-за меня! Я Марийке так и объяснил.

«Странно все-таки устроены женщины» — мелькнуло в голове у Игоря, — «Неужели я бы, если б узнал, что Стас руководил налетчиками, ворвавшимися, скажем, в её школу, не рассказал бы Марийке об этом? Неужели позволил бы предателю и дальше считаться приятелем… Неужели не предупредил бы? Выходит, какой-то Стас теперь дороже Марийке. Дороже Игоря, с которым вон сколько прожито. А может, потому и дороже, что «прожито», а не «проживается». Как легко обида меняет у них, у женщин, все ценности и приоритеты», — Игорь вспомнил о Вере и мысленно поправился, — «У некоторых женщин, разумеется».

— Так вот, что я досказать-то хотел. Нейтральная территория эта, по требованию Громового, не где-нибудь будет, а под носом у твоей Верки. А доверенным лицом — Вадим Сан выступает. Представляешь?

Игорь вздрогнул. Выходит, Вера оказалась в «Пробеле» не спроста. Отчего же молчала? Отчего же не говорила правду?

— Да, — теперь Игорю все стало ясно, — Сейчас, как никогда. Все представляю, — Игорь замялся, потом все же выдавил из себя, — Спасибо, Стас.

И даже от соответствующих добавок, вроде «Ты, Стас, хоть и скотина, но все же…», воздержался.

— Я вот что думаю: если Громовой им «Пробел» продать согласится — плохи мои дела. Ни я, ни моё молчание Орликам уже нужно не будет. Сдадут, чуть что, в ментовку, как пить дать… Ты уж тогда не молчи, бучу поднимай…

— Стас, прекрати. Если тебя до сих пор не тронули, то и не тронут уже, — особо не прислушиваясь, успокаивал собеседника Игорь.

«Все-таки, странно устроены женщины. Все женщины. Без исключений. «Одной жизнью живем!», «Полностью друг другу доверяем!» — глупые лозунги для наивных романтиков. Выходит, Вера делала вид, что Игорь сообщает ей новости, излагая историю об участии Орликов. Выходит, Вера знала, что Орлики хотят выкупить у Громового «Пробел». Знала, что Громовой, почуяв неладное, привлек Сана для разбирательства. Знала, что именно за этим Вадим Сан послал её работать в «Пробел». Знала, но делала вид, что и не догадывается Грош цена такому доверию. Грош цена такой любви…»

В голове Игоря такое просто не помещалось.

Стас все шептал, с придыханием загнанного зверя. Что-то о значимости собственной фигуры во всей этой истории, о подозрительности Орликов, о бесценности узнанной информации. Мистифицировал и подводил итоги своей не слишком-то успешной, но зато наполненной невероятными приключениями, судьбы. Игорь слушал в пол-уха и думал о том, как можно требовать порядочности от этого, в сущности, чужого, человека, когда Вера, собственная Вера, все это время лгала и темнила.

«Недоверием Вера разуверила» — мелькнула и тут же погасла поигрывающая переливающимися слогами строчка. Игорь сам прогнал её. Не время для оттачивания отсутствующего мастерства. Не повод для создания очередного недописанка.

— Ты меня слушаешь? Тебе интересно? — спросил Стас, используя эту стандартную вставку просто как перебивку между частями монолога.

— Нет, — неожиданно честно ответил Игорь.

— То есть?

— Не слушаю. И не интересно. Говорю тебе, зря играешь в шпионов. Расслабься и ищи себе следующее приключение. Это в тебе уже больше не нуждается. Только выбирай в следующий раз что-нибудь более чистоплотное.