Худшее из зол - Мартин Уэйтс

Амар не планировал свои действия заранее, поскольку не знал, когда и где сумеет найти Джамала. Сейчас, когда он его увидел, нужно было, во-первых, остановить Ральфи, во-вторых, убедить Джамала в том, что ему ничто не угрожает.

Он поискал глазами вокруг и увидел толстую палку около метра длиной.

В самый раз.

Он осторожно ее подобрал, распугав крыс, на цыпочках пересек комнату и встал под углом к барной стойке как раз за спиной Ральфи. Расстояние между ними очень небольшое, поэтому в запасе у него только один удар.

Он крепко взялся за дубинку двумя руками, уперся ногами в пол. Тут же куда-то исчезли головная боль, тошнота, резь в груди. Собрался, размахнулся…

— Ральфи!..

И опустил палку.

Услышав свое имя, Ральфи замер. Начал поворачивать голову на голос. Удар пришелся по уху и щеке. Он дернулся, потерял равновесие, по стене неловко съехал на пол. Невольно схватившись за лицо, завопил от боли, и думать забыв о сексе.

— Заткнись, — сурово бросил Амар, — а не то схлопочешь еще.

Не выпуская из рук дубинку, он быстро глянул на Джамала — тот вставал с колен. Даже в темноте было видно, как от ужаса округлились его глаза. Он приготовился бежать.

— Джамал, подожди!

Тот остановился, пораженный, что услышал свое имя.

Амар тут же воспользовался возникшим у него преимуществом:

— Послушай, Джамал, я не из полиции. Я пришел к тебе не для того, чтобы тебя обидеть, а чтобы помочь.

В глазах мальчишки по-прежнему плескался страх. Он был готов сорваться с места.

— Меня попросил об этом Джо Донован. Я его друг.

Имя журналиста подействовало на мальчишку волшебным образом: он уже не был похож на натянутую струну, страх в глазах отчасти уступил место любопытству. Амар продолжал говорить:

— Да, я друг Джо Донована и пришел сюда, чтобы тебя защитить. Чтобы найти для тебя безопасное место.

Ральфи снова завыл, держась за лицо, попробовал подняться.

— Скотина… ты сломал мне челюсть. Какого хрена? Что я тебе сделал плохого?

— Ты трахаешь детей, а потом хвастаешься.

— Я тебя сделаю, — сказал Ральфи жалобно, скривившись от боли. Он уже поднялся с пола. — Я тебя засужу.

— Не засудишь. Закон не защищает насильника детей. К тому же сначала тебе еще нужно как-то мимо меня пройти.

Ральфи уставился на Амара.

— Готов? — спросил тот, поднимая дубинку.

Ральфи посмотрел на деревяшку, на Амара.

— Но ведь я ему заплатил, — сказал он оскорбленно, очевидно, таким образом пытаясь восстановить попранное достоинство. — Пусть вернет деньги.

— Мальчик не продается. И никаких компенсаций. Застегни-ка лучше штаны.

Ральфи не сразу удалось справиться с молнией, но он пытался выдержать взгляд Амара. Не получилось. Поняв, что потерпел поражение, он потер ухо, скривился, повернулся и пошел прочь.

Амар подождал, когда он уйдет, и повернулся к Джамалу. Он стоял, прижавшись спиной к дальней стене. Амар понял, что до сих пор держит в руках дубинку, и бросил ее на пол.

— Все, Джамал, тебе больше ничто не угрожает.

— Да? Я поверил Доновану, и меня чуть не убили. Почему я должен доверять тебе?

Амар вздохнул и вдруг почувствовал страшную усталость. У него был очень длинный и трудный день.

— Не знаю, почему ты должен мне доверять, — сказал он измученно. — Понятия не имею. Но тебя просил отыскать Джо Донован, и я потратил на это весь день. Я не собираюсь тебя обижать. Я хочу, чтобы у тебя появился дом, где тебе будет нечего и некого бояться.

— А где Донован?

— Ему пришлось на пару дней уехать. Ты можешь пока переночевать у меня — какие проблемы!

Джамал молча смотрел на него.

Амар потер лоб, вытянул вперед руки ладонями вверх.

— Что еще я могу сказать? Тебе решать.

Джамал думал. Амар не шевелился и ждал. Наконец мальчишка кивнул:

— Лады.

— Хорошо, — улыбнулся Амар. — Тогда пошли?

Они начали выбираться из подвала. Амар пропустил Джамала вперед.

— Возьмем такси, — сказал Амар, когда они оказались на улице.

Джамал замешкался.

— Что такое? — спросил Амар.

— Ничего, если я сначала что-нибудь поем, а?

Амар кивнул. Он и сам проголодался. Впервые за несколько дней.

— Я, пожалуй, составлю тебе компанию. Куда хочешь? В индийский ресторан? Китайский?

Джамал посмотрел по сторонам.

— А вон там, на углу, не шашлычная?

— Она самая.

И они отправились утолять голод.

Шли рядом и в ногу.