Гиблая трясина - Джой Эллис

– Можете забрать папку, суперинтендант. У меня нет ни малейшего желания видеть эти бумаги еще раз.

– Мы все вам вернем, мистер Годдард.

– В таком случае лучше сожгите ее. Хороших новостей, я так понимаю, пока нет?

– Уверяю вас, все участники поисков выкладываются по полной. Джемму очень ценили. Ее друзья и коллеги сильно встревожены случившимся. – Редпат закрыл папку. – Не припоминаете, Джемма когда-нибудь заговаривала про других детей из приемных семей?

Джеймс покачал головой.

– Нет. Она вообще не говорила о прошлом. Врачи сперва полагали, что это какая-то форма амнезии, что девочка сумела подавить воспоминания о тех годах и выбросить их из сознания, своего рода защитный механизм. Иначе они не могли понять, как после всего случившегося она осталась такой доброй и чуткой. – Он бросил взгляд на папку в руках Дэвида. – Большинство протоколов ее психиатрических освидетельствований и последующих наблюдений здесь, в папке. Однако, раз уж об этом зашла речь, кое-что и отсутствует. Когда Джемма только у нас появилась, ее мучили кошмары, и она всегда звала на помощь одного и того же человека, мальчика по имени Ричард. Как ни странно, она не могла его вспомнить, когда просыпалась. Мы слышали это имя только в ее кошмарах.

– По-вашему, этот Ричард действительно существовал?

Джеймс пожал плечами.

– Откуда нам знать? Когда кошмары прекратились, мы про него более или менее забыли.

Дэвид почувствовал в душе легкое беспокойство. Такое с ним уже неоднократно случалось, и он привык обращать внимание на уколы интуиции. Он встал, крепко сжав папку в одной руке, а другую протянул Джеймсу.

– Спасибо вам. И обещаю: мы сделаем все возможное, чтобы ее вернуть.

– Я знаю. Лишь бы ваши усилия увенчались успехом.

* * *

– Миссис Пирт? Меня зовут суперинтендант Дэвид Редпат. Прошу прощения за столь поздний звонок, мне нужна ваша помощь. Насчет ребенка, друга Джеммы Годдард.

У Алексис ушло пятнадцать минут, чтобы просмотреть записи и перезвонить ему.

– Здесь действительно упоминается другой ребенок, суперинтендант, однако через нас он не проходил. Боюсь, что Ричардом и Джеммой занимались разные агентства.

– Но они были в одной семье, прежде чем вы оказались вовлечены в ее судьбу?

– Да, похоже. Джемма рассказывала про мальчика по имени Ричард из предыдущей семьи. Как мы потом выяснили, там подвергали различным формам насилия почти всех детей, и особенно мальчиков.

– Вы не знаете, к кому он попал потом? Как его фамилия? Где живут новые приемные родители Ричарда?

– Простите, не знаю. Могу лишь дать телефон другого агентства по усыновлению. Они не закрывались, и это самое крупное агентство в стране.

Дэвид записал название и номер телефона.

– Вы нам очень помогли, миссис Пирт. Один последний вопрос – как вы считаете, Ричард тоже был жертвой насилия?

– Я не располагаю подробностями, суперинтендант, все, что у меня есть, – записи насчет мальчика по имени Ричард из личного дела Джеммы. Однако я склонна полагать, что да, безусловно. Если читать между строк, то он тоже пострадал. Вероятно, значительно сильней, чем маленькая Джемма.

Швырнув телефонную трубку на аппарат, Редпат буквально выбежал из кабинета.

– Джейсон! Похоже, у меня кое-что есть! Найди Уилкинсона и узнай, как продвигается работа над восстановлением облика убийцы. Нам нужно его фото, и как можно быстрей.

Джейсон выбежал из оперативной комнаты, а Дэвид уселся за ближайший свободный стол и схватил телефон. Шансы застать кого-то в этот час на работе были достаточно скромными, но на автоответчике может быть контактный телефон для связи во внеурочное время. Он набрал номер.

– Добрый вечер, чем могу помочь?

– Епархиальное агентство по усыновлению?

– К сожалению, вам придется перезвонить завтра утром. Я здесь только потому, что мне пришлось зайти по срочному делу.

Надеясь, что сотрудник агентства не окажется бездушным формалистом, Дэвид вкратце изложил суть дела.

После паузы мужчина ответил:

– Я вряд ли вам помогу, я здесь всего пятый год работаю, однако я могу вывести вас на человека, который занимался этим делом. – В его голосе звенело напряжение.

– Но про Ричарда вам известно?

– Про Ричарда у нас известно каждому.

– Почему?

– Лучше, если вам объяснит мой начальник, Леонард Джонсон. Он знает все подробности. Пожалуйста, оставьте ваш телефон; я сразу же позвоню ему, а он перезвонит вам.

Дэвид положил трубку, чувствуя, что каждый нерв внутри натянут, словно канат. Намечался прорыв.

– Вы в порядке, сэр? – Брин поставил перед ним дымящуюся чашку с чаем.

– Если не считать того, что я буквально дрожу, ожидая звонка, который может перевернуть все дело, – благодарю вас, я в полном порядке, детектив.

Брин округлил глаза.

– Да?

– Постучите по всему, до чего только дотянетесь, детектив-констебль Оуэн, и будьте наготове.

Брин схватил куртку. Оба уставились на телефон.

– К слову, Кларксон решил остаться, сэр. Хотя ему тут явно не нравится. И еще он сказал, что старший инспектор попросил его какое-то время поводить нас за нос, но он его не послушался. И отправился к нам, как только Мэтт уехал.

– Нам тем более следует ему доверять. – Дэвид заерзал на стуле, отхлебнул горячего чаю. – От Гэри Хэйнса что-нибудь слышно?

– Я не в курсе. Его встреча с начальством, должно быть, затянулась.

Телефон наконец-то задребезжал. Дэвид схватил трубку и набрал в грудь побольше воздуха.

– Суперинтендант Редпат.

Быстро объяснив всю серьезность ситуации, он стал слушать, делая быстрые пометки на лице бумаги.

– Так значит, Ричард действительно дружил с Джеммой Годдард и, как и она, наконец нашел хорошую семью?

– В общем-то да, суперинтендант, но на этом проблемы не кончились. Понимаете, Ричард был очень умным ребенком. Солидные родители: отец преподавал в университете, мать занималась наукой. Оба погибли в катастрофе легкомоторного самолета в Суррее, когда Ричарду едва исполнилось три.

– А почему ребенка не забрали родственники?

– Родственников не нашлось, во всяком случае, готовых взять на себя заботу о малыше, – продолжил Джонсон. – К тому же и наследства совсем не оказалось. Одни долги. Ричарда должна была защитить специально созданная для этого система, суперинтендант, но она допустила ошибку.

– Как и в случае с Джеммой.

– Именно, суперинтендант. Однако Джемма оправилась быстро, а Ричард – не сразу.