Сети лжи - Тим М. Логан

– Я понимаю. Вы мне позвонили, только чтобы отчитать, или у вас есть какие-то новости?

– Вы сами просили.

– Да?

– Вчера вы просили меня проверить номер рейндж ровера, который видели в парке.

Я почувствовал во рту резкий железный привкус адреналина.

– У вас получилось отследить владельца?

– Помните, я говорил раньше, что у меня есть некоторые источники информации, которых по идее быть не должно?

Пожалуйста, пусть это будут хорошие новости. Хоть разок для разнообразия.

– Да.

– В этот раз информация оттуда же, так что не спрашивайте.

– Хорошо, понял. Так вам удалось установить, кто был за рулем?

– И да, и нет.

– Как это понимать?

– Владелец машины – юридическое лицо, а не человек.

– Подставная фирма?

– Нет, прокатная контора.

– То есть ее мог взять напрокат кто угодно?

– Похоже на то. Хотя, возможно, номера вообще поддельные.

– А кто ее арендовал, получится выяснить?

– База данных, к которой я получил доступ, содержит только информацию о владельцах транспортных средств. Без настоящего полицейского ордера никто нам данные об арендаторах не раскроет.

– Как думаете, получится убедить Нейлора добыть такой ордер?

– На основании того, что вы один раз случайно заметили эту машину в парке? Без шансов.

– Не случайно. Они явно следили за Бет и ее мужем.

– И все равно, без конкретики Нейлор и пальцем не пошевелит.

– И все же, что произошло между этим Алексом Колником и Беном. Он приезжал к Бену домой, угрожал его жене. Это его машина, и он явно что-то затеял, только непонятно пока, что именно. Вы спрашивали Нейлора о Колнике?

– В принципе, могу спросить, – ответил Ларссен без всякого энтузиазма.

– А добыть информацию о том, кто арендовал машину?

– Нет, и даже не просите.

Я разочарованно откинулся на спинку сиденья.

– Значит, от рейндж ровера нам толку никакого.

– Похоже на то.

– Вы в курсе, что Нейлор с Редфорд и еще двое полицейских заявились сегодня ко мне домой?

– Я предупредил вас, что рано или поздно это произойдет. И от них не сбежишь, нужно взять себя в руки и принять то, что вас ждет. Смиритесь.

– Я не собираюсь сбегать.

– Я даю вам совет, а вы делаете ровно наоборот. Вернитесь, сдайтесь добровольно, тогда есть шанс.

– Шанс провести полгода в следственном изоляторе за преступление, которого никто не совершал?

– Незачем воспринимать все так мрачно.

– Это реализм. Извините, Питер, но сейчас я должен кое-что сделать.

Он замолчал, и я уже решил было, что связь прервалась.

– Да, Джо, – наконец проговорил Ларссен, – вы повторяете, что вам нужно что-то сделать, но совершенно забываете, что я пытаюсь сделать для вас.

– Они же ведь так и не нашли, да?

– Чего не нашли?

– Тела. Криминалисты в парке, эксперты, приборы, собаки, металлоискатели и радары. Такой маленький участок они должны были уже перевернуть вверх дном. И все равно ничего не нашли. Знаете, почему?

В трубке снова повисла тишина.

– Вы еще тут? – спросил я.

– Я начинаю подозревать, что мы теряем взаимопонимание, Джо.

Это звучало как угроза.

– Насколько я помню, я нанял вас, чтобы вы представляли мои интересы.

– Да, но если вы не выйдете на следующей остановке и не вернетесь в Лондон, то мне придется пересмотреть наш договор, – поезд въехал в тоннель, и связь начала пропадать.

– Или если вы решите… лучше для всех… закончить наши договорные отношения… найдете альтернативу.

На этом сигнал пропал окончательно. Но это уже было неважно, все, что нужно, Ларссен сказать успел. Я положил телефон на столик. Поезд, будто освободившись наконец от оков пригорода, выехал из тоннеля на насыпь, с которой была видна автострада, и набирал скорость. Бесконечная вереница красных габаритных огней двигалась примерно с той же скоростью, что и мы, скрываясь в темноте. Телефон снова завибрировал – это перезванивал Ларссен. Я сбросил звонок, отключил звук и убрал трубку в карман.

Темнело, но свет в вагоне не гасили, и я увидел в стекле свое отражение. Темные круги под глазами, двухдневная щетина. Уставший, загнанный вид. Будто меня уже судили и признали виновным.

Мне изменила жена, ее бывший любовник пытался повесить на меня убийство. Лучший друг предал, адвокат был готов отказаться от дела как от безнадежного.

Теперь полагаться я мог только на себя.

Глава 68

С собой у меня не было ровным счетом ничего, кроме одежды, в которой я уехал: джинсы, толстовка, черная ветровка. Телефон, кошелек, ключи. И все. Такое ощущение, будто я что-то забыл: сумку, рюкзак, ребенка, коляску. Что-то, чем можно занять руки. Куда бы я ни ездил последнее время, всегда у меня было что-то в руке. Или в обеих руках. Мне всегда хотелось отправиться в путешествие без кучи барахла, но сейчас я чувствовал себя очень странно, будто это происходило не со мной. Будто не хватало чего-то жизненно важного.

На часах было без двадцати шесть. Вильям, наверное, уже попил чаю, и Мел готовила ему ванну, чтобы помыть голову и отправить спать. Она прочтет сказку, потом еще одну. Меня накрыло волной тоски по дому, на мгновение я подумал, что совершаю ужасную ошибку. Что я неправ. Мое место было не здесь в поезде, а дома с семьей.

У тебя не будет никакой семьи в тюрьме. Никакой семьи, если ты не найдешь Бена раньше, чем тебя найдут полицейские.

Жребий брошен, решение принято. Было поздно что-либо менять.

Я подумал было позвонить Нейлору и рассказать, что Бен, скорее всего, на пути в Сандерленд или уже там. Но чем я могу подтвердить слова, чтобы Нейлор хотя бы попытался проверить мои подозрения? Я и сам не был уверен на сто процентов: интуиция, предчувствие и несколько улик, которые оставил Бен – вот и все, что у меня было. Нужно было справляться самостоятельно. Одному.

А кроме того, мне самому хотелось кое о чем спросить Бена, прежде чем сесть за решетку по обвинению в преступлении, которого никто не совершал. В убийстве, которого не было.

До Сандерленда было четыре часа езды. Это время нужно провести с пользой. Я купил стакан дурного железнодорожного кофе, вылил туда две упаковки сливок, высыпал три пакетика сахара и открыл «фейсбук». Просмотрел посты Бена за последние две недели, перепроверил профили всех, кто чаще всего их комментировал, сравнил даты, время, содержание. Где-то тут спрятался ключ к разгадке его исчезновения. Если я его найду, то остановлю это безумие. Я был уверен.

Через час глаза начали слезиться, а