Совесть негодяев - Чингиз Абдуллаев

— Уже ничего не видно.

— Извините, — еще раз сказала она.

— Ничего. Давайте лучше поговорим о деле, — онвзглянул на часы, — как раз осталось лететь около часа. Кто такой этотКерим Измаилович? Вы его хорошо знаете?

— Неплохо, — когда дело касалось её работы, онасразу становилась уверенной и подчеркнуто собранной, — он довольно частоприезжает в гости к Рафаэлю Мамедовичу. Возглавляет крупную фирму, имеетвлияние в нескольких московских банках. Все его телефоны я знаю. Я думаю, онбудет встречать нас в депутатской.

— А Мурад Гасанов?

— Этого я знаю хуже. Видела всего два раза. Он в Бакуввязался в политику, и его за это даже посадили в тюрьму. Рафаэль Мамедовичочень сильно ругался. Звонил жене Гасанова и кричал, что такому богатомучеловеку незачем лезть в политику. Гасанов переводил наши деньги в зарубежныебанки.

— Вы знаете его телефон в Баку? А где вы их берете?

— Я их запоминаю, — серьезно ответила Зоя.

— Все? — не поверил он.

— Конечно, все. Никогда не ношу с собой записнуюкнижку.

— И сколько телефонов вы можете помнить?

— Около пятисот — точно.

— Вы издеваетесь? — взглянул на неё Дронго. —Каким образом?

— В школе была чемпионкой по шахматам, — пояснилаЗоя. — В детстве я была довольно некрасивым ребенком, и моя мама с горярешила отдать меня в шахматистки. Она руководствовалась обычным родительскимэгоизмом. Некрасивая, так хоть умная. Вот я и стала кандидатом в мастераспорта. А после девятого класса выяснилось, что я могу быть и красивой. Тогда язабросила шахматы.

— Теперь верю. Никогда не буду играть с вами в шахматы.Его московский телефон тоже помните?

— Помню.

— Назовите. Она сказала.

— А бакинский?

Она даже не запнулась.

— Номер телефона Керима Измаиловича?

— У него несколько телефонов.

— Назовите те, которые вы помните.

— Я помню все.

— Говорите.

Она перечислила три телефонных номера, среди которых был иномер аппарата спутниковой связи.

— Вообще-то я вам поверил, — удовлетворенно сказалДронго, — память у вас действительно феноменальная. Вас можно возить ссобой вместо записной книжки. А как Гасанов оказался в Москве?

— Он бежал из тюрьмы.

— Подпольный граф Монте-Кристо? Какой молодец. Надеюсь,он не прыгал с башни в воду?

Она засмеялась, представив себе приземистую полноватуюфигуру Мурада Гасанова в роли несчастного арестанта замка Иф.

— Нет, думаю, он не прыгал.

— Насчет сбежал, точно?

— Точно. Шеф узнал об этом из Баку в тот же день.

— Мне нравятся ваши исчерпывающие ответы.

— Рафаэль Мамедович приказал мне помогать вам во всем.

— Он сбежал один?

— Нет, с двумя напарниками по камере. Один был генерал,бывший заместитель министра обороны.

— Ого! Это уже не граф Монте-Кристо. Это уже МатиасШандор. Остальных схватили?

— Нет, они тоже в Москве.

— Надеюсь, за ними не охотятся правительственныеагенты?

— Не знаю.

— У кого есть право подписи документов?

— Только у Гасанова и Рафаэля Мамедовича.

— А кто знал об этих деньгах?

— Только они двое.

— Так не бывает. Должны были об этом знать бухгалтера,операторы, финансисты. И секрет, который не является секретом двоих, уже можетсчитаться просто общенародным достоянием.

Когда она улыбалась, он замечал её мелкие ровные зубы. И онневольно любовался её улыбкой. Зоя была действительно красивой женщиной.

— Когда мы приедем в Москву, куда вы поедете?

— Мне нужно отвечать и на этот вопрос? — невольнонахмурилась женщина.

— Я спрашиваю об этом не для того, чтобы к вамприставать. Мне это нужно по делу. Так куда вы поедете?

— К себе домой.

— Где вы живете?

— На Кутузовском проспекте.

— Там рядом квартира Рафаэля Мамедовича. Я об этомслышал. Правильно?

Молодая женщина чуть покраснела.

— Да, — сказала она нетвердо, — да, там и егоквартира.

— Простите за мою бестактность. Это одна и та жеквартира?

Она вспыхнула.

— Нет, — немного резче, чем следовало, сказалаона, — это моя квартира. Он живет в другом блоке и на другом этаже.

— Но вы живете в соседних квартирах? — уточнилДронго.

— Да, мы соседи.

— Какая у вас квартира?

— Три комнаты. Обычная. Семьдесят метров полезнойплощади.

— А у него?

— Там объединены две квартиры. Четырехкомнатная итрехкомнатная. В этих квартирах он живет обычно один. Семья находится в другомместе. Здесь он принимает людей.

— Я знаю. Кроме него, кто-нибудь живет в этой квартире?

— Нет, но когда он дома, в прихожей обычно дежурят егопомощники.

— То есть телохранители?

— Да.

— У кого есть ключи от его квартиры? У жены, детей?

— Нет, — снова чуть запнулась Зоя, — ни укого нет.

— Даже у вас?

— У меня есть.

— У кого еще?

— Больше ни у кого. Рафаэль Мамедович довольнозамкнутый человек и доверяет не каждому встречному.

— Ваш намек понял. Надеюсь, это не в мой огород?

— Не в ваш. Но если вы будете задавать такие вопросы…

— Мне нужно знать, кто может иметь доступ к его бумагамв квартире.

— Никто, кроме меня.

— Учту. Бумаги находятся там?

Она молчала.

— Вы не слышали вопроса? — терпеливо спросилДронго.

— Я вас прекрасно поняла. Просто у меня поручениепередать вам эти бумаги. И все. У меня не было разрешения рассказать вам, гдеони находятся.

— Хорошо, не говорите. Но как вы думаете их взять?

— Поеду и возьму.

— Одна?

— С вами.

— Тогда почему не сказать мне сразу?

— У меня нет разрешения, — немного раздраженноответила женщина.