Закон жанра - Владимир Колычев

– Это твои проблемы!

Она положила трубку. Но она запиликала снова.

– Я сейчас вызову милицию!

– Вы хотите скандала? Между прочим, у меня есть пикантные записи. И журналисты этим очень интересуются...

Жаль, система видеонаблюдения не была выведена на дверь подъезда. Хотелось бы глянуть на эту суку...

– Может, вы впустите меня к себе? Мы поговорим... Поверьте, мы можем с вами договориться...

Вика не должна была впускать в дом чужого человека. Но проблему нужно решать, а ехать куда-то для встречи на нейтральной территории не хотелось...

– Ладно, заходи...

Она нажала на кнопку – дверь в подъезд открылась. Вывела на экран картинку лестничной площадки. Появилась женщина. Лет тридцать, не больше. Вроде бы симпатичная. Но какая-то мужиковатая... Уж не с трансвеститом ли Ярослав связался?.. Но трансвеститы не беременеют...

Все-таки грешит Ярослав на стороне. Вот бабу какую-то накачал... Стоп! Он же не может иметь детей... Но он вроде бы прошел курс лечения... Что, если свершилось?

Вике уже не терпелось узнать, правду говорит эта мадама или врет. Ей достаточно будет посмотреть ей в глаза, чтобы вывести ее на чистую воду.

Она открыла дверь, впустила незваную гостю в прихожую.

– Можешь не разуваться, дальше не пущу! – предупредила она.

– А Ярослав меня дальше пускал! – возмутилась женщина.

Да, в ней определенно есть что-то мужское. И это не скрыть никакой косметикой...

– Не ври, он бы на тебя и не посмотрел...

И вообще, зачем она впустила в дом эту дуру? Ведь ясно, что с Ярославом у нее ничего не было...

– А он на меня и не смотрел. Он меня с закрытыми глазами трахал... – вульгарно ухмыльнулась гостья.

Нет у нее никаких пикантных видеозаписей. Разве что фотомонтаж...

– Так, прошу освободить помещение! – потребовала Вика.

Она проклинала себя за глупость. Не должна была открывать дверь этой суке... Но ничего, эта коза сейчас уберется... Или козел!.. А что, если это переодетый мужчина?

– Сначала чашечку кофе!

– Все, я вызываю милицию!

Тревожная кнопка вызова милиции находилась у самой двери под панелью видеофона. Надо было поднырнуть под руку этой нахалки и нажать на красную кнопку. Вика стремительно подалась вперед. Но гостья так же стремительно перекрыла ей путь. Викин палец ткнулся ей в грудь... Грудь у нее не настоящая. Вата какая-то вместо груди... Точно, мужик!

Он схватил ее за руку, но Вика смогла вывернуться... Ее голыми руками не возьмешь. Она уже четыре года подряд карате занимается... Она ударила гостя ногой в голову. Но тот отбил ее ногу. И с силой толкнул ее в грудь. Вика упала... Говорил же ей Ярослав, что в реальном бою нельзя бить ногой в лицо. Тем более если ты занимаешься тепличным фитнес-карате. А тем паче, если ты в домашнем халате...

Она вскочила на ноги и ринулась в спальню, где у нее в трюмо находился пневматический пистолет. Четырехмиллиметровый шарик не боевая пуля, но выстрелом в лицо вполне можно вывести противника из строя. Но противник вывел из строя ее саму. Он догнал ее, сбил с ног возле самого трюмо, навалился на нее, задрал подол халата. Она ударила его локтем в голову, но тщетно. Этим она еще больше разозлила его. И вызвала ответный удар.

Он ударил ее кулаком в затылок. Из глаз брызнули искры, сознание закружилось в карусели... Второй удар лишил ее чувств.

Она пришла в сознание в тот момент, когда в нее втискивался налетчик... Ничего себе баба! Если он сунет в нее свою дубину, она не выживет... Но вдруг насильник сам снялся с якоря. Вернее, кто-то снял его с Вики. И грубый голос:

– Ты чо делаешь, урод!

Вика попыталась встать с пола, но чьи-то сильные руки вернули ее на место. Развернули на спину. Теперь она могла видеть лицо своего спасителя... Да и какой это к черту спаситель! Сообщник налетчика!

Это был Артур Качуров. Тот самый уголовник, которого опасался Ярослав... Она его знала. Когда-то он клеился к ней. Спасибо брату за то, что отвадил его... От всех отваживают этого козла. От Вики, от Ксении. Но все бесполезно. Он возвращается снова...

– Ты чо, лесбиянка? – насмешливо осклабился Артур.

И кивком головы показал на своего сообщника в бабском наряде.

– Сейчас Ярослав вернется! – пригрозила она.

– Ну и классно, пусть возвращается... Узнает, что его жена лесбиянка, и застрелится... А мы будем только рады!

Помимо «трансвестита» с ним был еще один тип. Явно уголовной внешности. И как такие по улицам ходят, почему милиция их не останавливает?.. А кое-кто этих уголовников еще и домой к себе пускает. Вика имела в виду себя. И надо же было ей так вляпаться. Ярослав бы сказал, что ее на пальцах развели, как лоха... И скажет, когда узнает. Но услышит ли она его слова? Может, к тому времени она будет мертва... А если его застрелят? От Артура можно ждать чего угодно...

Артур подал ей руку, помог подняться. Она заметила в руках его дружка пистолет. С глушителем... Внутри все онемело, в ушах зазвенело. Артур точно не шутит. Он пришел сюда, чтобы убивать...

– Ярый где? – спросил он.

Вика не сразу поняла, что Ярый – это Ярослав.

– Муж, спрашиваю, где?

– Ушел. На студию...

– Когда будет?

– Вечером.

– Выходной же. Ему чо, дома не сидится?.. Наверное, по бабам таскается, жену не ублажает... Теперь ясно, почему ты на мужиков бросаешься... А может, мы с тобой закрутим, а?

Артур подошел к ней, нагло распахнул полы халата, по-хозяйски осмотрел ее обнаженные прелести. Она даже не шелохнулась. Страх перед смертью сковал ее от головы до пят.

– Хороша!.. – восторженно оценил он. – Может, я за мужа сработаю, а?

– Не надо...

– Не хочешь?

Он запахнул полы халата.

– Нет...

– Муж удовлетворяет?

– Да...

– Любишь мужа?

– Да!

– Ярого все бабы любят... И он всех любит... Ладно, не буду тебя трогать. Живи. И мужа твоего не трону... Ты же хочешь, чтобы все как прежде было?

– Да.

– Ну тогда ладно... Но есть условие...

Вика не удивилась. Не просто же так Артур к ней пожаловал.

– О Юрике хочу с тобой поговорить... Как он там?

– Хорошо...

– Вот, бляха, у всех все хорошо. Только у меня одного хреново... А знаешь почему? Потому что все для себя хапают, а я бессребреник, только для других и стараюсь... Счас я для тебя стараться буду... Юрик на больших бабках сидит, ну, в смысле, богатый... Ну, и у тебя хатка не хилая... Это он тебе оставил?