Синдром Фигаро - Ирина Грин

Щедрый привел их в небольшую комнатку, где из мебели был только стол, три стула и монитор, принес бутылку воды, два стакана. Он щелкнул кнопкой. Через несколько секунд экран засветился, и Кристина увидела комнату с серыми стенами, где за черным столом, сгорбившись, сидела Нана. За ее спиной была дверь. Некоторое время ничего не происходило, затем дверь открылась и в комнате появился Щедрый. Он прошел мимо стола и исчез из поля зрения камеры. Раздался звук отодвигаемого стула.

– Здравствуйте, – сказал Щедрый. – Надеюсь, вы понимаете, что наркотиков, которые были обнаружены у вас при задержании, хватит, чтобы надолго посадить вас за решетку, статья 228 Уголовного кодекса Российской Федерации: незаконное приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов – от четырех до двадцати лет лишения свободы. Так как у вас имеются отягчающие обстоятельства, скорее всего, прокурор будет требовать максимального наказания. Судья, конечно, может проявить определенное снисхождение, года, скажем, на три-четыре. Так что лет через шестнадцать выйдете на свободу. Но если будете сотрудничать со следствием…

– Что я должна сделать? – перебила Щедрого Нана.

– Всего лишь написать чистосердечное признание в убийстве Ольги Котовой, Антона Скворцова, Людмилы Серовой и покушении на убийство Кристины Светловой. Причем времени на это у вас совсем немного. Как только экспертиза подтвердит идентичность изъятого у вас при задержании порошка с тем, что был обнаружен в крови жертв, о чистосердечности можете забыть. Итак, за что вы убили Ольгу Котову?

Нана смотрела на этого самодовольного здоровяка, у которого, похоже, в жизни все хорошо и гладко. Он явно не представляет, что значит ощущать себя неудачником. Днем и ночью, зимой и летом. А если забудешься ненадолго, размечтаешься о лучшей жизни, тебе тут же укажут на твое место. Даже став обладательницей роскошной квартиры, Нана была глубоко несчастна, потому что поступок бабушки, обделившей дочь, еще больше усугубил разлад между ними.

С детства Нана изо всех сил пыталась соответствовать высокой планке, установленной для нее матерью. Но она оказалась недосягаемой. Стоило девочке приблизиться к ней на несколько сантиметров, как планка подскакивала на полметра. Нана окончила школу, институт, защитила диссертацию, но в глазах матери она оставалась все тем же гадким утенком, неудачницей с уродливыми руками.

А потом в ее жизни появился Фигаро. Талантливый певец на красном «Пежо», чуткий, добрый, надежный, он казался Нане билетом на поезд в новую жизнь. Они познакомились случайно – Нана возвращалась домой с лекции и почти возле дома встретила его. Нелюдимая и недоверчивая девушка вдруг сразу поверила ему. Впустила в свой дом, в свое сердце. Тогда он только вынашивал идею спектакля, и Нана помогала ему всем, чем могла. Только познакомившись с Фигаро, она пропустила историю Наннерль Моцарт через свою собственную жизнь и поняла, что, сама не замечая того, находилась в аналогичной ситуации. Если она не хочет закончить свои дни как сестра Моцарта – одинокой, больной, без копейки денег, – она должна, как Вольфганг, разорвать отношения с деспотичной родительницей и жить своим умом.

И у нее получилось! Она была счастлива. Подготовка спектакля шла полным ходом, когда на Фигаро напали какие-то бандиты и ему срочно понадобились деньги. Три с половиной миллиона. У него, разумеется, имелась эта сумма, но, чтобы ее получить, необходимо поехать в Вену. Это была идея Наны – продать квартиру. Все равно они скоро уедут в Австрию и с квартирой бабушки нужно будет что-то делать. Конечно, Нана рассчитывала на большую сумму, но тогда продажа грозила затянуться. И когда на пороге появился покупатель с живыми деньгами, она согласилась на его условия.

После продажи квартиры Фигаро повез всю маленькую труппу «Моцарта и Сальери» в Вену. Нана впервые прошлась по улицам, которые видели Вольфганга, побывала в соборе Святого Стефана, где он венчался с Констанцей и откуда через девять лет отправился в свой последний путь на кладбище Святого Марка. Никогда еще за всю свою жизнь Нана не была так счастлива.

Из-за пандемии день премьеры постоянно откладывался, и Фигаро с Наной не могли уехать в Австрию, ведь он должен был отчитаться за грант, полученный на постановку. Средства давно закончились, и Нана отдала остаток вырученных за квартиру денег своему жениху.

День премьеры был триумфом как Фигаро, так и Наны. Не удержавшись, она пригласила на спектакль мать и во время представления тщетно искала ее глазами в зале. И когда уже решила, что мать проигнорировала приглашение, та, нарядная, с букетом роз, вышла на сцену.

– Я горжусь тобой, дочка, – прошептала она, вручая Нане цветы. – Увидимся вечером.

Что было потом, лучше не вспоминать. Нана стала свидетельницей ссоры Фигаро и Ольги. Той самой Ольги, чья роль в спектакле была номинальной, без нее вполне можно было обойтись. Но Фигаро считал, что в спектакле должна быть музыка – Нана, пение – он сам и танцы – Ольга. Теперь эта бесполезная Ольга предъявляла права на Фигаро, требовала, чтобы он узаконил с ней отношения. Хотя о каких отношениях могла идти речь, если он жил с Наной в съемной квартире?

Произошло все это в ресторане, во время банкета по случаю премьеры. Нана тогда здорово набралась и даже не заметила, что и Фигаро, и Ольга исчезли. Они остались втроем – Хромов, Скворцов и Нана. Откуда взялись наркотики, она не помнит. Никогда в жизни не употребляла их и не собиралась этого делать. Знает только, что у нее в сумке были деньги, вырученные за билеты на спектакль, а утром они исчезли. И Фигаро тоже исчез. Только через два дня Нана узнала, что его убили, а Ольга задержана.

Через день, вечером, Ольга позвонила веселая и попросила приехать. Стоило Нане войти, как она стала хвастаться, что адвокат, нанятый хорошими знакомыми, отмазал ее и теперь они, эти самые друзья, будут вместо Фигаро заниматься продвижением «Моцарта и Сальери». Нана просто не могла допустить, чтобы эта дрянь, лишившая жизни дорогого ей человека, вышла сухой из воды. Наркотики по-прежнему лежали у нее в сумке, двадцать маленьких пакетиков. Она знала, что от передозировки можно умереть. Вот только сколько нужно употребить порошка для этой самой передозировки? От первого пакетика, разведенного в бокале с вином, Ольгу разобрало безудержное веселье. После второго ее глаза осоловели, она сидела за столом недвижно, ни на что не реагируя, лишь периодически моргая, медленно и редко. Уже не скрываясь, Нана размешала в вине третью дозу и сама поднесла бокал к губам Ольги. Та сделала несколько глотков, потом глаза ее закатились и безвольное тело соскользнуло на пол. Нана сидела не двигаясь. Какое-то время ей казалось, что она слышит дыхание Ольги. Потом та судорожно вздохнула и затихла.